Агломерат

Потом я стал искать информацию о нашей следующей цели – Екатеринбурге. Город входил в Сибирскую Цитадель, объединение Урала и Сибири было главным нефтяным и металлургическим центром. Почти все области и регионы сидели на нефтяной игле, которую наполняли правители Цитадели. Многие пытались атаковать эту житницу черного золота, но никто так и не смог овладеть сибирской нефтью, даже Союз 12 покупал у них драгоценные ресурсы за бешеные деньги. Согласно справочнику, в Цитадели самая большая после Союза армия – немудрено, чтобы охранять вышки и запасы от чужих наглых ручонок, нужно много штыков.

Я еще долго листал свой справочник, изучая страницы единственного источника о том, что происходит в стране. Но Тёма, проспавший все три дня, сказал:

– Эти справочники – от аналитиков, а те ни разу в поисковых экспедициях не были. Тут половина инфы неверная. Не читай даже; как говорится, лучше один раз оттрахать, чем...

– Артем, – перебил я, – сколько ты поисковиком работаешь?

– Один из первых в отделе, – буркнул тот. – А что?

– Что ты знаешь про Оренбуржье?

– Мертвая зона, похуже британской. Не знаю, что там за болезнь завелась, но если даже у Влада на карте она серым отмечена, значит, пиши пропало. Эпидемию было не остановить, хорошо, что отгородить успели. Все!

Герцог, решив, что время аудиенции закончилось, отвернулся и перешел в свое стандартное положение полудремы. Вот и все воспоминания о Казани – заброшенная машина, радио на татарском и справочник. Потом был предпоследний пункт нашего пути – Екатеринбург. До вокзала добрались мы без проблем, ни разу не напоровшись ни на один патруль. На вокзале смогли договориться с проводницей, которая согласилась пустить нас в свое купе за несколько золотых украшений. Я даже не ожидал, что все окажется так легко; после трех дней отупения, проведенных с не самым разговорчивым в мире собеседником, я уже представлял себе очередное испытание. Но нет, мирненько устроившись с чаем в купе проводника, мы отправились в путь. Странное было чувство, дико контрастирующее с впечатлениями от прорыва бронепоезда: словно попали в прошлое, где все как всегда: проводники, вечно занятый туалет и чай с лимоном в граненом стакане с подстаканником. Когда поезд тронулся, я спросил нашу проводницу:

– А что, никакого конвоя нет?

– Какой конвой, красавец? – рассмеялась проводница. – У нас бандитов на дороге нет, ее хорошо охраняют. Поезд через Башкирию идет, недавно новую дорогу построили, там тоже свои, а на границе Орды нас всегда екатеринбургские встречают. Проблем не будет.

Но я не находил покоя, слишком уж было просто, мне все время казалось, что нас идут задерживать. Эта ситуация мне даже приснилась, я проснулся на своей полке и, не соображая, что происходит, несколько секунд сидел, направив ствол пистолета на дверь. После случая с таможней у меня сдали нервы; никогда не думал, что обзаведусь манией преследования. Весь путь каждую остановку я встречал с пистолетом в руке, мне неумолимо казалось, что проводница нас все-таки сдала и ордынцы будут мстить. Сначала Артем никак не реагировал на мое состояние, но после того, как я случайно наставил свой ПМ на него, когда он возвращался ночью из туалета, сказал:

– Давай меняться: ты мне «Макар», а я тебе успокоительное.

– Прости. – Я опустил оружие и вытер потный лоб. – Просто... я немного сдал, сейчас всю дорогу...

– Да понял я, – отмахнулся тот. – Только проводнице я угрожать не буду. У меня к женщинам особое отношение, и вообще, мы ей отдали целый золотой запас небольшой африканской страны. Хотела бы сдать нас, уже сдала бы. А так она, получается, уже соучастница.

У меня, наверное, был случай из тех, когда рациональное мышление отказывает при мысли об опасности, и ведь сам понимаешь нелогичность своих предположений, но нужно именно чужое мнение. Просто для того, чтобы подтвердить твои догадки, только тогда становится легче. Мне стало. Оставшийся день нашего пути я провел, глядя в окно. Мы приближались к границе Цитадели, но нас, как ни странно, никто не проверял, не было никакой таможни и КПП. На границе нас встретил небольшой конвой, и мы двинулись дальше. В шесть утра оказались на перроне, в старом камуфляже, небритые и немытые. Это был предпоследний пункт нашего путешествия, бандитский Екатеринбург. Мы ушли с платформы и, деловито прикурив, обсуждали план действий. Артем предлагал ехать прямо сейчас, я же хотел найти здешнего поисковика и посоветоваться с ним.

