Тушкин Василий Рюрикович
Биография
Автор о себе -
Мой путь к Кришне был весьма долгим. В 1970-м году в десятилетнем возрасте я посмотрел фильм «Индийские йоги - кто они?» и сразу же решил, что я должен стать йогом. Этот фильм произвел на меня неизгладимое впечатление. Через несколько лет мне стали попадаться разные самиздатовские книжки по йоге. Из них я узнал о необходимости быть вегетарианцем, повторять мантру ОМ по утрам, узнал про чакры и так далее. Но самостоятельно практиковать на тот момент я был не способен. Однако стремление к внутреннему развитию осталось. В начале 70-х годов я очень сильно увлекся зарубежной рок-музыкой и тогда я впервые услышал о существовании одного интересного музыкального коллектива из Америки с очень экзотичным названием "Оркестр Махавишну" (Mahavishnu Orchestra). Их создатель John McLaughlin получил посвящение у индийского гуру Шри Чинмоя и "Махавишну" стало его новым духовным именем. Этим именем он назвал свою джаз-роковую группу. Для меня их музыка была тогда очень сложна, но это имя "Махавишну" очень привлекало меня, хотя я не знал, что оно значит. В нем была какая-то неземная сила и красота, и я очень уважал эту группу просто за одно имя и чувствовал, что за ним стоит что-то мистическое и очень интересное.
После окончания школы, в 1977-м году жизнь заставила меня переосмыслить многие вещи. Я быстро понял, что философия коммунизма, распространенная у нас в те времена, не способна объяснить многие аспекты жизни, и стал искать альтернативное мировоззрение. В университете я изучал японскую культуру, философию и язык. Это культура, построена на буддийских апа-сампрадаях, типа Дзен. Она помогла мне немного осознать бренность материального бытия. Я получил весьма смутное понятие о том, что где-то есть какая-то истина, которая открывается через просветление и меняет качество жизни человека. Но эта абстрактная истина постоянно ускользала от меня. Я никак не мог понять, в чем же суть жизни. В то время меня очень вдохновляли книги Ричарда Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон», «Иллюзии», книги Германа Гессе. Эти авторы были знакомы с некоторыми аспектами восточной философии и воплощали эти идеи в своих книгах. Было очень интересно, но ясности не прибавилось.
В 1979 году мой старший брат, который тоже увлекался эзотерической литературой, дал мне почитать Бхагавад-гиту в многотомном издании «Всемирная литература». Том назывался «Древнеиндийский эпос» и содержал стихотворный перевод сокращенных версий «Рамаяны» и «Махабхараты». Хотя с философской точки зрения, перевод был очень далек от совершенства, но даже он не смог испортить Бхагавад-гиту. Она произвела на меня настолько сильное впечатление, что я даже выписал некоторые стихи из Бхагавад-гиты себе в блокнот и регулярно перечитывал их, пока не выучил наизусть. Идеи о вечности души, о перерождении, о духовной реальности потрясли меня. И хотя я тогда параллельно изучал традиции Рериха, Карлоса Кастанеды, Гурджиева, Даосизма, Раджниша, внутренне я уже отдал свое сердце Бхагавад-гите.
Прошло несколько лет. Я окончил университет и пошел работать в ДВМП (Дальневосточное Морское Пароходство) переводчиком на пассажирских судах в регионах Юго-восточной Азии, Австралии и Океании. Наше судно было зафрахтовано (арендовано) английской Тур-фирмой CTC Lines (Charter Travel Company) и попасть в экипаж этого судна было большой удачей. У моего отца был друг в отделе кадров Пароходства и он смог протолкнуть меня туда. В те времена для советского человека попасть за границу было равносильно путешествию на райские планеты и считалось верхом везения. В этот период времени, с материальной точки зрения, в моей жизни было все отлично: хорошее образование, престижная работа, заграница и море чувственных наслаждений. Но внутренне я чувствовал, что не хватает какого-то неуловимого вкуса. Из буддизма я хорошо усвоил, что материальная жизнь бренна и всему телесному счастью рано или поздно придет конец. У меня было какое-то болезненное ощущение того, как безвозвратно и бестолково уходит время моей жизни. Время утекало, как песок в песочных часах.
В те времена все переводчики были "под колпаком" КГБ и мы вынуждены были писать регулярные отчеты о своей работе за границей. В 1984-м году, после возвращения из очередного многомесячного рейса, ко мне обратился один работник КГБ и спросил, не слышал ли я чего-нибудь об организации «Ученики Кришны». Я об обществе преданных тогда ничего не знал и поинтересовался у него, в чем их опасность для государства. На это он ответил, что «Ученики Кришны» опасны тем, что не исключают войну в качестве средства решения проблем. Видимо, он намекал на то, что Кришна убеждал Арджуну сражаться. Тогда я понял, что какое-то общество преданных есть, но оно тайное, и им активно интересуется КГБ. Также я понял, что со своими увлечениями надо быть осторожнее. Во Владивостоке тогда еще не было преданных.
