Афтэлайф

– Нет! Нога мне ещё нужна, – запищал он в страхе.

– Не ногу, а обувь, идиот! Давай скорее!

Он покопался во внутреннем кармане и протянул мне широкий разделочный кухонный нож. Странно, почему именно кухонный, промелькнула мысль в голове. Но на раздумья времени не было. Я начал интенсивно отрезать язычок армейских сапог, насколько можно аккуратней, чтоб случайно не поранить его. Плотный материал давался с трудом, поэтому, когда я приложил очередное усилие, мне в лицо брызнула кровь. Чет никак не отреагировал, видимо, я его только слегка поцарапал. Расстояние до поезда таяло, оставалось каких-то метров триста.

– Скорее! Поезд рядом!

– Да вижу, – ответил я ему, – успокойся и не дёргайся. Уже закончил.

– Пожалуйста, Боже! – похоже, он начал молиться. – Спаси меня. Прости, прости за мои грехи. Прости, что убил ту старуху. Я этого не хотел, клянусь! Это все Фрэнк велел. Сказал, что она видела его лицо. Я больше не буду слушать Фрэнка, я обещаю. Только прошу тебя, я хочу жить! Я не виноват…

Меня передёрнуло. Я перестал резать и замер. Вот оно как получается. Убил старушку? Что я делаю? Рискую жизнью, ради убийцы? Пытаюсь спасти жизнь тому, кто её отобрал у другого человека?! Я отпустил его ногу и медленно поднялся с колен. Я стоял с опущенной головой, сжимая в руках нож. Вот откуда он у него.

– Ну, ты чего застыл! Нога! Я не могу ее вытащить, надрежь еще, – при этих словах у него текли слезы по щекам. Его лицо выражало панический страх и ничего больше.

Я взглянул в его глаза, по моему лицу ползли капли крови. До столкновения оставалось секунд десять.

– Хочешь жить, говоришь?! Любишь жизнь?! – равнодушным томным голосом спросил я.

– Что?! Ты с катушек слетел, чёрт тебя возьми?! Конечно, хочу жить, режь давай! – он дёргался, цепляясь за жизнь каждым своим новым усилием вырвать ногу.

Десять секунд…

– А отнимать её у других? Ты тоже любишь?

Конец ознакомительного фрагмента.