Сложный пациент
Шрифт:
– То есть, мотив, не сотня лямов, которые ты стащил?
– Две сотни, вообще-то... Без них у нас бы не было шансов.
– Ну... Допустим, я верю тебе.
Достаю из шкафчика квадратную бутылочку Амаретто, и подливаю им в чай.
– "Хоронить" тебя нельзя, Дан. Ты ключ. Ты должен пойти в программу защиты свидетелей, дать показания... Как иначе, я должен утопить своего полковника?
Открыв шкафчик, вытаскиваю аптечку, заряжаю шприцы.
– Никак ты его не утопишь, Марк... Я не доживу до суда. Мы оба это знаем. Дай мне "умереть".
– Может и дал бы. Но биометрия... Глаз, и указательные пальцы открывают Сезам, так?
– Так...
– А вот по этому вопросу я вас сейчас обоих и удовлетворю!
Ставлю между ними белую медицинскую кювету лет на тридцать старше меня, с двумя заряженными шприцами.
– Ключ сейчас уничтожим.
– Отпечатки нельзя уничтожить, они восстановятся, - качает головой Марк.
– Мне эти байки не рассказывай!
– протираю тщательно скальпель спиртом.
– Я знаю, как отрезать.
– Эээ...
– поднимает на меня ошалевшие глаза Дан.
– Королева моя... Мне нужны эти пальцы.
Наклоняюсь над столом, глядя в глаза Марку.
– Дашь ему умереть, если я уничтожу отпечатки?
– А как мы опознаем труп без них?
– У трупа я тоже уничтожу. У него выбит глаз, а я отрежу два пальца. И никто никогда не сможет опознать его достоверно. Он будет выглядеть как труп, у которого похитили биометрию.
– Какая у тебя королева кровожадная, - стебется Крамор над Даном.
– А я знаешь, с удовольствием посмотрю на процесс. Давай, Марго, режь.
– Ты угораешь?
– недоверчиво смотрит Данияр на то, как я беру шприц.
Тяжело сглатывает.
– Просто отвернись.
Распечатываю стерильную марлю, кладу на стол. Поверх его руку. Сдвигаю Марка.
– Что-то я не готов прямо сейчас...
– прижимает к груди руку.
– Завтра не будет легче. Дай руку.
– Фак!
– неуверенно тянет ее обратно.
– Ты там давай, лишнего не чикни...
Обкалываю пальцы, наблюдая за тем, как оба они морщатся на каждое мое движение.
Я разминаю палец, чтобы быстрей подействовало лекарство.
– Онемел?
– Наверное...
С железным стуком поднимаю с кюветы скальпель.
– Жуть...
– передёргивает Дана.
– Сигарету хоть дайте!
Марк прикуривает ему.
– Ааа...
– тихо выдыхает он, оскаливаясь, когда я касаюсь лезвием кожи.
– Не бойся, родной, больно не будет. Я ласково...
– подмигиваю ему, пытаясь развеселить.
– Немного покровит и всё. Но так всегда бывает...
– Марго, блять!
– Всего-лишь кусок мяса. И не в стратегически важном месте!
Крамор угорает.
Срезаю, захватывая более глубокие ткани. Кровь заливает марлю.
– Мать твою! Я чувствую всё... Жесть!
– Не дергайся. Нужно обработать, и наложить повязку.
Со вторым проходит проще, отвернувшись Дан нервно курит и смотрит в глаза Марку. Желваки играют...
– Удовлетворен?
– цедит
– Мерой моих страданий.
– А как же глаз?
– Иди нахер!
– чеканит Дан.
– Да ладно... Шучу, я Омаров. Где твоё чувство юмора?
– допивает свой чай.
Завязываю бинты.
– А чего-нибудь позабористее нету?
– поднимает на меня недовольный взгляд Дан.
– Болит?
– Мм!
– мучительно.
Философски вздыхая.
– Увы, это морг, а не кабинет анестезиологии. Только это… - ставлю между ними бутылку.
– Дашь ему сейчас показания, все, какие ему нужны, чтобы он смог прижать вашу эту третью сторону. И получить свою звезду. Он ее заслуживает!
Перевожу взгляд на Марка.
– Оформишь их вчерашним числом. Я подготовлю сейчас биопсию трупа, и все что нужно. Ты его опознаешь. С утра эксперт подпишет все заключения.
– Как у вас приказной тон хорошо выходит, Маргарита Андреевна. Я прямо за друга спокоен. В хорошие руки попал.
– Ну и пусть покоится в них с миром, - целую Дана в висок, - Он этого тоже заслуживает!
Иду делать свою работу.
Долгий был день...
Глава 42 - Королева мертвых и Кощей
Просматриваю ещё раз решение суда по моему делу, расслабляя шарф на шее.
Суд пересмотрел решение. Я восстановлена в правах.
Перед кабинетом Карла Ильича - Зубарева. Бывший заведующий терапии. У нас взаимная неприязнь. Глядя в зеркальце, поправляет безупречный тяжелый макияж, укладку... Мы на сменах так пашем, что некогда в зеркальце посмотреть, такой макияж точно не выживет. А Зубарева любительница чужими руками жар загребать. В родной терапии ее никто не любит. Вот и с должности заведующего выперли.
Больница сейчас получает статус "центра", а это новые бюджеты, будут открыты новые отделения. И она, под шумок, хочет должность отхватить опять повыше... В отделении клинической иммунологии заведующий уезжает на ПМЖ в другую страну. И скоро должность освободится. Наверное, туда, метит.
– Добрый вечер, Татьяна Борисовна, - опираясь на подоконник поясницей, встаю рядом.
– Вы к Бергману?
– Да.
Бросает на меня недоброжелательный взгляд, пряча пудреницу.
– Никак в клиническую иммунологию переводитесь?
– не могу удержаться от шпильки.
Меняет позу, вставая и распрямляя плечи. Возвышается на своих каблуках надо мной на голову. Словно угрожает своим видом.
Смешно... Я и снизу могу начать жрать.
– Слышала, Вас уволили с должности санитарки...
Ответные шпильки полетели? Ха...
– Да, уволили...
– Правила одни для всех, Маргарита Андреевна. Когда санитары лечат людей и имеют полномочия врачей, это вредит статусу клиники.
– Может быть, - равнодушно пожимаю плечами.
Бергман выглядывает из кабинета. Переводит взгляд с меня на Зубареву и обратно.