2133. Путь

Неподалеку вдруг раздался громкий испуганный возглас, перекрывший звук падения тела егеря. И Кристина, и Никлас обернулись одновременно: надо же, губастая уточка. Похоже, только что поднялась по лестнице и, увидев, как Никлас убил егеря, не сумела сдержать эмоции.

– Ш-шайзе! А ты что здесь делаешь? – в злом недоумении спросила Кристина.

Естественно, Марша Юревич не ответила – приоткрыв надутые губы, она сейчас с испугом смотрела на кинжал в руке Никласа. Кристина увидела направление ее взгляда и резко обернулась. Никлас в этот момент шагнул вперед, собираясь призвать жрицу Пути сохранять спокойствие. Но едва открыл рот, как лишь в последний момент успел уклониться от мелькнувшей металлической гири.

Плеть с металлическими когтями, которой хлестала Кристина сестру, уже упала на пол, в руках девушки оказался – вынутый из рукава в буквальном смысле, кистень. И только реакция с долей удачи спасли Никласа – иначе лежать ему сейчас с пробитой головой. Удар Кристины достиг цели только частично – металлический шар прошел вскользь, разбивая бровь. Не обращая внимания на кровь, Никлас – сокращая дистанцию во избежание обратного удара, уже оказался совсем рядом с такой опасной жрицей.

Кристину убивать он не собирался – ему нужны были ответы на вопросы. Из-за чего, почувствовав, что она снова замахивается, Никлас даже не ударил, а оттолкнул ее. В правой руке был кинжал, поэтому – чтобы наверняка, он упер жрице ступню в живот и распрямил ногу. Впрочем, разгоряченный недавними схватками и мельканием кистеня, сделал это довольно резко. Но Кристина не упала, даже почти сохранила равновесие – взмахнув руками и отбегая назад.

Задержали ее только перила галереи. Задержали, но не остановили: инерция толчка оказалась слишком сильной. Невысокие перила ударили Кристину на уровне ягодиц, она в очередной раз взмахнула руками. Мелькнули поднимающиеся вверх сапоги, оказавшиеся выше головы; Кристина – выронив кистень, успела обеими руками схватиться за перила. Не удержалась – ладони с полированного дерева соскользнули, она сделала сальто назад и исчезла из вида.

От нее остался только девичий крик – больше удивленный и злой, чем испуганный. Но остался совсем ненадолго, будучи через несколько мгновений оборванным глухим звуком упавшего внизу тела.

Настороженно оглядываясь по сторонам, Никлас подошел к перилам. Кристина упала у подножия лестницы на первом этаже. Лежала она без движения, но никакого движения – после падения в жесткий пол с такой высоты, Никлас от нее и не ждал.

Неподалеку от Кристины лежало еще одно недвижимое тело. Похоже, тоже недавно сброшенное с высоты четвертого этажа галереи. Присмотревшись, Никлас узнал погибшего – Марк, лощеный секретарь рейхсграфа. В этот момент несколько капель крови из разбитой брови упали вниз, Никлас даже понаблюдал за их полетом.

В особняке стояла мертвая тишина. По-настоящему мертвая.

Никлас обернулся на Маршу – губастая уточка замерла с открытым ртом, боясь дышать. Посмотрел на Катрин – лежит, закрыв голову руками, без движения.

Выдохнул сквозь стиснутые зубы, выругался негромко.

Связываться с Путем – очень плохое решение. Ссориться с Путем, тем более на землях Нового Рейха, – решение еще хуже. Не говоря уже о том, чтобы убивать жрицу Пути и двух егерей личной карательной бригады кайзера. Которые еще и явно из офицеров военной аристократии – это даже без знаков различий понятно, рядовые егеря белую жрицу охранять просто не будут…

Впрочем, выбора у Никласа не было, на предложение мириться и не драться никто из них точно не отреагировал бы. Мысли, отпуская прошлое и неважное, вновь лихорадочно заметались. Ясно, что отсюда надо бежать, срочно. Причем, прежде чем бежать, нужно подчищать следы – любой коронер, не говоря уже о профессионалах, оказавшись здесь, с легкостью отрисует картину произошедшего. И наверняка в этом доме найдутся следы присутствия Никласа – речь даже не о крови, которую он тут растерял, а о документах.

