Аарон. Осколок души
Шрифт:
Сил уже не осталось, они вытекали из меня, вместе с кровью. Она приближалась слишком быстро. Издавая хрипы и громкие крики. Когтями почти достала живот, ее зубы, как молотилки затрещали, безумное желание сожрать владело ею.
– Безумная, голодная сука! Клянусь великим, я зарублю тебя. И пусть это будет последнее, что я сделаю!
Руна на мече ненадолго ослепила монстра, возможно это спасло мою шкуру.
Помедлив немного, ослепленная, снова рванула вперед. Эти секунды дали мне время, для решающего удара.
Подлетая в прыжке ко мне, упырь готова была разорвать меня, своей голодной пастью. Вовремя подставив меч, прямо под
– Да, вот так, паршивая ты тварь!
Мертвец был разрублен, из нее хлынула отвратительная едко зелено-желтая жижа. Череп наполовину раздвоился, несколько секунд тело еще стояло, кривые пальцы пытались схватить меня. Сделал контрольный удар, разрубив тело. Меч шинковал гнилое, мертвое тело с особой легкостью.
Почувствовав секунды триумфа, на душе стало чуть лучше. Я выжил в этой битве. Но моему телу не позавидуешь. Жжение стало невыносимо. От перенапряжения начал задыхаться. Упал замертво, так сильно устал. Мне казалось, никогда еще так не выматывался. Не было сил даже, чтобы просто пошевелить пальцем. Мысли все перепутались. Чувствовал, что меня надолго не хватит.
Открытая рана давала о себе знать, острая боль не пропала, а кровь все вытекала, забирая остаток моих сил. Хотелось нырнуть в какую какую-нибудь канаву и отлежаться. Забиться в крепость, залезть на дерево, скалу и просто переждать, а лучше проснуться и почувствовать тепло в мягкой постели. Встать и понять, что это все какая-нибудь шутка, сон. Проснусь, живой здоровый и полон сил. Почувствовать себя хоть в какой-то безопасности, хоть и призрачной.
От таких сладких грез, меня отвлек очередной приступ боли. Я уже начал различать их, какой сильный, какой не очень. За каким нужно подождать чуть больше, когда пройдет боль. Да, стиснув зубы, подождать, перетерпеть. Еще немного, а потом еще немного. Где сильнее нужно перетерпеть, затаив дыхание, выдержать эту ужасную пытку. Привык к боли, как будто всю жизнь с ней.
«Сентиментальный нытик, возьми уже себя в руки!»
Меч был кажется тяжелее меня самого.
«Бесполезная тяжелая коряга, я уже не в состоянии орудовать им».
Пролежал трупом так еще некоторое время.
«Нужно вставать, уходить. Вдруг еще остались подобные твари.»
Взгляд невольно упал на разрубленного мной мертвеца.
Было странное предчувствие. Будто я обречен. Все это длинный, мертвый лабиринт и никто не выберется отсюда. Здесь, я найду свою смерть. Моя душа навеки будет витать, среди павших мертвецов.
«Что за безнадежные мысли? Я непременно выберусь из этой передряги. Я смогу!»
Кое-как встав, побрел дальше. Шаги стали гораздо тяжелее. Кожу жгло так, будто я горел заживо. Мне хотелось кричать от боли. Не обращая внимания на муки, сильнее сжав клинок в руке, всматривался вдаль за бескрайним туманом.
Возник какой-то треск и стуки. Шум.
«Звук, какой-то звук. Я слышу, возможно, есть выжившие.»
В сердце зародился небольшой проблеск надежды. Остановившись, я внимательно вслушивался. Знакомый звук, треск костей, но это было целое множество этих веселых звуков.
«Сражаться против толпы один, я одну кое-как прикончил, а тут целая армия.»
