Шубин Геннадий Владимирович список книг

У Петра аж руки тогда зачесались. Так хотелось самому к этому вороту встать, рычаги покрутить, почувствовать, как сверло в металл идет, как стружка сыпется. Он ведь сам и плотник, и токарь, и корабел — любит ремесло, любит, когда из дерева и железа вещь умная, полезная выходит. Но нельзя! Кругом соглядатаи.…

Кайра оказалась умнее. Зарезав пару десятков, она прислушалась к моему совету, одолжив пистолет. Теперь волчица отстреливала выскакивающих одиночек точными выстрелами в распахнутые пасти. Прикончив примерно тысячу одинаковых жуков-навозников, мы наконец дошли до последней пещеры. По форме она напоминала…

Теперь, стоя в очереди в кондитерской, она посмотрела на перчатки, которые держала в руках, потом на свои ногти и огорчилась из-за того, что они такие сухие и потрескавшиеся. Она снова надела лайковые перчатки, потом подняла голову и обнаружила, что кто-то влез в очередь прямо перед ней. Она подумала,…

Не знаю, на сколько мы задержимся в Тифоле, но, возможно, это займет время. Скоро начнут возвращаться девушки из моего отряда, и их надо будет занять. Шестая возьмет опеку над Катей, а остальные пусть отправляются в академию. Посмотрят, послушают, может, выберут кого. Не хочу пока это афишировать — вернусь,…

В переполненном вагоне метро Алексей стоял, вцепившись в поручень побелевшими пальцами, пока адреналин пульсировал в венах раскалённой лавой, не думая утихать. Мысли разрывали сознание на куски. Переезд с Машкой в светлую квартиру с видом на парк — перечеркнут. А кредит за машину… Господи, о чём он только…

Он бережно, боясь окончательно изорвать, встряхнул одеяние и чихнул так, что едва не оторвалась голова. Лохмотья взметнули облако едкой, удушливой пыли. Жаль солнца нет, уж больно пылинки красиво пляшут и кружатся в лучах. Рух медленно облачился, жесткая, засаленная, покрытая соляной коркой ткань царапала…

Ну и в-третьих — смерть княжича очень напоминала гибель тех наёмников, что напали недавно на меня, и князя Антипова. Что наталкивало на определённые размышления. — Мне очень жаль, ваша светлость, — произнёс я и Муравьёв замер на месте. А потом медленно поднялся и уставился на меня полыхающим взглядом,…

Время шло. Часть поднята по тревоге. Но угрозы я по-прежнему не уловил — что-то было не так! Чуйка, которой я давно привык доверять — молчала. Ложная тревога? Что за черт?! Присутствовала какая-то не реалистичность происходящего. Что именно там взорвалось и как — не ясно. Топливозаправщик? Может…

Девушка, обрадованная произведённым эффектом, улыбнулась и сказала: — Конечно, мы входим в холдинг Рода Галактионовых, являясь его неотъемлемой информационной частью. И наш девиз — «Честность, честность, и ещё раз честность!». — Да ладно?! — удивился Алексеев. А Пушкин покачал головой и хмыкнул.…

Сашка покраснел: — Мы с ней в Суриковке видимся… По вечерам не получалось, я портрет Михаила Николаевича писал… Ты же сама мне говорила… — Всё правильно ты делаешь. — улыбалась девушка. — Как я поняла, — она покосилась на меня, — хотелки начинают сбываться? — Да, Вика. — кивнул он. — Будем надеяться……

– Можно и так, – опередил ответ Виталия инструктор. – Посмотрите, как вашему спутнику будет весело. Убедитесь, что всё надёжно. И сами захотите. Приговаривая это, он наклонился и принялся опутывать ноги Сони ремнями. – Зачем это? – испугалась она и умоляюще взглянула на Виталия, которому второй инструктор…

На глазах Любови и Макса произошла подобная ситуация и видимо поэтому убийцы решили избавиться от свидетелей открыв по ним огонь. К счастью, оператор, который сидел за рулём их съёмочного фургона, заранее понял к чему всё идёт и ударил по газам. Так что автоматные очереди летели лишь вслед их машине.…

Мама отлипает от меня, целует в щёку и сквозь слёзы смеётся. — Как ты? Болит что-нибудь? Мгновение прислушиваюсь к ощущениям и мотаю головой. — Нет. — Скоро придут врачи и проверят тебя. Точно хорошо себя чувствуешь? — Да. Можешь дать зеркало? Я чувствую себя странно. Первичная адаптация…

Однако меня прежде всего занимали мысли о ДНК, поскольку о старинной книге я не имел ни малейшего понятия, а угрозы кого-то взорвать показались мне далекими от реальности. О моей маме у меня осталось мало воспоминаний: она умерла от осложнений после родов, когда на свет появился Герман. Мне было тогда…