Бьюкенен Джордж Уильям список книг

Бьюкенен Джордж Уильям (25 ноября 1854, Копенгаген, - 20 декабря 1924, Лондон ?). С 1876 на английской дипломатической службе. В 1903-1908 посланник в Софии (Болгария), в 1908-1910 посланник в Гааге (Нидерланды). С 1910 посол в Петербурге. Противодействовал стремлению прогерм. кругов России порвать с Антантой. Во время 1-й мир. войны был тесно связан с кадетами и октябристами, поддерживал их идею конституц. монархии. В мемуарах Бьюкенен писал, что часто принимал в посольстве думских лидеров и "симпатизировал их целям" (Бьюкенен Дж., Мемуары дипломата, М., б/г, с. 202). 5 февраля 1917 Бьюкенен телеграфировал в английский МИД: "Большинство народа, включая пр-во и армию, единодушно в решимости вести борьбу до победного конца... меня беспокоит скорее экон. положение, чем политическое" (там же, с. 178-79).
В условиях 1917 года  деятельность Бьюкенен стала реальным фактором полит, жизни России. 27 февр. вместе с М. Палеологом посетил Н.Н. Покровского, где заявил: "Протопопов может поздравить себя с тем, что довёл Россию до революции своей провокац. деятельностью" (там же, с. 183).
1 марта высказал великому князю Михаилу Александровичу мнение о необходимости введения конституции и формирования правительства во главе с М.В. Родзянко. С созданием Временного правительства обещал П.Н. Милюкову поддержку Великобритании и настаивал на сохранении на посту Верховного главнокомандующего великого князя Николая Николаевича. Считал, что скорейшее "признание Врем. пр-ва необходимо", чтобы поднять его авторитет в условиях роста влияния Петрогр. Совета (там же, с. 198). Однако когда Милюков поставил 5 марта вопрос об офиц. признании Великобританией Врем. пр-ва, Бьюкенен заявил, что прежде он "должен получить уверенность, что новое пр-во готово продолжать войну до конца" (там же). Те же мотивы доминировали и в речи Бьюкенен.
11 марта на офиц. церемонии признания Врем. пр-ва. Вспоминая свои частые выступления на публич. собраниях и митингах, Бьюкенен писал: "Но если я с воодушевлением говорил о вновь добытой Россией свободе, то ...это делалось ради того, чтобы подсластить мой дальнейший призыв к поддержанию дисциплины в армии. Моей единств, мыслью было удержание России в войне" (там же, с. 203).
В начале марта Милюков предложил Бьюкенен конфиденциально выяснить мнение англ. пр-ва об эмиграции Николая II в Великобританию. 10 марта Бьюкенен ответил, что это возможно при условии оплаты рус. пр-вом расходов. Когда же в обществ, кругах стали выражать протест против выезда быв. царя за границу, Бьюкенен отказался от своих слов. А.Ф. Керенский писал: "Летом... мы, Временное правительство, получили категорическое официальное заявление о том, что до окончания войны въезд бывшего монарха и его семьи в пределы Британской империи невозможен" (там же, с. 297). Бьюкенен высоко оценивал Керенского, к-рый, по его мнению, "был единственным министром, личность к-рого, хотя и не вполне симпатичная, заключала в себе нечто останавливающее внимание и импонирующее... я его очень уважал, и мы вскоре стали друзьями" (там же, с. 209).
28 марта сообщил в МИД: "Я потерял надежду на успешное рус. наступление весной" (там же, с. 212). В нач. апр. начал проводить дипл. манёвры с целью добился от Врем. пр-ва отказа от присоединения Константинополя (что было обещано России по междунар. договорам 1916). 17 апр. в беседе с Милюковым настаивал на подавлении большевиков и аресте В.И. Ленина. После отставки Милюкова и А.И. Гучкова в письме в МИД 8 мая выразил сожаление по этому поводу и отметил, что "Новое коалиц. пр-во ...представляет для нас последнюю и почти единств, надежду на спасение воен. положения на фронте" (там же, с. 221). Предлагал завуалировать договорённости о разделе Малой Азии, объявив их лишь превентивной мерой при опасности проникновения туда Германии. В кон. апр. Бьюкенен начал контакты с эсерами и меньшевиками с целью нейтрализовать растущее влияние РСДРП(б). "Для большевиков - отмечал Бьюкенен, - не было ни родины, ни патриотизма" (там же, с. 227).
