...со вздохом на устах...

Спустившись вниз, убрал лестницу, а затем и стену. Уселся на одну из лошадей. Двух других Джо повел за собой. Ехать без седла и стремян было непривычно. Но, я дал лошади полную свободу, и она неспешным шагом шла вперед. Моя задача состояла лишь в том, чтобы удержаться на ее спине.

Проехали потихоньку около часа, когда ущелье закончилось и перед нами открылась неширокая долина между гор. Посреди нее и находилось полсотни вигвамов.

Нас уже заметили. К нам мчались два десятка вооруженных индейцев. Не снимая карабин с плеча, я поднял обе руки без оружия вверх. Индейцы остановили своих коней, не доезжая нескольких шагов, и держали нас под прицелом нескольких луков и трех ружей. Один из них подъехал вплотную и спросил на ломаном английском языке:

– Что белый человек хотеть в наш край?

– Мы ищем другого белого человека. Он был один. У него не было оружия. Он не воин.

От вигвамов скакал к нам одинокий всадник. Им оказалась девушка, которой я отдал свою лошадь. Она громко крикнула что-то на своем языке, луки и ружья опустились. Подъехав к нам, сказала несколько слов моему собеседнику и он перевел:

– Вождь мой племя просит вас быть наши гости.

Коряво, но понятно. Девушка улыбнулась мне и повторила мой жест, прижав правую руку к сердцу, затем показала рукой на вигвамы. Сопровождаемые индейцами, мы подъехали к поселению. Встречал нас самый, что ни на есть настоящий, словно сошедший с экрана, вождь - в уборе из раскрашенных орлиных перьев, с лицом, преисполненным гордого достоинства. Спешившись, мы подошли к нему. Рядом с нами встал и переводчик.

– Приветствуем тебя, вождь, и хотим сказать, что пришли на твою землю с миром,- как можно более дружелюбно и почтительно сказал я. Черт его знает, как надо разговаривать с вождями. Хотя, в академии на лекции посвященной контактам с инопланетянами, преподаватель объяснял основные принципы беседы с представителями других рас.

Переводчик перевел. В разговор вмешалась девушка, сказавшая что-то вождю. Вождь величественно изрек несколько фраз и нам перевели его речь.

– Мой вождь рад вам. Он благодарить за спасение его дочери. Бледнолицый человек, который вы искать, был у нас. Его хотели отвезти к белые люди. Но белые воины нападать на наши воины. Бледнолицый человек, который не воин, остался у белых воинов в плену. Если его не убили, то увезти в форт, где много белые воины.

– Можете показать, где этот форт?

Принесли кусок шкуры и на нем куском древесного угля мне нарисовали примитивный план. Из него я понял, что к форту можно подойти только из прерий.

Пока разбирались с планом, несколько индианок "накрыли стол". Вождь сделал приглашающий жест. Уселись вокруг расстеленной прямо на траве самой настоящей льняной скатерти, заставленной деревянными и глиняными мисками. Мясо вареное, мясо жаренное, какие-то салаты из неизвестно чего, лепешки из пшеничной муки грубого помола, очищенные коренья...

В самом начале пиршества вождь торжественно достал бутылку виски:

– Бледнолицые гости будут пить "огненную воду"?
– Перевел переводчик вопрос вождя.

Джо отрицательно помотал головой - он вообще не употреблял спиртное.

– Благодарим тебя, вождь, но мы не пьем "огненную воду" пока не выполним то, что нам приказали сделать,- осторожно сказал я, боясь обидеть индейцев отказом. Но вождь одобрительно покачал головой, сказал что-то переводчику, а тот передал нам его слова:

– Вы хорошие воины. "Огненная вода" делает людей слабыми и глупыми.

Когда трапеза подошла к концу, вождь поинтересовался у нас, намерены ли мы сейчас ехать в форт и не дать ли нам провожатых десятка два.

– Нет,- ответил я ему через переводчика,- нас не встретят в форте как друзей. Поэтому мы поедем туда ночью. Потихоньку заберем своего товарища, которого увезли в форт и уберемся оттуда.

– Солдаты очень хорошо охраняют форт. Их там много,- переводчик показал на пальцах, что солдат в форте сто двадцать человек.
– У них есть пушки и скорострельные ружья. Стены у форта очень высокие. Вам будет трудно.

– Ну, что ж, потратим завтрашний день на разведку и заберем товарища следующей ночью. А, если солдаты вздумают нам помешать, придется взорвать форт.

– Как вы думаете его взорвать?
– В голосе вождя послышалось некоторое волнение.
– У вас есть динамит?

– К сожалению, динамита у нас нет. Но в форте обязан быть склад боеприпасов. И, если его поджечь, или подложить самодельную мину, то, наверное, бахнет не слабо...

– И вы вдвоем хотите справиться со всеми солдатами?

– Постараемся... Во всяком случае, я не имею права подвергать ваших людей неоправданному риску. Это наше задание. Нас учили такие задания выполнять. Думаю, что справимся.

Вождь поднялся и пошел к большому костру, горевшему посреди вигвамов, расположенных кругом возле этого костра. Туда же потянулись индейцы-мужчины. Похоже, назревало что-то вроде совета. Поскольку нас никто туда не приглашал, я отдал Лимонадному Джо приказание. Он пошел к нашим лошадям, пасшимся неподалеку от вигвамов, уселся на свою лошадь и поскакал по ущелью к лесу, где прятался Чанг. Надо было забрать у Чанга наши луки. Во-первых, они были намного мощнее индейских луков, во-вторых, в отличие от винчестеров, были бесшумным оружием. А я все-таки хотел попытаться забрать ученого из форта без лишнего шума.

Индейская "принцесса", дочь вождя, подобрав ноги под себя, сидела рядом со мной. Я показал ей знаками, что хотел бы почистить оружие. Она поняла, но, как и положено принцессе, сама никуда не побежала, а отдала приказание пожилой индианке, проходившей мимо. Та убежала в вигвам и вскоре у меня в руках оказались тряпки и склянка с ружейным маслом.

Привычно и быстро почистил, смазал карабин и револьвер. Удивило одно: в магазин "Винчестера" входило только двенадцать патронов. Между тем, четко помнил, что эти карабины были пятнадцатизарядными. Смутная догадка блеснула у меня в мозгу. Серебряный доллар, который я достал из кармана, подтвердил мою догадку. Но долго размышлять мне не дали.

Здоровенный индеец, тот, который сопровождал Покахонтас (так я про себя окрестил дочь вождя), вышел из-за моей спины. Я почувствовал его приближение, но поскольку сидевшая рядом со мной индианка была совершенно спокойна, не стал дергаться.

Индеец подошел к толстому дереву, стоявшему шагах в тридцати от нас, томагавком ловко стесал на нем кору, где-то на уровне своего лица. Не было на него экологической полиции и никто не заставит его платить штраф в две тысячи кредов за испорченное дерево.