Рекрут

Сестра очень на него похожа внешне. Тот же честный взгляд, открытая улыбка и ямочки на щеках. Ей не больше пятнадцати. Студентка. Судя по эмблеме, пришитой на рукаве, училась в летной академии. В своих письмах он называл ее Ириной, поддерживал в выборе профессии, вселял уверенность в дальнейших перспективах.

Зорий очень любил мать, Виолу. Интересовался ее здоровьем. Похоже, оно постоянно подвергалось опасности. Мне понравилась мама Зория. Теплый взгляд зеленых глаз и мягкая улыбка делали женщину необыкновенно милой. Хотелось сесть с ней рядом и рассказать обо всех проблемах, что накопились. Она очень напомнила мне собственную маму.

Но у Зория была еще одна забота, о которой он вспоминал достаточно часто, а точнее раз в неделю, судя по отосланным сообщениям. Ее звали Мария, и она его невеста. Хорошенькая брюнетка с карими глазами, губками «бантиком», и розовыми щечками.

Узнав о «сопернице», рассмеялась. Надо же какой альфа-самец мне на пути встретился! А по виду и не скажешь. С другой стороны, понимала лейтенанта и не осуждала. Казармы, приказы, устав и прочая дребедень, могли побудить его завести роман на стороне. В том, что я понравилась Зорию не сомневалась.

Отложив сортфон, прошла в санитарное помещение, прихватив стул. Собиралась позволить себе еще одну вылазку. Самочувствие терпимое, почему не прогуляться? Выбравшись в шахту, не без труда взобралась по лестнице. Встав на пол коридора, почувствовала, что дрожали колени и тряслись руки. Слаба еще! В ушах звенело, но я тряхнула головой и пошла по проходу. Прислушалась. Тишина. Погрузчиков не слышно. Если кораблей в ангаре нет, то возможно попробую спуститься на нижний этаж и отыскать там вход на другой.

Я почти добралась до тупика, когда неожиданно обшивка стены отъехала в сторону. Прижалась к колонне и постаралась не дышать. Из лифтовой кабины вышли двое мужчин, Спектр и Рим. Они не посмотрели в мою сторону, направились по коридору к интересующему меня отсеку. Стараясь ступать тихо, я последовала за ними, соблюдая дистанцию.

— Так она в порядке? — бесцветно поинтересовался Ян.

Вероятно, та о ком они говорили в лифте, и продолжили разговор, его мало интересовала. Занимательно, это одушевленный предмет или нет?

— Да, совершенно, — кивнул Джон. — Показатели в норме. Изучил предположения моих коллег-медиков. Они не однозначны. Но в крови обнаружили остатки нейтрализованного «Тортана», что весьма необычно. Она находится в запертом помещении, доступ к медикаментам отсутствует. Как препарат попал ей в организм?

Говорили они обо мне, это понятно. Мужчины, увлеклись беседой и остановились посередине коридора. Я нырнула за выступающую из стены колонну и прислушалась. Погрузчики не работали. Вероятно, в ангаре никого уже не было.

— Да, ее комната запирается, но не все остальные. Кто угодно мог вколоть ей «Тортан», — досада в голосе Спектра слышалась отчетливо.

Ого! Со слов капитана выходило, что опасная преступница в том зверинце, что под полом этого этажа, не я одна, кто-то еще. Тогда получалось, что был кто-то, кому спецслужбы доверяли. Закусила губу от обиды и продолжила слушать.

— Почему вколоть? — раздраженно произнес Джон. — Его можно и просто выплеснуть в пищу.

— Думаете, некто пытается свести с ней счеты? Этого нельзя допустить. Она необходима для осуществления проекта.

Рим приблизился к Спектру и менторским тоном сказал:

— Вот именно! Ваша задача в том и состоит, чтобы Романова дожила до старта. Дальше мы ей поможем. Приглядитесь к наемникам, полистайте их дела. Займитесь своими прямыми обязанностями. Постарайтесь сблизиться с девушкой. Вы нравитесь ей, это регистрируют датчики компьютера. Используйте свой шарм, наконец! Романова должна быть подготовлена к следующему этапу. Группу, которую она выберет, возьмете под свое руководство. Это приказ, выполняйте.

— Слушаюсь, гэсс! — бросил Спектр.

Так обращались к высшим военным чинам. Похоже, я не зря вылезла сегодня «прогуляться». Полученная информация весьма полезна. Надо же, Рим научный сотрудник и суровый гэсс в одном лице. М-да, как все в этом мире сложно устроено…

Джон Рим направился дальше по коридору, а синеокий остался стоять. Из-за колонны мне хорошо было видно его лицо. Ян злился. Засунув руки в карман, капитан запрокинул голову и принялся рассматривать потолок. Я любовалась красотой Спектра, и осознала, что медик прав – Ян мне нравился. Но сделать себя игрушкой в чужих руках не для меня. Напротив, собиралась воспользоваться сложившимися обстоятельствами, обратив в преимущество то, что заметил Рим. Я буду начеку.

Спектр пошел обратно, и мне пришлось вжаться в стену, чтобы он меня не заметил. Пройдя в полуметре, Ян не посмотрел в мою сторону, погрузившись в собственные мысли. Нажав на уже знакомую метку в стене, остался ждать лифта, а я спряталась за другой стороной колонны.

Ждать пришлось не долго. Как только за командиром закрылась дверь, я направилась к ангару. Но там оказалось пусто. Спустившись по металлической решетчатой лестнице, осмотрелась. То, что искала, обнаружила сразу – коридор. Судя по обшивке, он не был служебным. Неужели я пришла на свой этаж? Спустя несколько шагов убедилась, что это не так.

По коридору сновали военные. Они выходили из просторных казарм. Я углублялась в незнакомое место. Нужна маскировка. Заметила на одной из кроватей солк и, войдя в казарму, надела ее себе на голову. Несколько парней смеялись, рассказывая что-то друг другу, и до меня им дела не было. Не могла не порадоваться своей удаче. Покинув место преступления, двинулась дальше. Больше всего народа оказалось в комнате отдыха. Заглянула туда и прошлась между рядов спорящих и смеющихся парней и девушек. Прислушалась к разговорам и приуныла: ничего стоящего услышать не удалось.

— Романова! – услышала я и непроизвольно вздрогнула.

Захотелось броситься в бега, но одернула себя и обернулась. М-да, удача сегодня играла роль шутницы. Господин Зимов, собственной персоной.

— Здравствуй, Цветана, — улыбнулся Зор.

Вернула ему улыбку и произнесла:

— Привет, лейтенант.

— Я интересовался твоим здоровьем, и «Восход» ответил, что ты больна. Вижу ты уже на ногах.

— Да, мне лучше.

— Я виноват в этом и готов понести любое наказание.