Бьюкенен являлся одним из инициаторов Июньского наступления рус. армий. После его провала выдвинул идею, что "численность армии на фронте должна быть сокращена до минимума... остальные солдаты должны быть возвращены для работы в тылу при системе всенар. обязат. службы" (там же, с. 239). В июле приветствовал репрессии Врем. пр-ва по отношению к большевикам. В письме в МИД 22 июля рекомендовал англ. пр-ву оказать давление на Врем. пр-во, чтобы оно сосредоточило "свою энергию на реорганизации армии и на восстановлении дисциплины как на фронте, так и в тылу" (там же, "с. 240). 29 июля в беседе с Керенским настаивал на введении в Петрограде воен. положения, угрожая в противном случае прекращением поставок арт. орудий из Великобритании. В кон. авг. при встрече с М.И. Терещенко настаивал на введении на фронте смертной казни. 28 авг. во время выступления ген. Л.Г. Корнилова отказался от предложения Врем. пр-ва покинуть Петроград и потребовал "примирения с Верх. главнокомандующим" при посредничестве ген. М.В. Алексеева (там же, с. 252). После ареста Корнилова записал • в дневнике 30 авг.: "Хотя все мои симпатии были на стороне Корнилова, однако я всё время старался изо всех сил бороться с идеей воен. переворота" (там же, с. 255): по его мнению, Корнилов был обманут представителем Керенского - Н.Н. Львовым. "Неудача корниловской попытки гос. переворота разрушила мои последние надежды на улучшение положения как на фронте, так и в тылу" (там же, с. 256).
12 октября Бьюкенен заявил Керенскому: "Едва ли можно ожидать, что мы будем доставлять ей [России- Автор] большое кол-во воен. снабжения, пока мы не будем иметь нек-рой гарантии того, что рус. армия использует его целесообразно" (там же, с. 261), одноврем. сказал, что "большевизм является источником всех зол, от к-рых страдает Россия, и если бы он [Керенский- Автор] только вырвал его с корнем, то он перешёл бы в историю не только в качестве вождя рев-ции, но и в качестве спасителя своей страны" (там же, с. 262). 23 октября принимая в посольстве Керенского. Терещенко и С.Н. Третьякова, требовал немедленного ареста Л.Д. Троцкого.
По мнению Бьюкенена, на стороне большевиков "было превосходство ума, а с помощью своих герм. покровителей они проявили организац. талант, к-рого у них вначале не предполагали. Как ни велико моё отвращение к их террористич. методам... я охотно соглашусь, что и Ленин и Троцкий необыкновенные люди" (там же, с. 274). 7 ноября имел встречу с Н.В. Чайковским и М.И. Скобелевым, к-рые сообщили ему о намерении сформировать пр-во без большевиков, но их идею не поддержал. 14 нояб. Бьюкенен направил телеграмму в МИД: "Положение стало здесь настолько безнадёжным, что мы должны пересмотреть свою позицию" (там же, с. 278). По его мнению, следует "возвратить России её слово и сказать её народу, что... мы предоставляем ему самому решить, захочет ли он добыть себе мир на условиях, предложенных Германией, или продолжать борьбу" (там же, с. 278-79).
15 нояб. Бьюкенен получил ноту Троцкого с требованием освободить задержанных в Великобритании Г.В. Чичерина и Петрова или будут задержаны англ. подданные в России, но посчитал угрозу нереальной. 21 нояб. сообщил прессе, что "получил инструкции воздержаться от всякого шага, к-рый мог бы обозначать признание" Сов. пр-ва (там же, с. 281). 27 нояб, заявил на встрече с журналистами: "Законное пр-во должно... получить свои полномочия от Учред. Собр., но ...Россия является страной таких неожиданностей, что мы не будем считать себя связанными такого рода определениями" (там же, с. 288), одноврем. высказал готовность вести с СНК переговоры о мире, но при условии, что сначала будет достигнуто соглашение между союзниками, а лишь затем начнутся переговоры с Германией. 23 дек. сообщил МИД о необходимости либо прийти к соглашению с СНК, либо разорвать дипл. отношения (однако на последнем не настаивал). 25 дек. выехал в Великобританию. В Лондоне первонач. высказывался против разрыва дипл. отношений с большевиками, но затем стал одним из самых активных сторонников воен. интервенции в России и поддержки "белых армий". В 1919-21 посол в Риме, с 1921 в отставке. Автор мемуаров.
В 1920-30-х гг. в части кругов рус. монархически настроенной эмиграции имела место, точка зрения, что Бьюкенен стоял за спиной сил, к-рые провели Февр. рев-цию 1917, и тем сыграл решающую роль в свержении имп. Николая II, а затем в течение 1917 фактически направлял политику Врем. пр-ва.