Через некоторое время мне в руки попала ксерокопия статьи «Воспевайте и будьте счастливы!». Это было интервью с Джорджем Харрисоном о его опыте воспевания Харе Кришна мантры. В те времена, как и большинство моих сверстников, я был любителем рок-музыки, и Харрисон был авторитетной фигурой для меня. Я сразу же сделал маленькие четки из пластмассовых бус и попробовал повторять мантру. Ничего особенного я тогда не почувствовал и через несколько дней благополучно забросил это дело. Но Кришна, похоже, уже поймал меня.
В 1986-м году я был в очередном рейсе. Мы возили туристов из Австралии по тропическим островам Океании, и все наши круизы начинались в Сиднее. После каждого круиза пассажиры оставляли в своих каютах много книг и журналов. Я просил девушек, убирающих каюты, собирать всю литературу на английском и сдавать мне в бюро информации. Иногда среди гор макулатуры попадались интересные книги, журналы, и я оставлял их себе. Однажды, во время очередной стоянки в Сиднее, когда судно готовилось к посадке новых туристов, я отлучился из своего офиса на минутку. Вернувшись, я увидел у себя на столе одну маленькую книжку «Возвращение – наука реинкарнации». Похоже, что в мое отсутствие ее принесла одна из горничных, но я так и не смог выяснить, кто. Новых пассажиров еще не было, и на судне было тихо. Я просмотрел иллюстрации и сразу же получил даршан Шрилы Прабхупады, цветные фотографии которого были размещены на первых страницах. Это была маленькая книжка ИСККОНа, которую преданные распространяли в Австралии. Я тут же принялся читать ее, и она полностью захватила меня.
Потом я даже перевел эту книгу (у меня с собой была пишущая машинка) и дал почитать нескольким своим друзьям. Одна из первых читательниц позже стала преданной. Так я совершил первое неосознанное преданное служение в этой жизни, если не считать попыток повторять мантру и чтения неавторитетного перевода Бхагавад-гиты. В том же году в северной Австралии, в городе Кернсе один мой друг - сосед по каюте, встретил на улице преданного, который распространял листовки и приглашения на воскресную программу в местный храм. Друг принес мне эту листовку. Среди прочего в ней говорилось о том, что на программе будут собирать подписи в знак протеста против репрессий преданных в СССР. Пока я жил в свое удовольствие и путешествовал по тропическим странам на комфортабельном теплоходе, преданные в СССР активно распространяли сознание Кришны и подвергались гонениям и репрессиям. Я опять вспомнил про свою встречу с работником КГБ и решил перевод книги больше никому не показывать.
На островах Фиджи в порту Лаутока я увидел кафе «Говинда - пища для души», но, увы, оно почему-то было закрыто, и я не смог попробовать прасада. С сожалением я смотрел сквозь стеклянные витрины закрытого кафе на сладости, которые манили меня каким-то необычным видом. Позже (уже будучи преданным) я узнал, что на Фиджах есть большой храм Калия-Кришна Мандир, т.к. по преданию змей Калия нашел прибежище именно в этом районе, после того, как Кришны выгнал его из Вриндавана. Вообще Фиджи оказались необычным местом, т.к. большой процент населения там почему-то составляют этнические индийцы.
Наступил 1988-й год. В начале марта меня направили на три месяца в Санкт-Петербург на курсы повышения квалификации. Когда я прилетел туда, сразу же решил организовать себе культурную программу. Санкт-Петербург в эпоху перестройки бурлил новаторскими идеями в сфере театра и музыки. В тот же вечер, 8-го марта 1988-го года я попал на концерт группы «Поп-механика» Сергея Курехина. Это было авангардное шоу с привлечением разных музыкантов, актеров, спортсменов. Все это было очень интересно, но больше всего меня потрясло то, что посреди всего этого музыкального бедлама на сцену вдруг вышли люди в индийских одеждах, с мридангами, караталами и что-то запели. Зал был очень большой (кажется, это был «Олимпийский»), и я сидел довольно далеко. У меня был театральный бинокль, через который я разглядывал эту экзотическую группу, но пели они, увы, без микрофона, и я ничего не мог разобрать. Позже Чайтанйа Чандра Чаран Прабху рассказал мне, что он тоже был на сцене во время этого концерта "Поп-механики".
