007. Вы живёте только... трижды
Шрифт:
— С древесиной головного мозга у меня всё в порядке, — продолжил Джеймс. — Спасибо за угощение, и встретимся на уроках!
Волшебница ласково потрепала суперагента по голове, гаркнула «Первоклассники, ко мне!» во всё горло и, наконец, отвернулась от наполовину оглохшего Бонда.
— Она какая-то странная, — пожаловался Джеймс, пытаясь выковырять из уха остатки вопля волшебницы. — Что она здесь вообще делает? Зачем собирает первоклассников?
— Первоклассники плывут в школу через озеро, — ответила Джинни, опускаясь рядом с Джеймсом. — А мы вместе с остальными поедем вон в тех самодвижущихся каретах. Давай, пойдём быстрее, нам ещё карету занять надо.
— А если мы не пойдём, что, все кареты уедут без нас, а нас оставят здесь на произвол судьбы? — поинтересовался Джеймс. Пока длился этот разговор, он сводил
Хотя сеть британских железных дорог суперагент помнил хуже, чем сеть железных дорог России, Японии или Венесуэлы [69] , но, согласно его памяти, центральные железные дороги между Лондоном и восточной Шотландией по территории Норфолка вообще не проходили. Поэтому либо маги проложили собственные железные дороги, (в конце концов, собственные железнодорожные перроны на Кингс-Кросс у них есть, так что строить железные дороги они умеют), либо поезд специально идёт по второстепенным дорогам, где движение ниже, и есть шанс проскочить мимо диспетчеров движения.
69
Сеть железных дорог Венесуэлы середины 1990-х выучить легче, чем сеть железных дорог Великобритании: в Венесуэле были всего две железнодорожных линии, не связанных между собой.
Джеймс Бонд вспомнил свою короткую экскурсию на вокзале Кингс-Кросс, дымящие локомотивы вырвиглазных цветов, и покачал головой. «Если по нашим железным дорогам курсируют такие яркие поезда, и этого никто не заметил, то придётся признать: либо волшебники держат нашу транспортную систему в железном кулаке, либо они проложили свою собственную транспортную систему, прикрытую от нежелательного внимания, — пришёл к неутешительному выводу Джеймс. — Эм будет просто в восторге, когда узнает».
Опытный разведчик посвятил несколько мгновений размышлениям о целесообразности некоторых вещей. У магов есть мётлы, ковры-самолёты, аппарация, порт-шлюзы, автобус «Ночной рыцарь», — возможно, он не единственный такой, — частный автотранспорт типа «Форд Англия» и «Bentley Mulsanne» и Бог знает что ещё. Зачем им, вдобавок ко всему вышеперечисленному, ещё и железные дороги?
Так и не придя к однозначному выводу, Бонд, массируя поясницу, направился вслед Джинни. Большинство пассажиров поезда уже сошли с перрона и теперь дрались за места в каретах. Отчаявшиеся старосты пытались навести хоть какой-то порядок в шуме, гаме и толкучке, создаваемой почти пятью сотнями детей [70] .
Сплочённые единой целью, Джеймс, Джинни, Невилл и Полумна заняли одну карету. Джеймс, любопытствуя, обошёл экипаж, растирая ладонями ноющую поясницу. «Надо будет объяснить магам понятие “школьный автобус”», — подумал суперагент, краем сознания замечая, как что-то ласково дует ему в ухо.
70
Количество учеников в Хогвартсе по различным подсчётам колеблется от трёхсот до тысячи. Я взял среднее число, у меня в Хогвартсе учится около шестисот студентов. Седьмая часть — это первогодки, перевозимые в лодках; остаётся порядка пятисот человек студентов; по четыре студента в карете — имеем минимум сто двадцать пять карет. Это чуть более чем дофига.
Только недюжинное самообладание помешало Бонду выхватить пистолет-пулемёт и превратить всё, что находилось за его спиной, в кровавую кашу.
Джеймс, дрожа от выплеснувшегося в кровь адреналина, медленно развернулся. К его уху плотоядно принюхивалось кошмарное создание, которое он поначалу принял за лошадь. Вблизи оно напоминало обтянутый кожей скелет лошади.
