Адмирал "Коронат"

Он заорал благим матом и зарычал от боли - ах ты сука! Попал б....

О булыжник звякнул выпавший нож, нападавший схватился за правое плечо - видимо я туда попал - и бросился бежать во внутренний двор. Второй подельник ещё раз выстрелил в меня, но промахнулся вновь, и ретировался за первым. А там проходными дворами оба утекли в неизвестном направлении. Да и я после всего этого на половину протрезвел, это не война когда возле тебя свистят пули, а обычный поздний вечер в большом городе, это хорошо прочищает мозги. И всё это происходит не на окраине где-то в рабочих кварталах, а в центре столицы. Отсюда до Зимнего всего несколько кварталов. Выстрелы в ночи всполошили окрестности, были уже слышны свистки и топот приближающихся городовых. Я подошел к сидящей на земле - правильно сказать не на земле, а на булыжниках - девице, которая потихоньку всхлипывала, то ли от боли, то ли от пережитого не вполне приятного приключения.

– С вами барышня всё в порядке? Вас не поранили?

– Нет, не поранили, вот только нога немного болит, да и локоть ударила, когда упала. Ой! Они ещё мой ридикюль забрали, а там у меня.... И цепочку с кулончиком - подарок матушки.

В этот момент под арку влетают трое полицейских, заливаясь в свои свистки и брякая бесполезными саблями, а следом подмога, в лице местного дворника.

– Кто стрелял? Кто такие, и что тут происходит?

– Городовой! Я капитан первого ранга Бахирев.

– Городовой, старший унтер-офицер Поликашев, Ваше высокоблагородие - представился старший наряда.

– Вот что Поликашев. Тут только что было совершено разбойное нападение на вот эту молодую женщину. Был отобран ридикюль, сорвана цепочка с кулоном.

– Понятно. Вы видели, кто это сделал?

– Ещё бы я их не видел! Когда один из них с ножом напал, а другой стрелял в меня из револьвера. Это были двое мужчин, одеты вполне прилично. Это точно не рабочие. На вид им лет тридцать-тридцать пять. Побежали теми дворами. Одного из них мне удалось ранить, кажись в плечо. Значит ему трудно будет бежать да и кровью он след будет оставлять. Вот что городовой, я бы на твоём месте не теряя времени зря, а попытался их догнать.

Ершов! Быстро проверить там всё, и возьмите с собой Мамедова на всякий случай - отдал распоряжение Поликашев.

– Эй, как тебя там... Ершов, будьте осторожны, у одного всё же револьвер имеется - крикнул я вдогонку убегающим городовым и припустившему за ними дворнику с лицом как у татарина.

– Унтер-офицер - это я уже Поликашеву - где-то вон там должен нож валяться - и показываю рукой в сторону предполагаемого места. Его выронил тот, кого я ранил.

– Сейчас поищем Ваш высокоблагородь.

Я наклонился над барышней - Как вы себя чувствуете?
– спрашиваю. Встать можете или вам помочь подняться?

– Если вам будет не трудно, то помогите, - и барышня протягивает руку.

Я подал ей свою руку, чтобы она смогла опереться на неё. И вот тут я наконец-то разглядел её более внимательно. Мне показалось, что я её знаю или где-то уже видел, и это было не так давно. Я начал думать, но в голове ещё стоял хмельной туман. Ну как же так, ведь определённо я где-то её видел. Точно, это же её я видел днем на Английской набережной. И теперь вот эта неожиданная встреча ночью. Что она тут делает так поздно? Возможно, она живёт в одном из соседних домов?
– задавал я себе вопросы. Нет не может быть, та была постарше. Этой где-то лет двадцать, ну возможно ещё пару лет наброшу. Той было не как не меньше двадцати пяти. Возможно это и она, просто эти сумерки её так преобразили.

– Ой, ой - запричитала девица - больно. Нога!

Я подхватил её за талию и помог встать на ноги.

– Идти сможете.

– Попробую.

– Давайте я вас провожу до дому. Вы тут наверно где-то рядом живёте, раз так поздно оказались в этом месте. Дома поди родные беспокоятся, себе места не находят.

– Да-да, тут рядом.

– Прошу извинить мою бестактность, но не могли бы вы сказать, как вас звать.

– Ирина.

– Ирочка значит.

– Нет! Ирина Михайловна я.

– А я тогда, Михаил Коронатович.

– Ой, как необычно.

– Что необычно?

– Да вашего батюшку зовут необычно.

– Я над этим не задумывался.

– Имя вашего батюшки, похоже имеет древнеримские корни.

– С чего это вы взяли?

– Немного изучала латынь.

– О-о даже как. Интересно и что это имя означает.

– "Сoronatus" или. "Corono" - это значит; Увенчанный, или Коронованный.

– Чего-чего?

– Коронованный - это значит, на его голову положена была корона.

– Похоже, вы что-то напутали. Я слышал совсем другое. Был один святой с таким именем, который пострадал за христианскую веру.

– Так этот святой жил в римской империи, значит был римлянином.

Тут наш разговор прервал подошедший городовой Поликашев - Ваш высокоблагодь, вот нашел - и показывает складной нож не менее восьмидюймовой длины.

– Да, опасная игрушка.

– Этим ножом один из тех разбойников пригрозил мне, говоря "Что убьет, если я только пикну" - сказала девица.

– А ведь и могли барышня! И чего вы так поздно одни изволите гулять?
– задал вопрос городовой

– Я никогда не видела такого явления, когда даже ночью светло как у нас в пасмурную погоду. Потому-то немного увлеклась, гуляя по городу.

– Это значит вы не петербуржка, и приехали в столицу к кому-то в гости. И откуда вы приехали?
– задал вопрос городовой.

– Так я приехала из Саратова, вот погостить к тёте. Она уже давно меня зазывала. Приезжай, говорит в середине лета, посмотришь, как у нас в это время бывает красиво. Вот и приехала.

– Когда прибыли в столицу?

– Так вчера и приехала.

– Вчера значит приехали, а сегодня чуть жизни не лишились.

– Так я и не думала, что в столице может случиться такое.

– Вы одни приехали или кто из родственников вас сопровождал.

– Я чай не маленькая уже, чтобы меня кто-то сопровождал. Да в детстве я тут была с родителями и не раз, но только на белые ночи я не попадала. Но после смерти папеньки мы больше сюда и не ездили, да маменька всё меня одну не отпускала.

– А сейчас значит отпустила.

– Да отпустила!

– Городовой, я вот что предлагаю. Она сказала, что где-то тут рядом её тётка проживает. Так вы её туда проводите, и уже там в домашней обстановке расспросите её о подробностях этого ночного происшествия. Видишь, барышня напугана и немного пострадала. Да и нога у неё болит, надо бы её врачу показать. А я завтра сам зайду к околоточному надзирателю или в полицейский участок и там расскажу всё что знаю по этому происшествию. Сейчас позвольте мне удалится. Но если я вдруг понадоблюсь, я остановился в доходном доме купцов Марголиных. Я вот только сейчас для барышни пролётку поймаю, не пешком же ей идти с больной ногой.