Через несколько дней я прогуливался по Невскому проспекту и зашел в Дом книги. В отделе «Философия и психология» ко мне подошел парень (Майтрея дас, тогда просто Миша) и спросил, интересуюсь ли я философией. Я ответил утвердительно, и тогда он достал из большого кармана куртки несколько самодельных книг: «Легкое путешествие», которое тогда называлось «Вне времени и пространства», «Ишопанишад» и что-то еще. Увидев эти названия и полистав их, я спросил его:
- Так это про Кришну?
Он от неожиданности аж присел и шепотом спросил меня, откуда я знаю про Кришну. В ответ я достал из своей куртки английский оригинал той книжки, что мне подбросили в Австралии. Я постоянно носил ее с собой и периодически перечитывал. Он был очень удивлен и тут же дал мне бумажку с адресом, по которому проходят программы. Это было где-то на улице Зои Космодемьянской или Зины Портновой (точно не помню название). Туда я отправился со своим старым другом, который тогда жил в Санкт-Петербурге. (Позже он получил имя Абхиманью дас). Там мы впервые послушали лекцию Маму Тхакура прабху, поучаствовали в киртане и попробовали прасад. После этой программы осталось ощущение, как будто я летел, не касаясь земли. Потом еще были личные встречи и беседы с Маму Тхакуром, новые книги, покупка «настоящих» четок, Бхагавад-гиты и многое другое.
В мае 1988 меня срочно отозвали с учебы в Санкт-Петербурге и опять послали в далекий рейс, т.к. не могли найти замену на мою должность. Это был мой последний загран-заплыв. Бхагавад-гиту и четки приходилось прятать от нашей таможни, т.к. это были предметы, запрещенные к провозу через границу. Советская система агонизировала в эпоху перестройки, и это проявлялось в самых уродливых формах. Нельзя было вывозить за границу даже кассеты с записями моего любимого тогда "Аквариума" (был целый список запрещенной музыки!), и мне приходилось все это прятать и поневоле быть контрабандистом. После вахты в бюро Информации я уходил на самый верх парохода, на пеленгаторную палубу и там в одиночестве читал джапу, чтобы никто не видел, чем я занимаюсь. Пассажиры и экипаж обычно на самый верх не заходили, т.к. там постоянно был сильный ветер и наслаждать чувства там невозможно. Так, перекрикивая ветер и шум навигационных приборов на пеленгаторе, я повторял Святое имя Кришны, привыкая к ежедневному и новому для меня занятию.
После этого полугодового рейса я отгулял свой последний отпуск и когда я пришел в отдел кадров Пароходства мне сказали, что наш теплоход продали "на гвозди" в связи с износом, фирма CТC Lines разорвала с нами контракт и моя заграничная одиссея на этом закончена. Теперь мне предстояла работа в каботаже (внутренние рейсы без выхода за границу) возить пьяную верботу с Курил на материк и обратно. Меня это не устраивало и я написал заявление об увольнении. Так я получил освобождение, став свободным художником. Я жил на сбережения и думал, чем мне теперь заняться. Я и не знал, что Кришна уже подготовил мне занятие на всю оставшуюся жизнь.
Летом 1989-го во Владивосток приехал мой старый друг Абхиманью (с которым мы впервые посетили программу в Санкт-Петербурге в марте 1988) и попросил меня помочь ему начать проповедь во Владивостоке. Я включился в процесс, хотя тогда еще не мог следовать всей садхане. Через несколько месяцев Абхиманью решил вернуться в Москву (тогда он служил в Би-Би-Ти), а меня оставил за старшего. Осенью 1989 года он несколько раз звонил мне из Мосвы и приглашал на встречу с духовным учителем – Прабхавишну Свами. Я тогда еще не понимал важности принятия учителя и отказывался, но потом вдруг что-то внезапно изменилось в сердце, и я резко побежал в кассы за билетом. К моему разочарованию билетов в Москву не было на ближайшие две недели. Я стоял перед окошком кассы в полном недоумении. Вдруг ко мне пришла неожиданная мысль, и я спросил: «А в Ленинград билеты есть?» Тетя в окошке утвердительно кивнула. Я тут же купил билет в Ленинград на ближайшее число и думал уже о том, как побегу там сразу на вокзал и на поезде поеду в Москву. Но как только я прилетел в Питер (тогда еще Ленинград) и позвонил там по одному телефону, который мне дал Абхиманью, выяснилось, что в Москву ехать не надо, т.к. Махарадж сам в этот день приехал в Питер. Более того, выяснилось, что в этот же день буквально через несколько часов он дает лекцию в Кафе «Санкиртана» на проспекте Маклина. Тут я впервые понял, что такое план Кришны. Купи я билет в Москву, я разминулся бы с Махараджем, а так Кришна сам все устроил наилучшим образом. Через несколько часов я уже сидел в кафе, принимал прасад и ждал лекции духовного учителя.
