Агата

– Спасибо, что вытащили меня на прогулку.

– Это был ужас какой-то, – отозвался Уолли. – В харрогетском морге, думаю, было бы веселее.

Оба шли молча.

– Наверное, вы на самом деле лучше, чем вам кажется, – наконец произнесла она.

– Не понял.

– Я имею в виду – как писатель, мистер Бэринг. – Она вдруг заговорила совсем по-другому, увлеченно жестикулируя: тема была ей явно небезразлична. – Нужно просто писать и писать – если вам правда этого хочется.

Уолли взглянул на нее:

– А вы знаете, что размахиваете руками, когда вам не нужно маскироваться?

Она смутилась:

– А вы знаете, что вы бесцеремонны?

– Я американец, а с нас взятки гладки. Прошу прощения. Я очень тронут, – он улыбнулся, – что моя судьба вызывает у вас такое горячее участие!

– Но это действительно важно.

– О да. – Он кивнул. – Уметь делать что-то хорошо, по-настоящему хорошо – это важно.

– Для мужчины – важно, – уточнила она.

Он посмотрел на нее.

– Большей глупости мне от вас слышать не приходилось.

Глава 9

Тем же самым утром в воскресенье, когда в северном Йоркшире Агата Кристи посетила источник и отказалась загадать желание, на юге Англии, близ Ньюлендс-Корнер, приступили к широкомасштабным поискам ее тела.

К восьми тридцати сотни добровольцев, откликнувшись на призыв полиции о помощи, прибыли на сборный пункт посреди меловых холмов Норт-Даунс. Поля раскисли от дождя, и над слякотью висел плотный утренний туман. В девять ноль-ноль старший инспектор Кенуорд занял командный пост и выслал пятьсот человек из состава полицейских сил нескольких графств в трех направлениях: в сторону водопроводной станции в Клендоне на шоссе Лондон – Эгем, что проходит близ седловины Ньюлендс-Корнер, в направлении холма Одинокого дерева в гряде холмов Мерроу-Даунс, и в сторону Корд-Китчен-лейн на шоссе Гилфорд – Рейгет.

К полудню туда же съехалось три тысячи автомобилей и множество велосипедистов. Восемьдесят членов Олдершотского мотоциклетного клуба прибыли за собственный счет.

В течение всего дня эскадры автобусов доставляли к месту событий доморощенных сыщиков. Немало рабочих в кепках выбрались сюда с семействами – вроде как на воскресную увеселительную прогулку. Были там и деревенские в плисовых штанах и гетрах, и местная знать – кто верхом, кто пешком. Дамы в клетчатых юбках, кофтах, шляпках колоколом, шарфах и высоких сапогах и с толстыми палками в руках прочесывали подлесок в поисках тела таинственно пропавшей писательницы. Было задействовано сорок эрдельтерьеров, шесть ищеек и несчетное количество немецких овчарок, прошедших полицейскую подготовку. Тут же толкались студенты, только что приехавшие из Оксфорда и Кембриджа домой на каникулы.

Выбрались сюда и санингдейлский аптекарь мистер Гиллинг, и начальник вокзала. Дженнифер Граммит, навертевшая на себя сто одежек и оттого ставшая очень похожей на кеглю, стояла, вытягивая шею, у самого локтя Кенуорда и вела протокол, время от времени прерываясь, чтобы сделать шефу бутербродик и налить кофе из термоса.

Был там и Джон Фостер, нацепивший взятую напрокат плащ-палатку поверх собственного потертого твидового пальто. Его преемник из «Эха Санингдейла» суетливо интервьюировал всех встречных и поперечных, как и большая часть прибывшего сюда журналистского корпуса страны. Джон с горечью поглядывал на парня, занявшего теперь его место, и, дабы не падать духом, тоже делал записи – для Уолли Стентона.