Оставить все как есть? Тогда он получит официальное обвинение в гибели жрицы Пути, и оспорить это обвинение будет непросто. Сжечь дом? Может привлечь внимание патрулей ландвера. Но особняк в лесу, от Грайфсвальда удален и, судя по происходящему здесь, обособлен. Так что далеко не факт, что пожар заметят или захотят заметить, даже если увидят сквозь ливень зарево.

Дом надо сжигать, решено.

Вопрос следующий – куда бежать? Возвращаться по обратному пути вариант плохой – в Е-Зоне культ Пути влиятелен. Если передвигаться легально, Никлас даже до Авиньона не доедет. Уходить в земли Империума? Тоже вариант не очень: пять лет назад отец поссорился с консулом Москвы, теперь человеку с фамилией Андерсон пересекать границы Империума нежелательно. А если делать это под фамилией Бергер? Но где искать документы? Он даже не помнит, где лаборатория, а время сейчас точно играет против него.

Или все же рискнуть, быстро валить отсюда и поехать на запад?

Так, отставить: неподалеку ждет Пауль. Черт с ними, с документами, искать не стоит. Надо сжигать дом и как можно быстрее встретиться с Паулем, обсудить произошедшее. Когда они – еще в Африке, в Дакаре, планировали совместную поездку – тайную, чтобы по пути ни разу не встретиться и не пересекаться, Пауль как чувствовал беду. И тогда на вопрос Никласа, зачем такая конспирация, ответил, что на всякий случай.

Карту территорий рядом с местом назначения Пауль Никласу тогда тоже показал и, заставив заучить, прогнал по дорогам маршрута, чтобы тот легко сумел найти развалины церкви в заброшенной деревне неподалеку. Где Пауль обещал его ждать – вчера, сегодня, завтра и наверняка еще несколько дней.

В том, что Пауль сейчас на месте, Никлас не сомневался. Сомневался Никлас в том, что в выражение «на всякий случай» Пауль вкладывал возможность убийства белой жрицы культа Пути и егерей личной гвардии кайзера.

Ладно, это все потом, потом – взбодрил и мысленно подстегнул себя Никлас. Все недавние размышления пронеслись в его голове всего за несколько секунд, и сейчас он обернулся к губастой дочери купца первой гильдии Марше Юревич – которая так и стояла на лестнице, похоже еще даже ни разу не вздохнув.

– Ты видела еще кого-нибудь в здании?

Девушка даже не сразу поняла, что вопрос обращен к ней. Но на звук голоса отреагировала – Никлас столкнулся со взглядом ошалевших глаз. Полностью открытых, чему сейчас не мешала даже неестественная длина тяжелых ресниц.

– Ты видела кого-нибудь еще в здании? – повторил Никлас вопрос.

Сил на ответ у впавшей в ступор девушки не хватило. Хватая воздух открытым ртом, Марша отрицательно помотала головой. И только сейчас глубоко вздохнула, вспомнив как дышать.

– Что здесь происходит? – на выдохе задала она вопрос дрожащим голосом.

– Неестественный отбор, – не удержался от сарказма Никлас, направляясь к распростертой на полу Катрин.

Глава 6

Выглядела Катрин Брандербергер не очень хорошо. Скорее, даже очень нехорошо: удар плетью-кошкой оставил рассечения наискось через все лицо, ото лба до подбородка. Возможно, внучка рейхсграфа даже осталась без одного глаза; но не рассмотреть – заплыл, да и крови много. Все же Кристина била сестру и ногами, не только плетью. Второй глаз сейчас, когда Никлас присел рядом и отнял руки девушки от лица, открылся.