Перед приездом Махараджа в кафе мы долго пели, а Махараджа все не было. В какой-то момент вдруг прошел гул в толпе и все преданные начали падать на пол в поклоне. Это значило, что Махарадж вошел в кафе. Но он был в сопровождении нескольких преданных и все они были одеты в куртки (был конец ноября) и я не понял, кто из них духовный учитель, т.к. до этого видел его только на фото. Когда я встал с пола, Махарадж уже прошел на кухню переодеваться. Минут через 15 он наконец вышел в шафрановых одеждах саннйаси и сел на Вйаса-асану. Когда он запел Маха-мантру под фисгармонь, в моем сердце произошел какой-то неожиданный переворот и я ощутил прежде неведомую мне эмоцию. Это состояние можно было сравнить с легким приятным опьянением. Потом последовала лекция по "Чайтанйа-чаритамрите", из которой я мало что понял, т.к. там упоминалось много незнакомых мне имен и названий священных мест, но меня тогда волновал не смысл лекции, а сам голос духовного учителя, который и был для меня новым смыслом. Через этот голос я вдруг почувствовал, что Кришна где-то совсем рядом.
После лекции я умолил преданных пропустить меня на даршан к Махараджу во время его обеда прямо на кухне в кафе. Мне дали пять минут и за это короткое время я рассказал о себе и своем служении и попросился стать учеником, хотя я тогда всего четыре месяца как читал 16 кругов. По внешнему виду я тогда мало напоминал преданного, т.к. носил длиные волосы и бороду. Только по кантхималам и мешочку с четками можно было догадаться о моей связи с вайшнавами. Тем не менее, Прабхавишну Свами с улыбкой выслушал мой краткий рассказ про то, как я получил свою первую книгу в Австралии (он там GBC) и принял меня кандидатом в ученики без всяких формальностей. После этого еще была поездка в Москву, и Махарадж в течение недели давал лекции на разных квартирах, где народу было столько, что все чувствовали себя как в автобусе в час пик.
На следующий год, в июне 1990 я опять поехал в Москву на лекции Прабхавишну Свами. В этот раз лекции проходили в храме на Проспекте Мира. Это была старая большая квартира, где пол ходил ходуном во время киртанов. Однажды на лекцию почему-то не приехал переводчик. Махарадж долго пел перед лекцией, а переводчика все не было. Тогда он закончил петь, посмотрел на преданных с Вйаса-асаны и спросил: «кто может переводить?» Я почувствовал, что настал мой звездный час и поднял руку. Хотя я легко владею английским, я очень волновался, т.к. это был перевод лекции духовного учителя. Все прошло без замечаний и Махарадж довольный моим первым личным служением ему повесил на меня свою гирлянду после лекции. Потом он спросил, свободен ли я и не мог бы я поездить с ним по стране в качестве переводчика. Это было для меня полной неожиданностью, но все условия совпали (я был свободен, знал язык, был готов путешествовать). Я понял, что это план Кришны и сразу же согласился.
В течение двух последующих месяцев я посетил вместе с Прабхавишну Свами 24 города, действуя в качестве переводчика и слуги. Это были, пожалуй, самые напряженные и сложные дни моей жизни, т.к. я практически не принадлежал себе, что было для моего праздного ума совершенно новым опытом бескорыстного и постоянного служения. Но этот потрясающий опыт близкого личного общения с духовным учителем был совершенно необходим мне и составил прочный фундамент моей дальнейшей духовной жизни.
5 августа 1990-го года я получил первое посвящение на Дворцовой площади в Санкт-Петербурге после Ратха-ятры. Потом еще была первая Ратха-ятра в Москве, и после этого пребывание Прабхавишну Свами в России подошло к концу, и это было завершением моего неожиданного путешествия с духовным учителем. Когда мы прощались, Махарадж пообещал приехать к нам во Владивосток на следующий год, хотя Владивосток тогда еще был военным портом, закрытым для иностранцев. Я понятия не имел о том, как Махарадж собирается это сделать, но он сказал и так оно и произошло, но это уже отдельная история.
Самое любопытное во всем этом то, что я не собирался окончательно становиться преданным. Меня интересовала философия, вегетарианство, а ритуал и преданное служение не очень привлекали меня, но, по воле Кришны, в моей жизни произошла далеко не частичная, а полная перемена. Сами мы долго раскачиваемся и, зная мою колеблющуюся натуру, Кришна и Гуру сами сделали мне навстречу те шаги, которые я сделать не решался. Поистине, пути Господни неисповедимы. Так я обрел тот самый вкус жизни, который долго искал и не мог найти ни в мирской любви, ни в знании, ни в музыке, ни в странствиях по свету. Видя, как я маюсь в этом мире, но не решаюсь покинуть его, Кришна по своей милости принял меня на вечное служение к Себе, за что я очень благодарен Ему.