Толстый демон

В этот момент сзади раздался задумчивый голос:

— Знаешь-ка что, Олег… Поворачивай назад. — Шурик еще немного помолчал, затем уверенно кивнул. — Не договорили мы со стрыйчичем двухрядным.

Оставалось развернуться и последовать полученным указаниям.

На сей раз подниматься наверх Ассомбаэль не стал. Он даже в подъезд не входил, ограничившись телефонным звонком родичу и предложив ему спуститься вниз. Дескать, возникли мысли и хочу ими поделиться. Поэтому Рамиааль сам вышел к гостям, удивленный и слегка настороженный.

Шурик сидел на лавочке, перебирая в ладонях горстку камней. При виде кузена он кивнул, приглашая присесть:

— А за твоим домом следят, знаешь ли.

Старший дханн, ничем не выражая удивления, огляделся по сторонам. Прикрыл глаза, к чему-то прислушиваясь, его сила легкой волной прошлась по окрестностям, заставляя Аллу зябко передернуть плечами.

— Ты уверен?

— Шагов через триста в ту сторону, — Шурик махнул рукой, указывая направление, — стоит черный джип. Посмотри на него внимательнее. Только осторожно.

Рамиааль хмыкнул, но вновь закрыл глаза и сосредоточился. На сей раз молчал он намного дольше, когда же заговорил, в его голосе слышался гнев:

— Проклятье! Почему же я…

Толстяк испытал сильнейшее желание довольно потереть ладошками и захихикать. Ему нечасто удавалось обставить других дханна, тем более в области магии. Или в вопросе слежки за себе подобными, что означает для них примерно одно и то же.

— Если тебя утешит, я тоже ничего не почувствовал и не заметил. — Шурик все-таки расплылся в улыбке. — Я просто машину и одного из пассажиров узнал. Не сразу, но вспомнил, где их видел.

— Пойдем. — Рамиааль поднялся со скамейки. — Не стоит говорить о серьезных вещах на улице. Мой кабинет куда более удобное и защищенное место.

Уже наверху, в квартире, Шурик поведал кузену о слабенькой ведьме Настасье, ее глупой попытке укрыться от слежки во владениях демона и собственном участии в короткой, но получившей нежданное продолжение истории. Слушали его внимательно. Алла уже успела подзабыть обстоятельства, при которых начальник ее охраны узнал о существовании оккультного мира; Дэвида, старшего помощника и первого из принятых Рамиааля, встревожила слежка, замеченная сразу после убийства одного из побратимов.

— …Одним словом, обнаружил я их по чистой случайности, — подвел повествованию черту Шурик. — Почуял смутно знакомую ауру и решил проверить.

— Дэвид?

— Они не принадлежат к Домам, во всяком случае, знаков клятвы на них нет. — Принятой непонятно когда успел провести короткий анализ наблюдателей и сейчас говорил уверенно. — Энергетика у них чисто человеческая, характерная для старых южноевропейских школ. Этруски, Рим, Греция… Между собой говорят по-итальянски. Думаю, наемники.

Рамиааль оперся локтями на столешницу, сцепил пальцы и принялся мучительно вспоминать, чем же он мог привлечь внимание жителей полуострова-сапога к своей персоне. Помогать память отказывалась.

— Ничего не понимаю, — пробормотал старший демон. — Не за секту же они на меня ополчились?

— Какую секту?

— Да так, ничего особенного, — поморщился Рамиааль. — Время убивал. Провозгласил себя старшим иерархом неаполитанского филиала ордена Дракона Пустоты и собрал двадцать пустых голов под крылышком. Ну разыскал с их помощью пару полезных вещиц… Нет, должно быть что-то еще.

Шурик сложил ручки на животе и принялся активно играть с братом в гляделки. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так. В действительности сейчас Рамиааль активно уламывал младшего родича на одну из столь любимых авантюр, а общался мысленно, чтобы в случае отказа не выглядеть в глазах подданных дураком. Выбор у него был не очень велик. Во-первых, Рамиааль мог сообщить о факте слежки хозяину земли, на которой сейчас находился. Но ничего конкретного предъявить наблюдателям он не мог, кроме того, выставил бы себя слабым и боязливым, что на репутации сказывается нелучшим образом. Во-вторых, он мог сбежать домой. Однако над ним еще висел нерешенный вопрос с убитым принятым — к слову сказать, нет ли связи между этими двумя случаями? — и уезжать из Москвы он не хотел.

Имелись и личные мотивы, мешавшие переезду. Семья Рамиааля с давних пор владела землями Северо-Западной Руси, то есть Новгородом, Псковом, Санкт-Петербургом и другими. Сам демон родился и вырос под Питером, числил его домом, но с недавних пор старался там не бывать. Несколько лет назад на Невском проспекте должен был состояться парад геев, первый за всю историю города. Зрелище обещало стать во всех смыслах необыкновенным, потому что навстречу им собиралось двигаться другое шествие, только состоящее из бывших десантников. Пропустить такого демон не мог. Он отложил все дела, отменил несколько важных встреч — и что же? Парад запретили. С тех пор город на Неве Рамиааль не посещал. Слишком велико оказалось разочарование.

Таким образом, оставался третий вариант. Самому разобраться с возникшей проблемой. Как говорится, взять за жабры наблюдателей и поспрошать болезных, чего им от мирного демона надобно. Вот только подобное деяние может быть превратно истолковано, ибо не стоит заниматься самодеятельностью на чужой территории. Санкций, конечно, не воспоследует, но… Осадочек останется. Зато если Ассомбаэль, потомок владетеля Москвы и, следовательно, его уполномоченный представитель, согласится помочь старому другу и примет участие в коротком следствии, никаких разговоров о нарушении чужих прав не возникнет.

Одним словом, Рамиааль усиленно пытался втравить кузена в авантюру, а тот в меру опыта сопротивлялся.

Излишне говорить, за кем осталась победа.

Алла с детства понимала, что жизнь любит преподносить сюрпризы. Поэтому ни знакомство с Шуриком, ни выкрутасы подчиненных, даже чудесное выздоровление дочери — сногсшибательное впечатления на нее не произвели. Нет, она, конечно, поразилась, и сильно, но ее внутренний мир не пошатнулся.

— Что от меня потребуется в следующий раз? — холодно отреагировала женщина на предложение Шурика. — Танцевать стриптиз вокруг собственноручно купленного шеста?

Толстяк насупился. Мало того что непонятным образом его уболтали ловить каких-то людских ведающих, хотя сам он предпочел бы тихо-мирно почивать в любимом флигельке. Так еще и принятая гадости говорит!

— О тебе же забочусь, неблагодарная!

— Это теперь так называется? — искренне изумилась Алла. — Мне, приличной женщине, предлагают стоять на стреме, пока ты и твой сумасшедший родственник будете избивать ни в чем не повинных людей! И за это я должна еще и благодарить?!

Шурик, недовольно пыхтя, забегал по узкой комнатушке. Точнее говоря, забегал он по бетонному полу полуподвального магазина, волей его кузена и толстой пачки денег превращенного во временный штаб предстоящей операции. Рамиааль не стал строить сложных схем или закручивать многоходовой интриги — он просто тупо проследил за машиной наблюдателей и собирался сегодня же ночью устроить облаву. Или штурм, смотря как карта ляжет. Подобный стиль планирования был для него характерен и прежде сбоев не давал.