Темный Лекарь 13
Шрифт:
Октавия серьёзно меня выслушала, а затем лукаво улыбнулась:
— Надеюсь, моя личная награда за приложенные усилия будет достойной?
Я рассмеялся:
— Обещаю.
Внезапно в комнате загорелся экран связи, и раздался бодрый голос Лифэнь:
— А я обещаю, что Луи тоже не обидят, если он того захочет!
Вийон покраснел как помидор и почти скрылся за своим стаканом:
— Готов это обсудить… после аврала.
Я усмехнулся. Хакерша всё-таки взяла своего красавчика Вийона в оборот.
— Хорошо, тогда разберём наши дела конкретнее, — сказал я, возвращаясь к главной теме. — Ольга,
— Но я тоже могу попробовать совмещать… — попыталась возразить внучка.
— Исключено. И даже больше. Мы в несколько раз поднимем часы предназначенные для военной подготовки. Кроме того, тебе будут помогать с практическими занятиями другие наши лучшие бойцы. Прохор, Алан, а также как Кира и Лев. Вы впятером должны в кратчайшие сроки превратить наших студентов в настоящих боевых некромантов, которые будут внушать ужас всем нашим врагам.
Ольга медленно кивнула:
— Понятно. Сделаю всё возможное.
— Алина, — обратился я к химерологу, — ты тоже освобождаешься от ежедневной работы в мастерской. Вся работа временно ложится на ассистентов, ты будешь лишь курировать их, но в гораздо меньшем объёме, чем обычно.
— А если что-то пойдёт не так? — забеспокоилась она.
— Твои ассистенты уже достаточно опытны. К тому же, это временная мера.
Алина вздохнула, но согласилась:
— Хорошо. Тогда я сегодня же займусь составлением нового плана для интенсивного обучения химерологии. Сосредоточусь на практических навыках, уберу лишнюю теорию.
— Также, — добавил я, — я и сам собираюсь дать несколько уроков. В основном по тонкостям управления энергией. Под моим руководством ученики научатся лучше контролировать свои силы и перерабатывать энергию скверны.
Луи оживился:
— Это будет невероятно полезно! Многие из них до сих пор плохо чувствуют энергетические потоки.
— Теперь об экзаменах, — продолжил я. — Нам нужна принципиально новая система аттестации. Жду от каждого план экзаменационных требований. При необходимости внесу правки.
Октавия подняла руку:
— А сроки?
— Промежуточная аттестация через шесть недель. Финальные экзамены — через два, максимум три месяца. Будем ориентироваться по успехам студентов.
Снова повисла тишина, но на этот раз она была другой. Не растерянной, а… сосредоточенной.
— Это безумие, — тихо сказала Лара. — Но понимаю, что необходимое безумие.
Ольга выпрямилась:
— Война не спрашивает, готовы мы или нет. Если нужно подготовить бойцов за два-три месяца — подготовим.
Октавия кивнула:
— Я знаю, как можно адаптировать артефакторику. Основы работы с рунами и базовые артефакты — этого достаточно для начала. А дальше те, у кого есть к этому дар и интерес продолжат индивидуальное обучение.
Луи отложил пустой стакан:
— Алхимию придётся полностью перестроить. Но боевые зелья и основы работы с базовыми препаратами по улучшению функций тела — да, это реально за три месяца.
Я почувствовал, как атмосфера в комнате меняется.
Шок и сопротивление сменялись решимостью и профессиональным азартом.— Значит, все согласны? — спросил я.
— Согласны, — хором ответили преподаватели.
Лара улыбнулась:
— Наконец-то у меня будут нормально работающие коллеги, а не вечно исчезающие призраки.
Все рассмеялись, и я понял — решение принято. Академия некромантии переходила на военные рельсы.
— Тогда за работу, — сказал я. — Время не ждёт.
Две недели пролетели незаметно. Пока в Академии полным ходом шла перестройка учебного процесса, лабораторные испытания продолжались день и ночь. Когда учёные пригласили меня на новые испытания, я даже не ожидал, что они продвинулись так далеко.
В экспериментальном зале меня ждала вся расширенная команда исследователей. К привычным лицам Арджуна, Елены и Луи добавились девушки Блумфилд — Роуз и Дейзи, а также Шарлотта. Атмосфера была праздничной, но волнительной.
— Максимилиан, — торжественно начал Арджун, — позвольте представить вам альфа-версию модифицированного гелиовитрума.
В центре зала стоял… нет, не стоял, а буквально парил над специальной подставкой удивительный цветок. Он был раз в пять или даже шесть больше обычного гелиовитрума, его лепестки-витражи переливались всеми оттенками радуги, и от него исходило мягкое, почти гипнотическое свечение.
— Впечатляет, — признался я. — Расскажите подробнее.
Елена выступила вперёд:
— Сначала мы планировали создать машину на основе двух ключевых составляющих — лазуристов и гелиовитрумов. Но после серии тестов поняли, что наибольшую эффективность показывает именно живой цветок, правильно удобренный продуктами жизнедеятельности кемтари и выращенный специально для этих целей.
Роуз Блумфилд добавила:
— Кемтари оказались идеальными биологическими катализаторами. Их… эм… отходы содержат уникальные ферменты, которые гелиовитрумы усваивают с невероятной эффективностью, если им немного помочь. Мы подобрали особый состав и использовали наш дар, чтобы добиться ещё более эффективного роста.
— Но самое главное, — оживилась Шарлотта, — этот цветок кардинально отличается от обычных гелиовитрумов по радиусу действия.
Елена кивнула:
— Раньше для защиты территории приходилось засаживать важные зоны цветами чуть ли не через каждые два метра, что, конечно, было неприемлемо с практической точки зрения. Новый гелиовитрум, по нашим предварительным расчётам, способен обеспечить защиту целому городскому району.
— Или как минимум нескольким крупным кварталам, — уточнил Луи.
Я внимательно осмотрел цветок. Даже находясь рядом с ним, я чувствовал, как воздух вокруг становится… чище. Словно из него выкачивали какую-то невидимую грязь.
— Побочные эффекты изучены? — спросил я.
Арджун замялся:
— В лабораторных условиях всё выглядит идеально. Но для полноценного тестирования нужны городские условия.
Я кивнул. Логично. Лаборатория — это одно, а реальный город с его сложной энергетической структурой — совсем другое.
— Хорошо, — решил я. — Даю добро на испытания в городских условиях. Но выбирайте район тщательно. И обеспечьте постоянный мониторинг.