Восходитель. Том 5
Шрифт:
Глава 2
Погрузка на корабли продолжается, однако, процесс далек от порядка и спокойствия, ведь все хотят погрузиться на корабли, не желая собираться слишком большой командой. Было бы кораблей в два раза больше, то и конкуренция была бы ниже, но сейчас все в первую очередь воюют за самое большое судно, на котором должно быть больше всего припасов. С помощью «Мастерского телекинеза» ур. 2 буквально парю над мостками на высоте в два человеческих роста.
Окружающие восходители любой расы вряд ли будут слушать меня, так что бесполезно кричать и призывать к спокойствию. Я уже заметил это ранее, что восходители с каждым этажом собираются разве что в отряды, которые могут в будущем разрастись до клана или ордена,
Во-первых, этажи сильно разобщены между собой, и восходители с высоких этажей редко спускаются вниз. Только определенные крупные кланы, вроде Выдр или Стальных Грив, таким занимаются. Во-вторых, как правило, этажи ставят восходителей друг другу в конкуренты. Сами правила принуждают хвататься за силу, знания и возможности. Когда ты постоянно находишься в зоне смертельного риска, тебе обычно не до того, чтобы спасать всех подряд или хотя бы пытаться найти общий язык.
То, что Башня Испытаний постоянно занимается отбраковкой слабых еще с нулевого этажа, и так было понятно. Но мне кажется, что очевидный путь не обязательно должен быть самым выгодным. Но прямо сейчас я вынужден молча смотреть на то, как восходители толкают друг друга с мостков, используют боевые навыки и оружие, полученное на предыдущем этаже. Те несчастные, что падают на песок внизу, не умирают сразу, но им как будто становится очень плохо.
Психическим оком я вижу, как аркана покидает их тела и впитывается в песок, как вода в губку. Те, у кого запасы арканы в целом небольшие, могут в течение тридцати секунд упасть без сил. Многие упавшие со всех ног бегут к стене Первого Поста, чтобы взобраться по ней, если не успели далеко уйти. Но тем, кто уже успел преодолеть больше половины пути, остается карабкаться обратно на мостки по столбам, что поддерживают доски.
Как раз на глаза попадается мужчина, оставляющий на вертикальном бревне кровавый след, но он не может остановиться и спрыгнуть обратно на песок, так как сил в таком случае останется еще меньше. Как ангел-хранитель, я невидимой рукой телекинеза помогаю ему быстро оказаться наверху. Думаю, он даже не понял, кто или что помогло быстро взобраться, и на этом моменте я должен обратить внимание на другие события.
Тот орк-мясник никуда не делся и продолжает мне мешать, но я прекратил его напрямую атаковать, поняв, что это бесполезно, пока не разгадаю суть его способностей. Но он этим пользуется для того, чтобы начать убивать всех, кто пытается подойти к большому судну. Как раз моя новая команда приближается к нему, я вижу Андреса на острие атаки, за ним Гиль, где-то посередине Кли с Мист. Я пока даже с ускорением мышления не могу параллельно смотреть во все стороны, только делать это очень быстро, но даже так я не успел увидеть, как именно убили того человека, которому я буквально только что помог подняться на мостки. Сейчас он снова лежит на песке с разбитой головой, а сердцебиения я не вижу.
Кто его убил? Стоило спасение ранее траты сил? В чем вообще смысл этого? Философские вопросы, конечно, на которые сейчас нет времени. Я не могу брать на себя роль всеобщего спасителя, поэтому стоит отдавать приоритеты тому, что должно быть выполнено на сто процентов. Я вновь смотрю на свою новую команду, которая схватилась с орком. Андрес почти в упор ведет огонь из автоматической винтовки, но сгустившаяся алая аура его врага останавливает пули не хуже мешков с песком. А вот остальная часть отряда неожиданно разбегается в стороны, так как под их ногами появляются новые мостки, составленные из оживших камней.
«Это способность Кли!» — я узнаю загадочную субстанцию, которая отсюда похожа на каменную ткань, растущую в форме устойчивых лент.