Крылатой лошади, поправился суперагент, заметив сложенные вдоль позвоночника крылья, — тонкие, кожистые, напоминающие крылья летучей мыши. Заметив внимание обладателя столь привлекательного уха, ночной кошмар умильно склонил голову набок, уставился на ухо крупными карими глазами, хлестнул себя по бокам тонким крысиным хвостом и пустил из угла рта нитку слюны.— Джинни? — не оборачиваясь, позвал суперагент.
— Чего? — высунулась из окна рыжая голова [71] .
— А это кто?
— Где?
— Вот.
— Где?
— Прямо передо мной.
— Карета.
— Что?!
— Карета. Гарри, ты чего? Ты же только что такую же карету сам осматривал.
Джеймс снова окинул взглядом тонкое тело крылатой лошади и обнаружил, что оно крепится к карете сложной системой ремней и палок. В голове начали роиться термины «постромки», «оглобли», «взнуздать», «хомут» и «жернова», хотя агент сильно подозревал, что жернова всё-таки не связаны с тягловым скотом. Во время нескольких совершенно секретных операций Бонду приходилось присутствовать на ипподромах, но тогда всё его внимание поглощала не упряжь жокеев, а собственно операция.
71
Как явно сказано в пятой книге, кареты, используемые для доставки учеников в Хогвартс, — это не открытые экипажи, а закрытые; фактически, коробки на колёсах. Видимо, для усиления морской болезни у непривычных к такой езде учеников.
— Джинни. Сосредоточься, ладно? Прошу тебя присмотреться повнимательнее. Передо мной, на расстоянии нескольких ярдов, стоит карета. От неё в мою сторону тянутся две длинных палки, которые, за неимением лучшего термина, я назову оглоблями. Ты их видишь?
Девочка высунулась из окна ещё дальше, свесив достойную Рапунцель гриву рыжих волос почти до земли. «Эти волосы и в самом деле можно назвать достойными Рапунцель, — отрешённо подумал суперагент, — они выглядят так, как будто по ним ежедневно вверх-вниз лазила страшная ведьма в сапогах, покрытых слоем чернозёма».
— Вижу, — радостно подтвердила младшая Уизли.
— Дальше, — смотри внимательно, — между оглоблями укреплён хомут. Ты его видишь, не так ли?
— Это такая кожаная хреновина, подвешенная на концах палок?
— Да, — пришлось согласиться агенту с этим неоднозначным определением. — Это именно она. А теперь напряги своё зрение и скажи мне, на чью шею надет этот хомут?
— …
— Ну же? — поторопил Джеймс, слегка нервничая, потому что потерявшая надежду на то, что объект её внимания добровольно расстанется с собственным ухом, «лошадь» перестала выжидать и снова потянулась к уху суперагента.
— Там никого нет, — ответила Джинни. — Мы каждый год приезжаем в Хогвартс на этих самоходных каретах, которые никто не тянет. Брось, Гарри, забирайся в карету, снаружи холодно, а внутри можно погреться. Я знаю, как.
Девочка скрылась в карете, втянув в окно волосы.
— Никто не тянет, да? — пробормотал Бонд, чувствуя, что сходит с ума. На его глазах эта «никто» играючи стронула с места тяжёлую карету в попытках добраться до его уха.
Джеймс погладил «лошадь» по носу и протянул ей поданный Вильгельминой фон дер Граббли-Дерг кусочек сахара. Кожа «лошади» на ощупь была холодной, но очень приятной и шелковистой; прикосновение к ней окончательно убедило Джеймса в том, что она ему не пригрезилась. «Лошадь» принюхалась к сахару и слизнула его с ладони одним движением, не обращая внимания на крошки табака. Бонд усмотрел в пасти «лошади» здоровенные клыки, достойные льва или тигра, и поспешно ретировался в карету.
Невилл поглаживал спрятанную в нагрудный карман мантии жабу, из-за чего напоминал человека с инфарктом. Сидевшая рядом с ним Полумна снова читала «Придиру», перевернув журнал. Джеймсу пришлось сесть рядом с Джинни, которая немедленно к нему прижалась.
— Долго нам ехать до школы? — поинтересовался Бонд.
— Минут двадцать, — ответил Невилл, пристраивая на колене свой прыщавый кактус.
Карета тронулась. Мягкое покачивание действовало успокаивающе.
— Профессор Граббли-Дерг сказала, что она будет вести у нас уход за магическими существами, — сказал Невилл. — Интересно, а где Хагрид?