Немеркнущая звезда. Часть четвёртая
Шрифт:
Отец им дорогу перегородил, закрыл собой путь наверх крепко-накрепко. Именно он, необразованный лапотник Стеблов Сергей Дмитриевич, глухая деревенщина и безотцовщина, “лимита” по городским меркам, “хлыщ
И начальство это ценило, держало его наверху, не переводило в простые электрики, в разнорабочие – тем более. Про это даже и речи ни разу не шло: никогда отец не боялся за свою работу и должность, не заводил в семье разговоров на эту тему – настолько у него в электросети всё было прочно, надёжно и предсказуемо…
Вадим хорошо помнил, как в детстве во время самых страшных и разрушительных ливней, штормов и гроз, когда
кирпичные стены их дома дрожали словно фанерные, и хотелось куда-нибудь спрятаться побыстрей, в подвал от страха залезть, в глубокое подполье, а электрические провода на столбах когда рвались как нитки, – как в это жуткое и смертоносное, поистине апокалипсическое время их ответственный и трудолюбивый отец всегда добровольно, не дожидаясь звонка, поднимался с тёплой постели, разбуженный грохотом грома, и обречённо говорил домочадцам, обхватив ладонями голову:«Ну что, надо мне одеваться, ребята, и собираться на выход. Чего лежать и тянуть? Перед “смертью”, как говорят, не надышишься… Сейчас ведь позвонят, паразиты, и приедут за мной. Как пить дать приедут: тянуть и жалеть не будут. Половина города уже, небось, без света сидит из-за оборванных проводов. И никому до этого в нашей электросети дела нету».
Через какое-то время в квартире Стебловых действительно раздавался телефонный звонок: дежурный диспетчер сообщал отцу про аварию и непогоду, про обрыв проводов или выход из строя трансформаторов в электроподстанциях; и, как итог, про уже выехавшую за ним аварийку.
Конец ознакомительного фрагмента.