Устремляюсь туда, как Супермен, плаща только не хватает за плечами и обтягивающего костюма. Ладно, не в супергероя я должен играть и пафосно побеждать врага. Мой план в том, чтобы выключить самого буйного орка из сражения, но при этом больше не буду тратить силы на то, чтобы
точно его убить.— Поднимайтесь на корабль! — кричу своим, создавая барьер вокруг зеленокожего.
Готов потратиться энергией, чтобы окружить опасного противника очень толстым барьером с большим количеством граней и узлов. Орк тут же пытается оттуда выбраться, его удары кажутся ощутимыми, но я сделал для него клетку достаточно крохотной, чтобы ему было не развернуться для нанесения мощного удара. На эту идею меня навели воспоминания о том, как я на третьем этаже находился в плену застывшего магического серебра, которое полностью меня обездвижило и даже лишило псионики.
И, что удивительно, как только я отказался от решения атаковать этого врага, его способность разрушать мои планы резко стала неэффективной. Вижу его перекошенную рожу, когда он бьется о полупрозрачный барьер, и широко улыбаюсь. Это не позволит мне его убить, но сейчас достаточно исключить из борьбы за корабль, даже ценой большого расхода психической энергии.
Андрес и другие понимают, что я задумал, поэтому не помогают орку разрушить барьер снаружи. Вместо этого устремляются по другим путям к кораблю. Первые пассажиры уже на палубе, в том числе занимается другой корабль. А я распространяю свою «тюрьму» и на других орков, что уже приблизились.
Это чертовски непросто. Держать под барьерами почти три десятка восходителей слишком сложно, но, к счастью, мне хватает в первую очередь ресурса внимания, а псионический источник достаточно глубок по сравнению с другими восходителями. Я не смогу продержаться до утра, но сейчас главное заключается в том, чтобы остальные восходители успели занять корабль. По моему плану мы на большом примем всех, кто захочет, за исключением орков.
Но ситуация становится лишь сложнее, когда под ногами песок начинает приподниматься, и все трупы, высушенные солнцем и пустыней, медленно поднимаются и смотрят на живых. И есть что-то голодное в этом взгляде. Это чей-то навык? Кто-то вроде того некроманта с Памятным Золотом, с которым я встречался в Кузнеграде? По идее, он должен уже быть на пятом этаже, опережая меня. Или это что-то, связанное с самим этажом и миром эльфов?
Зомби или, если быть точнее, мумии, взбираются друг на друга, переплетаются руками, ногами, да в целом телами. Зачем? Я не сразу это понял, но потом из песков выбираются всё новые мертвецы с высушенной внешней частью тела и пустыми глазницами, они уже составляют целую гору трупов, что выше мостков. Психическое око видит внутри этого скопления загадочные танцы арканы, что-то готовится произойти, а потом множество тел становятся единым.
Поднятая нежить, вцепившись друг в друга, стала частью большого голема, иначе назвать не могу. Часть тел стала руками и ногами, другая туловищем и приплюснутой головой. Четыре тела даже образовали собой веки жуткого монстра, которым не ясно кто управляет. У существа явно нет голосовых связок, но он испускает пугающие объемы арканы, от которых физически появляется ветер, а паруса и флаги кораблей начинают трепетать.
А потом высоко в небе как будто вспыхивает звезда, бросая лучи на ночную пустыню. Обычными глазами трудно разглядеть что-либо в сиянии, но я вижу чью-ту фигуру на троне, которая опускает большой палец к земле, словно римский император приказывает добить гладиатора. Словно какое-то божество решило вмешаться в испытание, но я знаю, что это не так просто даже для могущественных сил.
«Так, кажется, это не хорошо», — думаю я, когда голем ударил рукой по мосткам, убив сразу нескольких орков.
А вот корабли начинают отходить от мостков, не дожидаясь утра. Похоже, в этот раз погрузка заканчивается слишком быстро, чем должна была. Наверное, оно и к лучшему, так как голем вполне может повредить любой из двух кораблей. Не исключено, в пути нам будут встречаться подобные чудовища, от которых придется защищаться. Я больше не трачу силу на сдерживание орков, решив переключиться на помощь восходителям, которые еще не успели попасть на один из двух кораблей.