– Да зачем он нам? У нас тут не братство! – возразил Артем. – Встречаться разрешается только в крайних случаях или по заданию. Сами поедем. Сейчас найдем какую-нибудь подозрительную личность и подрядим на маленькую экспедицию.

– А посоветоваться, значит, не хочешь? Мы и так дров наломали. Сам будешь Владу рассказывать о наших прыжках по крышам и разбитым блокпостам!

– Нормально, да?! – развел руками Артем. – Я ему жизнь спас, а он тут кочевряжится. Больше не проси спасать твою жизнь, надо было подождать, пока бы тебя, как зайца, пулями погоняли!

Я вдруг заметил скромного, уже немолодого человека, который, потупив взор, стоял рядом с нами. Человечек был в потертом черном пальто и большой шляпе. Эдакий шпион, их всегда такими в мультиках представляют, не хватает только приподнять воротник. Тогда образ был бы идеален. Я выпустил струю дыма и сказал:

– Дядь, иди отсюда, чего стоишь?

– Слушаю, молодой человек, – с какой-то странной интонацией ответил тот, сверкнув глазами из-под огромных толстых очков. – Настоящий еврей всегда много слушает. Я не мог отказать себе в удовольствии подслушать ваш разговор, уж простите за это старого еврея.

– Слушай, ты, старый еврей, – я подошел и оттолкнул его, – вали, пока цел.

– Я не могу, – развел руками тот. – Владислав приказал мне встретить двух молодых людей. Он сказал, что я узнаю вас по потасканной внешности и наглому выражению лица того, который будет пониже. – Взгляд человека перебежал на Артема, и он добавил с улыбкой: – А еще он сказал, что вы наверняка будете спорить.

– Какой Владислав? – спросил я.

– Ну откуда же мне знать его фамилию? – удивился еврей. – Никто во всем Четвертом отделении не знает.

– Ладно, хватит орать на весь перрон о Четвертом отделении. – Тёма выкинул бычок на железнодорожные пути и протянул руку: – Артем. Лейтенант.

– Герман, – слегка поклонился тот, приподняв шляпу. – У меня официально нет звания.

– Андрей. Рядовой.

– Герман, – повторил тот. – Молодые люди, когда я стоял рядом с вами, то стал подслушивать на предмет вашего спора. Неужели вы действительно собирались искать местного водителя, чтобы поехать до Тюмени?

– Ну, был вариант, – кивнул Тёма и бесцеремонно добавил: – Впервые встречаю поисковика-еврея. Тем более на Урале. Интересный вы экземпляр. Да и звания нет.

– Поймите, я тут временно выполняющий обязанности, – снова слегка поклонился тот. – Просто... как вам сказать... я немного задолжал вашему ведомству. Нет, не денег, это нечто большее: ваши люди мне когда-то очень хорошо помогли, поэтому я в качестве благодарности иногда помогаю вашему ведомству. Поисковика этого города я ни разу в глаза не видел, но позаботиться о вас я смогу.

– Ладно, давайте ближе к делу, – хмыкнул я. – Что вы предлагаете? По поводу дороги до Тюмени.

– Упаси вас бог ловить машину, – заботливо сказал Герман. – Сейчас перевозками промышляют одни бандиты, которые грабят и убивают мирных граждан, которые не знают об этом. Тут прямо-таки налаженная сеть, настоящий конвейер смерти!

– А местные власти?

– А что местные? – удивился еврей. – Они получают очень неплохой процент со смерти этих несчастных. Городом правят бандитские группировки, которые владеют металлургией. Самая страшная банда, поверьте мне.

– Верим, – кивнул Тёма. – И на чем вы предлагаете поехать нам?

– У меня есть транспорт, причем специально предусмотренный для вашей миссии, – улыбнулся Герман. – После того что вы сделали для меня, я готов отвезти вас лично. Машина припаркована недалеко от вокзала, ее, конечно, охраняют, но тем не менее стоит поторопиться.