Адам Линк – Робот

– Ева! – крикнул я. – Мы свободны! Ева, дорогая…

Наверное, в тот момент я чувствовал себя так, как чувствует себя любой мужчина, когда он и его любимая воссоединяются после того, как миновала смертельная опасность. Я протянул руку.

Ева с радостным возгласом взялась за нее.

И вдруг она дернула меня за руку, повалив на землю. На мгновение я подумал, что она сошла с ума. Затем, когда ее огромное тело надвинулось на меня, я понял, что произошло.

Я вскочил на ноги. Оглянувшись через плечо, я понял, что случилось. Передо мной был открытый, освещенный дверной проем хижины. Как дурак, я забыл о Хиллори. Он поднял шлем, включил питание и сражался с Кей. Жестоко ударив ее кулаком в подбородок, он повалил девушку на пол.

Хиллори больше не имел надо мной власти. Зато он имел власть над Евой!

По приказу Хиллори ее огромное тело бросилось на меня. Ее могучие руки вцепились в меня, схватили, сжали с присущей машинам силой. Мои лобные пластины застонали. Я кое-как освободился и попятился назад. Ошеломляющий удар мощной руки Евы пришелся мне по голове. Моя левая барабанная перепонка омертвела, разорвалась. Я попятился.

– Ева! – закричал я. – Ева – не надо!

Но, разумеется, это было бесполезно. На меня нападала не Ева. Это был Хиллори. И вот мы сражались, Ева и Я, два существа, которые любили друг друга, но бились друг с другом с яростью гигантов. Ева сражалась, чтобы уничтожить меня. Я боролся за свою жизнь.

Я быстро понял, что у меня нет шансов. Тело Евы было почти вдвое тяжелее и мощнее. Я был чуть быстрее в движениях, и только это спасало меня от почти мгновенного уничтожения.

Мощные удары ее огромных кулаков обрушились на мое тело. Мои ответные удары были неэффективны. Я вырвался из ее хватки. Эти руки обладали сокрушительной силой. Я попытался бежать. В три прыжка Ева настигла меня и сбила с ног. Огромная нога обрушила на меня дождь ударов, вмяв металл и повредив чувствительные механизмы внутри. Затем огромная фигура прыгнула на меня. Пятьсот фунтов обрушились на мою грудь. Это был почти смертельный удар.

Но я успел откатиться в сторону, избежав второго такого удара, направленного в голову. Хиллори хотел раздавить мой мозг. Он хотел полностью уничтожить меня, а Еву оставить под своим контролем.

Битва не могла продолжаться долго. Через несколько секунд я был бы раздавлен, сломлен, безжизнен.

Я сделал единственное, что мне оставалось. Я побежал – но на этот раз к краю обрыва, где когда-то чуть не встретил смерть. Руки Евы вцепились в меня, но потом отдернулись. Хиллори был готов позволить мне сорваться с обрыва и встретить гибель в пятистах футах внизу. Я сорвался вниз, падая как камень…

*****

Падение казалось бесконечным.

Говорят, что люди, когда падают или тонут, видят перед своим мысленным взором всю свою жизнь. Я видел свою – не один раз, а сотни раз. Каждая деталь представала перед глазами с поразительной четкостью. Но одна, самая яркая, выделялась на фоне остальных – мысль о том, что Ева, мое любимое творение, осталась в плену у человекоподобного изверга…

И все же одна часть моего мозга, пока я падал, оставалась холодной и расчетливой. Она следила за моим падением, отсчитывая футы и ярды с помощью того внутреннего автоматического чувства времени и измерения, которое является частью меня.

Сто футов до земли! Оно сообщило об этом, а затем начало действовать. Оно заставило меня взмахнуть руками и ногами, смещая центр тяжести. Во время падения мое тело четыре раза перевернулось на спину. Но когда я приземлился, то оказался на ногах. Если бы я приземлился на голову, это привело бы к немедленному разрушению.

У меня мгновенные рефлексы. В тот момент, когда мои стопы коснулись земли, ноги согнулись, принимая на себя как можно большую часть удара. Возможно, это и спасет меня. Дальше раздался скрежет, лязг, ломающийся металл, который привел в ужас мой собственный слух. Я упал на участок травянистой земли, но с силой мотоцикла, врезавшегося в каменную стену на скорости 300 миль в час.

Мое сознание поплыло как в тумане. Один глаз был поврежден и никуда не годился, но вторым я осмотрел свое тело. Мои ноги представляли собой скрюченные, смятые куски, вбитые в тазовую область. Одна рука была полностью отломана и лежала в двадцати футах от меня. Лобные пластины раскололись пополам и торчали поверх моей покореженной головы. Все шестеренки, провода и колеса ниже моих плеч были разбросаны на площади более пятидесяти футов.

Но я жил! Я выжил!

Мой мозг был цел, хотя и сильно пострадал от удара. Каким-то чудом кабель питания от аккумулятора к моей голове остался цел. Батарея треснула, но работала. Я мог пошевелить одной рукой. Я представлял собой не более чем батарею, голову и руку, но я жил! К счастью, я не знал, что такое боль.

Таким образом, я использовал свой единственный шанс. Я бросился с обрыва – но не как самоубийца. Я надеялся, что произойдет чудо. Наверху Хиллори, должно быть, смотрит вниз. Должно быть, он видит, как в лунном свете неподвижно блестит искореженный металл. Он был бы уверен в моей окончательной гибели.

Возможно, сейчас он отвернется и прикажет Еве идти в дом. И там уже замышляет свой план по созданию орды роботов, порабощенных его разумом!

Но я еще жив…

Я стал ползти. Я начал ползти в полном одиночестве, едва сохранив голову, батарею и руку. Обрубок моей руки вгрызался в почву, сгибался и продвигал меня по дюйму за раз. За мной тянулись ошметки металла – все, что осталось от моего тела. Мой стальной хребет, к которому крепились корпус батареи, голова и рука, сохранился как единое целое, но все остальное было разбито на куски. Час за часом я полз, как какой-то странный полуживой слизняк, который цеплялся за жизнь.

Конец ознакомительного фрагмента.