33 Буквы
Шрифт:
Найти источник самого себя.
15.09.97.
Я знал – ты была где-то рядом...
Кате.
Я знал – ты была где-то рядом.
Я чувствовал это, поверь!
И жадно искал своим взглядом
К тебе потайную я дверь.
Но слипшихся метров пространство
Замкнулось в кривую дугу.
И сам горизонт, беспристрастно,
Взирал
Лишь лёгкое дуновенье,
Из инфернальных щелей,
Рождало в душе сомненье
В незыблемость вечных идей.
И я уловил твой запах
И впился в твой аромат.
Вцепился я в юго-запад
И дёрнул, судьбе наугад.
Скрипнули косные створы,
Открывши чёрный проём:
Средь тьмы бесконечных просторов
Сиял, вдалеке, твой дом.
Я смял себя в теннисный мячик,
А после – зажёг, как звезду.
И стал фаворитом я скачек
В заезде на эту версту.
Вскипело, взревело время
И брызнуло снопом огня.
А я – сам к себе прижал стремя
И закусил удила.
И где-то на грани сознанья,
Влетел я в твоё окно –
– Конь, мячик, иль просто сиянье, -
– А, впрочем, не всё ли равно!
Главное – я с тобой рядом.
Важно – тебя я обнял.
Пролился я звёздным каскадом,
И сгинул – пыланьем огня!
29.09.97.
Надо спать. Да вот только, не спится...
Кате.
Надо спать. Да вот только, не спится:
Сердце мыслью тревожно стучится.
И под лампою, лёжа в углу,
Вспоминаю улыбку твою.
Чуть задумчива, капельку грустна,
В чём-то робкая, в чём-то искуссна,
С тайной, спрятанной в дальних мирах,
Ты, в улыбке своей, - Таиах!
Улыбнёшься и смотришь упорно
Ты, в глаза мои, солнечным взором.
А я счастлив – мне сладко всегда
Быть тобою испитым до дна!
Но вот, взгляд мой метнулся к картинке:
Фотография – в солнечной дымке
Ты сияешь улыбкой, но та –
– Ярким светом и смехом полна.
И трепещет рот счастьем и мёдом,
Губы ждут разрешения словом,
Но ушло всё в сияние глаз –
– Пусть слова прозвучат в другой раз!
Ну а я всё лежу в уголке.
А мой сон – где-то на потолке.
Пусть рассвет и крадётся в окошко,
Я ещё помечтаю немножко.
03.11.97.
Я кружился снежинкой в метели...
Кате.
Я кружился снежинкой в метели,
Из
иных выпадая глубин –– Бесконечность, сводимая к мере,
Как в бутыль - загоняемый джинн.
Я был всем, или вовсе я не был,
Что по сути своей – всё равно.
Но тогда уже знал я и верил
В то, что мир – не одно лишь добро.
И беспомощно ждал той минуты,
Когда вечность порвёт свою нить.
И отведал, в свой срок, я цикуты. –
– Вспыхнул свет, я вздохнул – и стал жить!
18.12.97.
Твой поцелуй – что бабочки порханье...
Кате.
Твой поцелуй – что бабочки порханье:
Движенья губ легки и прихотливы,
И та же нежность мимолётного касанья,
И ощущение услышанной молитвы.
И тот же жар внезапного блаженства.
И чувство первобытного восторга.
И счастлив я беспечным счастьем детства,
А может быть – цветочного бутона.
05.01.98.
Мир спрятал, с улыбкою горькой, загадки...
Кате.
Мир спрятал, с улыбкою горькой, загадки:
Стал взрослым, задумчивый в прошлом, ребёнок.
И тайны, собравшись в житейские складки,
Повисли на том, кто был раньше так тонок.
Он, житель, когда-то, лишь просто Вселенной,
Отныне живёт, сообразно прописке,
И вместо загадки, живой и нетленной,
От жизни зарплату берёт, по расписке.
27.01.98.
Ты, наверное, снова не спишь...
Кате.
Ты, наверное, снова не спишь –
– У чертёжной доски всё сидишь.
И качнувшись на стуле в работу,
Не пускаешь на волю зевоту.
А в руке у тебя карандаш,
Словно маленький, преданный паж,
Чертит линию, точку и обод,
Создавая законченность входа.
Ну а я – на кровати лежу
И сквозь трубку на это гляжу,
И кричу, разрывая пространство,
Что не любит жизнь постоянства.
А отсюда, вывод один –
Брось работу и спать иди!
Но ты шутишь в ответ мне едко,
То, что жизнь и работа – соседки.
Что же делать, раз в мире так?
А не выспишься что, то – пустяк!
19.02.98.
Я смотрю, как уходят мгновенья мои...
Я смотрю, как уходят мгновенья мои,