Бракованная попаданка или истинная для Верховного
Шрифт:
Взяв поднос в одну руку, и стандартную оловянную ложку в другую, я просто начала бить по нему, словно это был бубен, а я заделалась шаманом, призывающим дождь.
Нужно признать, эффект был феерический.
Какой-нибудь православный батюшка умывался бы слезами умиления, смотря на меня в этот момент.
Жаль, муженек не разделял его чувства. На этот раз он ворвался в мою комнату уже без вчерашнего растерянного выражения на лице.
Ему не нужно было гадать, по ком звонит колокол. Мистер Пакость знал, что он звонит по нему.
— Ты меня достала! Совсем страх потеряла? Забыла, как себя
— Угу, провалы в памяти. А еще деменция, камни в почках, геморрой и шизофрения. Ну про нее я тебе вчера еще рассказала.
Полет нормальный. Товарищ призадумался. По крайней мере, орать перестал.
— Если ты решила попробовать отравить мне жизнь, то зря. У меня для этого куда больше возможностей.
— Ой, ну и что ты сделаешь? Спину мне сломаешь?
Не оценить иронию в моем голосе мог только полный имбецил. К сожалению, мистер Пакость им не был.
— Ты правда думаешь, что это худшее, что может с тобой случиться?
Бертран подошел ко мне, брезгливо скривившись, и взял за горло, перекрывая доступ кислорода.
— Я советую тебе, дорогая женушка, сидеть тихо и не отсвечивать. Если хочешь умереть не сломленным куском мяса.
Задыхаясь, я пыталась расцарапать руку мужчины. А еще лучше — глаза. Увы, моя внезапно обретенная сила не шла ни в какое сравнение с его.
В этом мире женщины тоже уступали мужчинам в этом показателе. Даже если относились к роду крылатых ящериц.
Когда начало казаться, что я и правда задохнусь, он разжал хватку.
— Будь хорошей девочкой и скажи, что поняла.
— Поняла, — просипела я. — Можешь душить дальше.
— Ты и правда умом тронулась!
— Ну так сдай меня в богадельню, — скривилась я. — Как твоя секретутка вчера предлагала. Что? Не нравится идея? Еще как не нравится. Там ведь я могу сболтнуть лишнего, правда?
Муженек начал закипать и готов был снова обеспечить мне неправильный БДСМ, поэтому я поспешила продолжить, пока у него гнев окончательно не отключил мозги.
— И убивать ты меня не будешь. Слишком много мороки, расследование может начаться. А вот подождать, пока сама помру — очень даже. Удобно, не хлопотно, гарантировано. Так что да, можешь душить. Надеюсь, мою смерть расследуют как положено. А учитывая, что я последняя в роду, не сомневаюсь, что так и будет.
Мистер Пакость зарычал, но ручки свои шаловливые к моему горлу больше не тянул.
— И с каких пор ты такая умная стала?
— Шизофрения помогла. Но это не важно, супруг мой драгоценный. Я к чему все это говорю… Вот тот сценарий, когда ты меня жестоко убиваешь, а потом сам отвечаешь по всей строгости закона — крайность. Я понимаю, что долго не проживу. И я согласна не портить тебе жизнь, хотя стоило бы, конечно. Но только в обмен на кое-какие преференции.
— Что ты хочешь?
Слово «сволочь» повисло в воздухе, но нужно отдать муженьку должное, он его не произнес.
— Служанку. А лучше несколько. Одну личную, несколько для подручных дел.
— Не жирно ли?
— Ничего, потерпишь лишний раз без прислуги. Или еще найми. На мои ведь деньги, не на свои. А я не хочу тут в дерьме лежать. Если уж сделал из меня калеку, будь добр хотя бы достойный уход обеспечить.
Я видела, какая внутренняя борьба шла у него внутри.
Вроде бы ничего
такого не прошу. Ну действительно не сжигать же потом комнату, если здесь все в негодность придет из-за того, что к жене никто лишний раз не заглядывал.А с другой, не хотелось. Ой как не хотелось хоть в чем-то мне потакать.
— Второе. Я хочу несколько часов в день выходить в гостиную. Или в библиотеке.
— Для чего это тебе?
Муженек подозрительно прищурился. Наверняка думал, что кого-то из прислуги буду просить отправить телеграмму в полицейский участок.
Ну, при условии, что здесь есть телеграммы и полицейские участки, конечно.
— Мне нужно хоть иногда покидать свою скорбную обитель. А то еще уверую, уподоблюсь монахиням, молиться начну. Кто знает, до кого мои молитвы потом дойдут.
— И как ты себе это представляешь?
— Как обычно. Пара крепких парней, взяли кресло и понесли. Так и буду кататься, — пожала я плечами, показывая, что ничего особенного в таком способе передвижения нет. — Ну и третье.
— Еще и третье?
— А ты как думал. Всегда есть три условия. Это же негласное правило любого фэнтези. Знать надо! Так вот, я хочу сумму на свое содержание. Хотя бы небольшую.
— Это еще зачем?
— Затем, что я хочу иметь возможность послать служанку на ярмарку за какой-нибудь приятной безделушкой. Что, неужели деньги в сокровищнице закончились? Так быстро? Я приятно поражена. Потратить все за такой короткий срок — это талант нужно иметь.
— Заткнись.
— Ну вот и распыляйся потом на комплименты, — буркнула я.
— И почему ты решила, что я на все это соглашусь?
— Потому что тебе это выгодно. Позволь мне умереть достойно. Не в собственном дерьме, не в забытой всеми пыльной комнате. А как хозяйка этого дома. Мы оба знаем, что долго я не проживу. Но нервы тебе подпортись смогу, можешь не сомневаться.
Он долго сверлил меня злобными, налитыми кровью глазами. В какой-то момент показалось, что я выбрала совсем не верную тактику и меня сейчас просто изобьют до полусмерти.
Поджилки тряслись на протяжении всего разговора. Особенно после совсем не эротичного удушения со стороны муженька.
И эта его драматическая пауза… Я держалась из последних сил, чтобы не зажмуриться и не втянуть голову в плечи.
— Демоны с тобой! Выделю я служанок. И пару конюхов тоже, чтобы тебя таскали по дому. Только не мозоль глаза мне и Иветте. И чтобы больше никаких сцен по типу вчерашней. И сегодняшней.
— Без проблем. Сцены ревности точно устраивать не буду, не переживай. Вы с Иветтой можете любить друг друга до посинения. А лучше до смерти.
— И язык свой прикуси, — зарычал муженек. — Пока я его тебе не вырвал.
Я жестом показала, как застегиваю рот на замок, выкидывая ключ. Он не понял, но суть, очевидно уловил. И больше пререкаться тоже не стал.
Ну и чудно. У меня теперь будет минимальный комфорт, и даже возможность иногда выходить из спальни. А остальное приложится.
Глава 7
Смотрины служанок устроили уже через час. Ко мне просто пришли около пятнадцати девушек в одинаковой униформе и выстроились в ряд. А мне осталось только указать на те, кто мне больше нравился.