Случайное наследство леди попаданки
Шрифт:
– Раз со свадьбой мы решили, надо определить день! – перешел к самому главному Шон, – думаю, дней через двадцать как раз…
– Нет-нет, это слишком рано, – запротестовала я.
В результате недолгих переговоров, церемонию назначили на последнюю неделю сентября. В это время как раз спадала жара, и устанавливалась комфортная погода. В общем, за завтраком в семейном кругу мы объявили о дне свадьбы.
Эдмунду отдохнуть так и не удалось. Скоро прибыл гонец из ближайшей деревни, оказалось, один из мостов через реку частично обвалился. Надо было оценить урон и решить,
– Прости, Ила, что мало времени провел с тобой, но дела требуют внимания, – повинился он, седлая лошадь.
– Ничего страшного! Мне тоже пора. В театре тоже много дел.
Брат крепко меня обнял, легко запрыгнул в седло, и напоследок крикнул:
– Обязательно напиши, как доберешься!
После того как уехал Эдмунт, отправились и мы. И уже через сутки прибыли в столицу. Быстренько приведя себя в порядок, я отправилась в театр.
На пути в кабинет Юранса мне встретились лишь две уборщицы и пара работников сцены. Все очень странно на меня смотрели.
У кабинета режиссера толпились какие-то люди. Немолодой мужчина, лет пятидесяти, с куцей рыжеватой шевелюрой, едва прикрывающей наметившуюся лысину, окинул меня неприязненным взглядом и приказал:
– Становитесь в конец очереди, милочка, вы пришли последней!
Проигнорировав заявление рыжего, я уверено зашагала к двери.
– Ку-уда?! – выкрикнул еще один немолодой мужчина, попытавшись меня задержать, но я ловко поднырнула под его руку и распахнула створки.
За столом сидел взъерошенный Юранс.
– Что здесь происходит? – строго спросила я.
– Ох, Ила, ты вернулась!
На лице владельца театра промелькнула целая палитра чувств: радость, облегчение, потом злость и обида.
– Конечно!
– Надолго пришла? – уже совсем другим тоном спросил он.
– До вечера, – пробормотала я, не понимая, как еще отвечать.
Выглядел режиссер уставшим. Под глазами синие круги, веки набрякли, мимические морщинки обозначились резче.
– Госпожа Ринэл, – Юранс повернул голову, и только тут я заметила, что в углу рядом с моим столом сидит женщина.
Невысокого роста, худенькая, примерно сорока лет, опрятно одетая и в очках с толстыми стеклами.
– Госпожа Ринэл, не могли бы вы нас оставить?
Женщина с достоинством поднялась и молча вышла из кабинета.
– Леди Илаида, – официально начал Юранс. – Я очень рад за ваши успехи в личной жизни, но все же попросил бы не мешать мне работать.
– Не мешать?! Успехи в личной жизни – это так ты называешь то, что я сделала для театра?! Теперь, когда все нормализовалась, оказалось, что я мешаю? Знаешь, Юранс, я была о тебе лучшего мнения.
В груди разлилось разочарование.
– Ты сама этого захотела! – режиссер встал и повысил голос. – Сама!
– Когда это?
– Когда написала письмо!
– Какое еще письмо? – пробормотала я, начиная подозревать, что все не так просто. – Покажи мне его.
– Не могу, – отвернулся от меня Юранс.
– Почему?
– Я его сжег…
Интересно… мог ли дье Кналиб написать режиссеру от моего имени? Образец почерка у него был, мою манеру что-то сообщать
он изучил. В теории мог, но зачем?– Так… и что я там якобы писала в этом письме?
– Что ты выходишь замуж и уезжаешь за границу. И теперь всеми делами будет заниматься поверенный Еттера дье Кналиба.
– Выхожу я тоже за него? – тихо уточнила я, чувствуя, как на меня наваливается понимание.
– За поверенного? Нет, конечно! За самого… – Юранс обернулся ко мне и переменился в лице. – Ила? Что с тобой? Ты лучше присядь…
– Вот поганец! – выдохнула я, бессильно опускаясь на подставленный режиссером стул.
Значит, самозванец отправил письмо от моего имени и сообщил о том, что я вышла замуж и уехала. Похоже, он планировал избавиться от меня, Эда и Шона, возможно, даже от слуг в поместье, а чтобы нас не искали, отправил подобные письма. Получается, что с самого начала оставлять нас в живых он не собирался.
Я все же надеялась на то, что ему нужен только артефакт, и как только он его получит, то отпустит нас, но, видимо, ошибалась. Если б у дье Кналиба получилось загадать желание, то я сейчас уже была бы мертва. А этот поверенный, скорее всего, забрал бы все мои деньги, которые только можно. По крайней мере, попытался забрать.
– Кто поганец?
– Ох, Юранс, с меня взяли клятву наши доблестные стражи, что я буду молчать о том, что произошло на самом деле. А тем, кто станет расспрашивать, посоветовали рассказывать о том, что были проблемы в поместье. Но ты должен знать: не все так просто. Дье Кналиба ты больше не увидишь. Скорее всего, будет закрытый суд, на который меня вызовут, как свидетельницу.
– Значит, ты не собиралась за него замуж, поссорившись с графом дье Омри?
– Конечно же нет! Наоборот, в конце сентября мы с Шоном собираемся пожениться. Я уже договорилась о том, что он не станет мешать мне работать в театре. Если ты, конечно, не решишь меня выгнать…
– Выгнать?! Что ты такое говоришь! – Юранс нервно прошелся по кабинету. – Я ведь думал, что это ты не хочешь больше заниматься театром. Это письмо дурацкое! Чувствовал, что с ним что-то не так! Чувствовал, но не подумал, что такое возможно. Неужели этот дье Кналиб похитил тебя?!
Я сделала загадочное лицо.
– Не может быть! – всплеснул руками режиссер. – Значит, одержимый страстью, он, получив отказ, решился действовать противозаконно!
– Ничего не могу рассказать...
– Понял-понял!
– Так что же там за люди в коридоре? – тут же перевела тему я.
Юрансу время давать нельзя, а то насочиняет небылиц, воображение у него хорошее.
– Эх, это… соискатели на должность моего помощника. Сейчас я их распущу.
– Не надо! Послушай, мы же планировали реконструировать третий этаж, перенести туда все гримерки, расширить зрительный зал, выкупить ближайшее кафе. Нужен человек, который будет это контролировать и сможет подстраховать нас, если кто-то заболел, не может или уехал в отпуск. Ты когда отдыхал последний раз? Да и я работала без выходных. Нам нужен еще один заместитель, или какой-нибудь директор по хозяйственной части.