Академик

— Поэтому вы наняли меня?

— Не только, — грустно усмехнулся Кай. — Коммуникатор есть не только у меня. Тайо на свои деньги наняли оборотней, и теперь мы не можем пробиться к осажденному руднику. Через пару недель, если ничего не произойдет, в крепости начнется голод. Плевать на рудник, — с тоской произнес Кай. — Но там почти две тысячи человек. Что я скажу их женам и матерям?

Выслушав историю злоключений короля, я понял главное. Для него куда важнее были жизни подданных, чем серебряный рудник, и про себя решил, что разобьюсь в лепешку, но помогу ему.

— Так. — Я загибал пальцы. — Починка ворот, усмирение тайо, убийство оборотней, доставка припасов и снятие блокады с крепости. Всего пять. Еще пожелания есть?

Король улыбнулся.

— Сначала посмотрим, как вы справитесь с первым.

Глава 6

Двигаясь неспешным шагом по направлению к воротам, я обратил внимание на то, как реагировали горожане, увидев своего короля, гуляющего без явной охраны. Они снимали шапки, кланялись (кто низко, кто не очень), но все это с достоинством и без суеты.

Мысленно я поставил королю еще один жирный плюс.

Внезапно из узкого переулка выскочила та самая ушастая девка, что обложила меня в трактире. Не прерывая движения, она достаточно ловко и грамотно метнула кинжал в короля и через долю секунды лежала без сознания, получив рукояткой своего же оружия в лоб. Все произошло так быстро, что королевская охрана не успела даже дернуться.

— Горхо Кай, — спросил я не успевшего испугаться короля. — А можно мне небольшой подарок авансом?

— А, — махнул он рукой. — Забирай. Только у меня во дворце девушки куда краше.

— Вообще-то я расспросить хотел, — возразил я.

— Да их там в подземелье штук сто, наверное, — невесело усмехнулся король. — Наговоришься на всю жизнь. Только… — Он помялся. — Что-то там у них в голове не в порядке.

Подскочившие стражники споро спеленали девушку и унесли по направлению ко дворцу.

За разговорами подошли к воротам.

Там уже суетились рабочие, латая цитадель на скорую руку.

Увидев короля, командир тяжелых пехотинцев, высокий широкоплечий мужчина, по местным меркам настоящий гигант, закованный в стальные латы, коротко отсалютовав, доложил по форме, что, дескать, эскорт сопровождения графини Кэсс обнаружил дорогой злыдня премерзкого, который на них напал, и, потеряв в схватке с ним десяток всадников, отряд успел скрыться за стенами. Дежурный офицер поднял панцирную сотню и велел разворачивать катапульту, но враг, коварно проделав дыру в воротах, исчез. Вероятно, собирается прорываться в город с боем.

— А что с десятком? — нейтрально осведомился король.

— Вернулись спустя полчаса злые и помятые, — бодро отрапортовал офицер.

— Капитан Тарс, разрешите представить вам того, кто расшугал этих раскормленных говнюков, увивающихся за Кэсс, и испортил наши новые ворота.

Я коротко поклонился, успев скрыть улыбку. Надо же, король, а какие слова знает.

— Рей.

По команде мост вновь подняли, а народ разогнали по краям площади. На всякий случай я потребовал, чтобы солдаты ушли со стены, что и было выполнено мгновенно.

Разминая руки перед плетением, поинтересовался у короля, какие ворота будем делать. Как были — цельнометаллические или что-нибудь экзотическое.

— Мм… А какие варианты? — деловито осведомился он.

— Да хоть из керлита, — хмыкнул я.

— Давай из керлита, — величаво махнул рукой Кай.

Плетение, одна из домашних заготовок, сорвалось с пальцев и туманной дымкой окутало мост. Сначала затянулась проделанная мною дыра, а потом, словно круги по воде, пошла волна изменения структуры материи. С запозданием я обнаружил, что забыл ограничивающий контур, и дымка, сопровождающая процесс, успела окутать привратные башни и большой кусок стены справа и слева. С коротким писком кристалл отпущенной мне на практику энергии опустел, а ворота и стены, затронутые изменением, приобрели скромный серый цвет.

Пока я отогревал пальцы, король с капитаном уже подошли к стене и пытались ковырять ее. Сначала декоративным королевским мечом, потом капитанским двуручником, а затем и отнятой у солдата секирой.

Люди явно не представляли себе прочность керлита.

— А таран. Таран он выдержит? — крикнул король.

Я улыбнулся, представив себе таран, бьющий в керлитовую стену.

— Он выдержит даже залп эгригианского крейсера, если вы представляете, о чем я говорю. Единственная проблема в том, что если вы захотите расширять город, то не сможете ни передвинуть ворота, ни сломать их.

— Это я переживу, — гордо произнес Кай и неожиданно улыбнулся.

Чуть позже, за легким ужином, король все допытывался, как именно я собираюсь разрешить конфликт с лесными жителями. Лично у меня на этот счет было несколько идей, но ими я предпочитал не делиться, отделавшись парой туманных фраз.

Короля это, как ни странно, удовлетворило, и он прекратил расспросы, сконцентрировавшись на еде.

Медальон «Королевского посланника» у меня отняли, выдав, правда, взамен другой. «Королевское око». С каковым я и спустился в подземелье, дабы развести пару ушастых на откровенный разговор. Сопровождали меня пять гвардейцев личной охраны короля, а двумя этажами ниже присоединился тюремный караул во главе с сержантом. Но сначала беседа не задалась.

С абсолютно стеклянными глазами, пленники бились в путах, обещая разнообразные и совсем не простые варианты окончания моей жизни. Фантазией при этом не блистали и быстро сбивались на второй круг.

Первым желанием было развернуться и уйти, тем более что наверху играла музыка, лилось вино, а девушки практически все были весьма хороши собой и вовсе не ханжи. Но что-то меня остановило. Подойдя ближе к одному из пленников, обратил внимание на то, что ему, похоже, стало совсем плохо. Тайо уже не кричал, а только хрипел, выдавливая изо рта струйку слюны. Тогда как второй, от которого я отошел, стал проявлять признаки осмысленной деятельности. Он заткнулся и стал мутным, но внимательным взором оглядываться.

Я сделал несколько шагов назад, и пленники словно поменялись местами.

— С ними всегда так? — спросил я стоящего за спиной тюремщика.

— Ну не на всех, — задумчиво произнес охранник. — Но на лекаря нашего королевского еще не так орут.

Сбросив с пальцев «Полог беззвучия», чтобы крики не отвлекали, вгляделся в мерцание внутренних аур пленников внимательнее. То, что я увидел, немало меня поразило. В районе солнечного сплетения ушастых, медленно вращаясь, пульсировал серый вихрь. Плетение было очень грубым, но обладало невероятной силой и какой-то первобытной яростью. Стоило мне прикоснуться, как тонкие щупальца атаковали руку. Судя по тому, что я ощутил легкое покалывание, нормальный человек уже лишился бы в лучшем случае руки, а в худшем — рассудка.