1894. Часть 3

– Это тебе Роберт чужой человек, дикарь и зверь, мне и Гусеву он друг.

– Вы чем думали, когда потакали этому "другу"? На чаше весов были тысячи человеческих жизней! Политики хреновы!
– Бузов долго ругался, употребляя нецензурные выражения, чем разозлил Ершова.

– Один римлянин сказал "делай, что должен, и будь, что будет". Мы поступили крайне глупо, но по совести, - гордо сказал Николай, принимая соответствующий вид.

– Это квинтэссенцией Бхагавад-гиты, - просочилась в комнату жена Бузова, сразу демонстрируя свою начитанность.

– Солнышко, у нас мужской разговор!

– проявил характер Валера.

– Ну, конечно!!! Уже завтра ты начнешь тратить семейные деньги: сотня тысяч газетчикам, две сотни тысяч юристам, миллион чиновникам на взятки, - повысила голос жена, - Твой мат, дорогой, слышно во всем доме.

– Ах, солнышко моё, дело совсем не в деньгах! Во всяком случае, свои "примусные" миллионы можешь оставить себе на "булавки". Коля на святое покушается, на авиацию!
– расстроенным голосом сказал Бузов, обнимая жену.

– Что? Твой самолет уже летает?
– разволновался Ершов.

– Месяц-другой, и полетит! Я жду окончания стендовых прогонов твоего нового мотора. Собственно, я изготовил лебедку для запуска самолета. В ближайшие дни хочу испытать, взлетая через фронт морского бриза. Его легко определить, нас учили. "Если воздух над поверхностью земли влажный, образуется фронт кучевых облаков", - процитировал Бузов.

– У-2 - как планер с моторчиком? Интересная идея!
– загорелся Ершов.

Николай тут же предложил свой вариант взлета с пологого склона горы, обещая соорудить трамплин, с идеальной поверхностью, одновременно соблазняя Бузова и его жену красотами гавайских островов и прекрасным климатом.

– Если стартовать с горы, то с высоты трех километров, даже с выключенным двигателем, и без учета бриза можно лететь целый час! Почти сотню километров над островом и океаном! С таким двигателем, как у тебя сейчас, все три часа! Разве сравнится такой полет с жалкой парой сотен метров здесь, на Балтике?
– горячо агитировал Ершов.

– А это идея! Ребята загорят, окрепнут, научатся кататься на доске, - загорелся Бузов.

– Там сейчас волны высотой 15 метров!
– поддакнул Ершов, посмотрел на Елену, понял, что сморозил глупость, и добавил, - Леночка, у меня к тебе огромная просьба. Сабина беременна, ей срочно нужен развод. У тебя огромные связи. Помоги ускорить бумажную волокиту.

– Коля! Как ты мог обсуждать с Валерой всякие глупости, ни слова не сказав о главном? А Сабина? Отнекивается от меня, ссылаясь на легкое недомогание. Ушла к себе в комнату отдохнуть, а тут такие новости! Конечно, я помогу Сабине! Сегодня вечером переговорю кое с кем, позвоню по телефону, договорюсь о встрече.

Но Елена не ушла, и друзья надолго замолчали.

– Коля, думаю, ты допустил промашку. Твои угрозы в английском посольстве в США в адрес премьер-министра - глупость.

– По-твоему, старушка королева Виктория - лучше?
– возмутился Ершов.

– Нет! Ты никому не должен был угрожать! Это только ускорит военную операцию.

– Я лишь тонко намекнул на ирландских революционеров, - виновато сказал Николай, - Он меня сам спровоцировал, скользкий гаденышь!

– Летом в Англии выборы, либералы явно сдают свои позиции, поэтому премьеру сейчас не до посылки войск в Гонолулу, - сообщила Елена.

– Я знаю. Мы собираемся помочь арабам в Судане, чем отвлечем англичан от себя, - Ершов озвучил для Елены ближайшую военную хитрость.

– Не принципиально. Задержите вторжение на месяц-другой, не больше. Конфликт с бурами не скоро, - задумалась женщина, накручивая на палец локон, именуемый в народе "завлекалкой".

– Я тоже больше ничего не помню. Может, Клячкина вызвать?
– сбил Елену с мысли Валера.

– Как ты не вовремя!
– жена недовольно посмотрела на Бузова, но потом улыбнулась, - Точно! Клячкин говорил, что на границе Гвианы и Венесуэлы нашли много золота. Земли там спорные. Теперь я точно вспомнила! Был у англичан по этому поводу конфликт с США!

– С США???
– в один голос удивленно спросили мужчины.

– Да! Премьера консерватора убьет американский патриот из американского пулемета, - заявила Елена.

– Нет! Я, конечно, прогуливал историю, но такое бы запомнил, - удивился Бузов.

– Брось! Валера! Елена сказала "убьет", значит убьет. Только общественное мнение нужно заранее подготовить. Такая компания в прессе будет гораздо дешевле, патриотизм, знаете ли, - закивал головой Ершов.

– Понял. Не дурак. Может, лучше американского президента английский патриот?
– решил притвориться умным Валера.

– Кинем жребий?
– усмехнулся Ершов.

– Мы не будем полагаться на случай. Мы пойдём простым логическим путем, - подхватила Елена.

– Пойдем вместе, - засмеялся Валера.

– Нет-нет!
– замахал руками Ершов, - давайте ограничимся "народными возмущениями с поджогами магазинов, контор и банков".

– Что? Испугался за своего президентика, "проклятый американишка", - притворно разбушевался Бузов.

– Ну что, господа заговорщики? При таком раскладе мы сможем надеяться, что англичанам будет не до крошечного острова?
– довольно сказал Ершов.

– Ты сам-то поберегись, Коля. Английская разведка не чета японской, прихлопнут тебя легко, без напряга. Тебе сейчас нужно залечь там, где любой новый человек был бы на виду, - посоветовала Елена.

– Да, Коля, ехал бы ты в мастерскую по сборке двигателей для самолетов. Фюзеляж, крылья, шасси и винт я за два года до ума довел. Надеюсь, - серьёзно сказал Бузов.

– Я с удовольствием, но кто сделает за меня мою работу?

– Я поеду в Нью-Йорк. Через месяц в США открытие завода по производству примусов, - заявила Елена, - Дашь мне контакты своих ирландских бандитов. Постараюсь найти там боевика-революционера, не работающего на английскую разведку. Это будет второй номер. Его зарежут в пьяной драке, в порту, перед самым бегством из Англии. Его напарник, "исполнитель" теракта, должен быть ультра-патриот, любитель выпить, лучше наркоман. Клячкин подберет мне "возмущенного английского гражданина", слишком сильно ударившего тростью американца, когда разгневанная толпа схватит "мерзавца". От тебя мне нужны будут настоящие стрелки.