Чекисты. Книга вторая

На другой день незаметно, лесом он двинулся следом за рабочими и вскоре увидел крытый навес. Автостанция. Отсюда рабочие ехали дальше на автобусах.

Несколько дней подряд шпион сходил на этом полустанке, лесом выходил к автостанции и, чтобы примелькаться, проходил мимо, направляясь в поселок, видневшийся на горе за перелеском.

Однажды по дороге он сел в догнавшую его полуторку.

— Пойдем погреемся, — пригласил он шофера, сходя возле закусочной.

Шофер отрицательно покачал головой, включил скорость, и машина, заурчав, поехала дальше.

“Сорвалось, — пожалел Сергей. — А знакомый водитель в нашем деле — клад”.

В закусочной никого не было. Буфетчик щелкал на счетах. “Время рабочее”, — догадался Сергей.

Неожиданно распахнулась дверь. В закусочную ввалилось трое. Сергей быстро подошел к стойке, взял кружку пива и сел за столик.

— Угощаю! — воскликнул самый молодой из троих, светловолосый паренек, весь усыпанный веснушками. — Друг! — обернулся он к буфетчику. — Всем по паре пива и закуски!.. Для затравки.

Они устроились за соседним столиком, отхлебывая пиво, громко переговаривались. Из их разговора Сергей понял, что подгулявшие приятели сегодня свободны от работы, а завтра заступят в ночную смену.

На другой день Сергей появился в закусочной в часы окончания работы. Он пришел первым и занял место за столиком. Вскоре закусочная стала заполняться народом. Среди рабочих он узнал веснушчатого паренька. Тот, видно, спешил. Мест за столами не было. Но, когда паренек с кружкой пива в руке проходил мимо Сергея, тот окликнул его:

— Садись, друг! Я ухожу.

Паренек благодарно улыбнулся и сел.

С той поры Сергей стал наведываться в закусочную часто. И его надежды оправдались. Прошла неделя, и он опять встретился с веснушчатым пареньком, кивнул ему, как старому знакомому:

— Присаживайся. Место свободное.

Некоторое время они пили пиво молча. Потом Сергей, как бы невзначай, спросил:

— С этой недели в дневной работаешь?

— В дневной. — Паренек поморщился, покрутил головой. — Гульнули вчера… До сих пор в голове метель…

— Ну, это легко поправить! — Сергей проворно поднялся, подошел к стойке, взял бутылку водки, колбасы, сыра, принес еще две кружки пива. — Чем убился, тем и лечись, — пошутил он, разливая водку по стаканам. — За знакомство! Тебя как величать?

— Иваном.

— А меня — Валерием. Пей, Ванюша! — Сергей поднял стакан, звонко чокнулся с пареньком и залпом выпил водку.

Паренек, видно, чтобы не отстать, сделал то же самое.

— Вот это по-нашенски, по рабочему! — одобрил Сергей, запивая из кружки.

Вечером, когда стемнело, Владимир подошел к маленькому домику, утопавшему в пожелтевших кустах сирени, и постучал. Дверь отворила стройная молодая женщина.

— Эльвира Леоновна? — вежливо осведомился Владимир.

— Да, это я, — ответила женщина, с порога вглядываясь в незнакомого посетителя.

— Я разыскал вас по просьбе друзей, — сказал Владимир, входя в дом и плотно затворяя за собой дверь.

— Друзей? — удивилась женщина. — Вы меня пытаетесь интриговать. Я прямо сгораю от любопытства. Каких же?

— Наших общих, американцев.

Эльвира отшатнулась:

— Что вы сказали? У меня нет друзей американцев.

— Напрасно вы так думаете. Сейчас американцы друзья всем тем, кто в войну был близок к немцам.

— Я не знаю никаких немцев! Что вам нужно?!

— Спокойно, спокойно, Эльвира Леоновна. Шеф уверял меня, что вы весьма уравновешенная женщина, а он редко ошибается.

При слове “шеф” Эльвира пожала плечами; было видно, что она успокаивается.

— Не понимаю, что же вам, собственно, нужно?

— Мне хотелось бы узнать, где находится Петерсон?

Эльвира Леоновна снова заволновалась:

— Откуда вы знаете о Петерсоне?

— Я знаю не только это. Мне известно, что немцы выдали вам фремденпасс… [7]

Эльвира в изнеможении опустилась на стул.

— После войны я не видела Петерсона, — пробормотала она.

Владимир пристально взглянул на нее:

7

Фремденпасс. Так назывался паспорт, который гитлеровцы выдавали людям, сотрудничавшим с ними на временно оккупированной территории Советского Союза.

— Дайте-ка ножницы.

Все еще в растерянности Эльвира Леоновна встала, взяла с туалетного столика ножницы и подала гостю. Он отвернул полу пиджака и, нервно тыча остриями в подкладку, подпорол ее. На пол вывалились аккуратно свернутые бумаги. Владимир бережно поднял их и развернул.

— Вам знакомо это?

— Боже мой! Боже мой!.. — Эльвира Леоновна побледнела. Она узнала подписанное ею обязательство сотрудничать с гитлеровской разведкой.

— Вот видите. Друзья за границей у вас все-таки есть.

— Боже мой! Боже мой!.. — повторяла женщина, прижимая ладони к пылающим щекам.

— Успокойтесь, — сказал Владимир. — В чужие руки эти документы не попадут. Где вы сейчас работаете?

— Я чертежница.

— Сколько получаете?

— Немного… — Женщина все еще смотрела на странного гостя со страхом.

— Ваши друзья американцы, — сказал Владимир, — будут очень рады, узнав, что вы живы и в добром здравии. Они умеют хорошо благодарить за помощь, — слово в слово повторял он то, что приказал ему выучить инструктор Джон.

— Но… но что от меня потребуется? — спросила Эльвира Леоновна, понемногу приходя в себя.

— Вы замужем? — вместо ответа спросил Владимир.

— Зачем вам это знать?.. Нет, не замужем.

— Прекрасно. Так вот. Поручения будут пустяковые. Первое — приютить на время одного человека.

— Человека? Кто он?

— Молодой мужчина, — сказал Владимир и улыбнулся. — Приблизительно такой, как я.

Женщина тоже улыбнулась:

— Если такой, то я согласна. Но как я узнаю, что это тот самый человек?

— Он вам передаст привет от меня. Между прочим, меня зовут Валентином. Прошу прощенья, что не представился.

После этого Владимир простился с новой своей знакомой и быстро вышел. Но он не ушел. Спрятавшись за углом, он стал наблюдать за домом: не побежит ли Эльвира доносить на него. Однако женщина никуда не вышла, и вскоре в ее окне погас свет.

На другой день рано утром Владимир вновь был около дома Эльвиры Леоновны. Спрятавшись, как и накануне, он дождался, когда она вышла, и пошел за ней на некотором расстоянии. Он проводил ее до здания, где помещалась проектная контора. Там, очевидно, Эльвира работала, и, успокоившись, решил, что все в порядке.