В поход выступило все население Санингдейла за двумя весьма примечательными исключениями – Шарлотты Фишер, оставшейся в «Стайлз» присмотреть за Розалиндой Кристи, и лично полковника Кристи, который был в такой ярости, что боялся показаться на люди. Он отказывался понимать, как Кенуорду удалось задействовать полицейские силы четырех графств в поисках его жены. Ему было доподлинно известно, что полиция графства Суррей не разделяет версии старшего инспектора насчет убийства. Одно высокопоставленное лицо выразилось в том смысле, что миссис Кристи, несомненно, просидела всю ночь в машине, завернувшись в шубку, а между четырьмя и семью часами утра направилась пешком в Гомшел и оттуда на вокзал в Шир, чтобы попасть на лондонской поезд.

При всем том Арчибальд Кристи вполне сознавал, что выразить малейшее неудовольствие по поводу массированных поисков для него означало бы навлечь подозрения на самого себя. И все-таки он недоумевал. Он знал, что письмо, адресованное Шарлотте Фишер, находится в полиции.

Доходили до него и местные кривотолки. Но должны быть некие реальные факты, позволившие этому Кенуорду затеять подобное дорогостоящее шоу.

Один только Фостер знал, что в руках у старшего инспектора есть документ, впрочем, сомнительной подлинности, давший толчок к этой небывалой операции, к жутковатой тотальной воскресной экскурсии в поисках трупа.

Лаленд открыл свое кафе на вершине Ньюлендс-Корнер, несмотря на воскресный день. Оборот заведения вырос чудовищно. Снаружи возле кафе констебль Рейнолдс регулировал транспортный поток, пытаясь в меру сил справиться с хаосом. На открытой машине к нему подрулила модно одетая молодая дама с лошадиным лицом, на заднем сиденье ее «испано-сюизы» сидела пара охотничьих ищеек.

– Кто тут начальник? – вопросила она.

– Старший инспектор Кенуорд, мэм. Он вон там.

– Это какой-то ужас. Порядка никакого. Скажите Кенуорду, что мне нужна какая-нибудь вещь, принадлежащая миссис Кристи – шарфик там какой-нибудь, – чтобы пустить моих псов по следу.

– Да, мэм, – ответствовал Рейнолдс.

В миле от дороги три играющие в гольф дамы остановились перекурить. Одна из них испустила оглушительный вопль:

– Нанб! Ко мне!

Спустя секунду-другую черный спаниель вылетел из кустов, держа в пасти испачканную глиной дамскую сумочку. Женщина взяла сумочку и открыла ее.

– Нанб, умница! Хорошая девочка! – Она вынула из сумочки носовой платок и два рецепта.

– «Хэрродс». – Хозяйка спаниеля продолжала осматривать сумочку. – Наверняка вещичка миссис Кристи.

Двое сыщиков-любителей, ставших свидетелями этой сцены, бегом бросились к женщинам.

– Нельзя ли, чтобы ваша собачка отвела нас к тому-месту, где лежала сумочка?

Вся команда ринулась напролом через заросли, причем некоторые увязли по колено в болотной жиже, так что их пришлось вытаскивать, к нескрываемому общему восторгу. На подмогу вызвали нескольких полицейских и двух фермеров с лопатами. Эти последние особого восторга не испытывали.

Тем временем Кенуорд приспособил к делу конные подразделения: всадники отвозили депеши на фланги поисковой партии и доставляли оттуда сведения в командный центр.

Внезапно выглянуло солнце. Двое оксфордских студентов, усевшись на поваленное дерево, подкреплялись сухим пайком и делились впечатлениями.

– Как на ипподроме Эпсом-Даунс во время дерби.

– Только публика мелкотравчатая, скорее какое-то стадо баранов.

– А ищут-то не кого попало, а леди из высшего общества! Будь это кто-нибудь не такой знаменитый, такого столпотворения не устроили бы!

– Кто бы сомневался. – Другой студент раскрыл корзинку для пикника и протянул приятелю куриную ножку. – И нашли же мы с тобой местечко перекусить!