Страх сковал меня на мгновение. Зубы бесконтрольно застучали. Ничего не приходило в голову, я лишь сжимал меч в руках и всматривался в туман, готовясь к смерти. Моя душа провалилась в пятки, и с черта два, она оттуда выйдет. Словно парализованный,
стоя, ошарашенный и перепуганный, я не верил, что мне так не везет. Хотелось жить, ухватиться, хотя бы за призрачный шанс. Было плевать на боль. Стало плевать, что я обгорел. Просто жить. Не хотелось подыхать, быть чьим-то обедом. Вспомнил ту ужасную пасть, горящие зеленые глаза и желание сожрать меня с потрохами.– Дерьмо. Что же делать? Я должен выжить. В бою нет шансов.
Осмотрев местность, увидел гору камней. Под ней была небольшая выемка. Быстро укрывшись за грудой камней, всматривался в даль. Сжимая меч сильнее, что когда-либо в жизни. В этот момент мне так казалось, словно это была спасательная соломинка, если бы я тонул и шанс был бы выбраться.
«Если меня заметят, без боя не сдамся. Порешу всех. Отправимся в ад вместе.»
Сердце предательски громко билось. Казалось только стук, нарушает окружавшую меня тишину. В горле начало першить.
«Только не сейчас, треклятый кашель.»
Сжав ладонью губы, я впился своими костлявыми, обгоревшими пальцами в щеки, с силой продавливая их. Было плевать, главное, чтобы ни звука. Не раскрывая губ, тихо кашлял про себя, но этого было мало, першило сильнее.
От перенапряжения и нехватки воздуха, слезы пошли из глаз. Не мог отдышаться, задыхавшись, я начал кашлять громче, кровь текла не переставая.
Потеряв контроль, случайно разомкнул губы и гаркнул на всю округу. Проклиная себя и еще раз себя. Мне казалось, я прогремел своим шатким здоровьем, не хуже барабана с отличным ударным звуком.
– Дерьмо!
Это не осталось не замеченным. Сразу же кашель, запах крови, привлек к моей скромной персоне, голодных гостей! Нутром чувствовал, что за мной поползли десятки этих тварей.
Разум постепенно захватывало безумие. Однако этого было мало. Услышал по всей округе страшный скрежет и жуткий вой.
Всего через мгновение я понял, что окружён этими тварями. Они жаждали моей плоти.
Черные фигуры приближалось ко мне, вестники смерти, скрываемые туманом. Звуки усиливались. От жутких скрипов закладывало уши. Я в аду, в кровавой бойне. Мой кошмар вырвался наружу. Поздно бояться. Нет смысла больше прятаться. Я уже мертв.
Сердце отчаянно билось. Всматривался на приближающуюся смерть. В эти секунды. Меня отпустила боль, я был свободен. Страх и жжение отступили, ушли на второй план. От безнадеги и беспомощности во мне вспыхнул огонь ярости.
– Почему? Это происходит со мной! Нет! Я не сдамся! Черт возьми. Все не так. Так не должно быть! Они не получат ничего.
Я возненавидел их! Возненавидел себя. За свою беспомощность, здоровье и треклятое жжение.
– В пекло все!
Ярость переполняла меня, дав уверенность в своих силах.
– Идите ко мне твари! Я жду вас! Мой клинок прорубит мне путь к спасению. Чтоб пожрать, вам придется убить меня! Но будь я проклят, если позволю вам это сделать. Голодные, безмозглые черти!
Руки горели от гнева и боли. Окрыленный яростью битвы встал, порвал последние тряпки, чтобы не мешали моим движениям. Принял защитную стойку.
– Давай твари, налетай!
В плане было сражаться изо всех сил, я уже и так практически мертв. Раны давали о себе знать. От боли я чувствовал, будто охвачен огнём, все жжет. Моя ярость, не давала мне упасть, а наоборот давала мне сил, сжигая все изнутри. Я стал словно обезумевший зверь. Не понимаю ничего, кроме ярости и желания убить, убить их всех!