Акцент судьбы

— Да вот сначала съесть их хотел, а потом они меня за мамку приняли. Так и ходим теперь вместе.

— Надо же. Чего только на свете не бывает, — покачал головой проводник.

Утром отправились на базу. Ким шел уверенно, а в душе поднималась тревога. За небольшое время он сильно привязался к своим зверькам, но теперь не знал, как решится вопрос с ними, и неизвестность сильно угнетала его. Зверькам тоже передалось его состояние, и они тихо заскулили.

Проводник все же расслышал их писк.

— Чего это они?

— Они все понимают. Боятся расставаться.

— Надо же. Придем, свяжемся с нижним полигоном — там как раз изучением здешних зверушек занимаются. Попробуем определить их туда.

— Скучать они сильно без меня будут.

— Да уж. Конечно, будут. На будущее запомни: вся жизнь — сплошное расставание.

Встречала их вся база. Всем было интересно взглянуть на курсанта, который не только выполнил всю программу, но и устроился с таким комфортом, что не желал возвращаться. Сначала к этому известию отнеслись с большой долей скепсиса, но, когда увидели абсолютно здорового курсанта, да еще отказавшегося от еды, поверили, что такое возможно. Позднее Ким составил отчет о своей «борьбе за жизнь» и остался на базе ждать решения по своим приемышам.

Биолог с нижней базы явился на следующий день. Он прошел в комнату Кима и с недовольным видом заявил:

— Ну, если меня вызвали глядеть на викулью, урою. Где эти щенки?

Ким слегка свистнул, и два гибких тельца метнулись к нему на кресло. Биолог замолчал и с недоверием уставился на них. Но зверьки, не обнаружив ничего для себя интересного, тут же затеяли игру. Кима поражала скорость, с какой зверьки мечутся по комнате, и это, когда им всего восемь дней от роду. Зверьки стали проявлять интерес и к вошедшему, но это его явно не обрадовало. Не обрадовало — мягко сказано; он попятился к выходу, медленно, плавно открыл дверь и, когда оказался снаружи, быстро захлопнул ее. Поведение биолога сильно удивило Кима, но он ему ничего не объяснил, поэтому Ким продолжал ждать. Минут через десять поступил вызов по коммуникатору:

— Томов, ты там как?

— Нормально. А что могло случиться?

— Могло. Ты вот что… никуда не выходи. И своих зверей не отпускай. Еду тебе принесут в комнату.

— Вот те раз! Это из-за малышей?

— Из-за них. Но ты не дергайся, скоро специалист по ним приедет.

— Да что случилось-то?

— Сказано — не дергайся. Приедет специалист, все прояснится. А пока отдыхай.

Ким пожал плечами и внимательно посмотрел на резвящихся малышей. Зверьки мгновенно бросили игру и вопросительно взглянули на него, но, не получив сколько-нибудь понятных команд, туг же снова продолжили носиться по комнате.

Часа через два к нему в комнату зашел человек:

— Здравствуй, курсант. Я Левашов, руководитель группы по исследованию агрессивных форм жизни. А это, насколько я понимаю, твои подопечные? — кивнул он в сторону спящих зверьков.

— Да, это они.

— Сколько им?

— Восемь дней.

— Да, примерно так и есть, — кивнул Левашов.

— А они сильно опасны?

— Ну… как бы тебе сказать, чтобы не напугать… Мы пока не уверены, но если наши подозрения оправдаются, то придется назначить на этом полигоне карантин. Ты лучше расскажи, как они к тебе попали.

Ким подробно описал все детали спасения малышей. Левашов внимательно слушал и время от времени делал в планшете пометки.

— Значит, кормил соком семян белгалы, смешивая с кровью птиц? Мы как-то не догадались. А вот ты не заметил некоторые странности в их поведении, ну, например, они заранее догадываются о том, что ты хочешь сделать?

Ким кивнул. Да, зверьки действительно вели себя так, будто заранее знали, что от них может потребоваться. Да и сам Ким каким-то образом точно знал, чего они хотят, но не желал признавать, потому что этого просто не могло быть. Но теперь ему задали вопрос прямо, и у него не осталось сомнений, что это действительно так.

— Я тут принес в контейнере им немного еды. Сейчас мы её выложим, но ты прикажешь им не прикасаться к ней. Посмотрим, как они сумеют тебя понять.

— Как это я им прикажу? Они же меня не поймут.

— Мне кажется, поймут. — И Левашов положил на пол плошку с едой.

Зверьки сразу проснулись и, потянувшись, двинулись к плошке.

— Нельзя, — произнес Ким, и зверьки остановились в нерешительности, удивленно переводя взгляд с плошки на него, а потом тихонько заскулили, но к еде не притронулись, и все с надеждой поглядывали на Кима.

— Прекрасно! — удовлетворенно заявил Левашов. — А теперь, не говоря вслух, мысленно разреши им есть.

Ким мысленно разрешил им приступить к еде, и зверьки с радостным визгом кинулись к плошке.

— Ну теперь все понял?

— Теперь да. Они что, телепаты?

— Не только, это одна из их способностей.

— Понятно. Поэтому и карантин?

— Нет, не поэтому. А потому, что их сородичи крайне опасны и агрессивны. Из-за них мы потеряли несколько экспедиций и три команды спасателей. В тех джунглях, где они обитают, с ними невозможно справиться, это самый страшный кошмар. До последнего времени мы имели о них самую скудную информацию и только совсем недавно с помощью специальных зондов наконец сумели побольше узнать о них. Все попытки получить этих зверьков к себе не увенчались успехом, они в неволе не живут и погибают в течение десяти часов. Видимо, это как-то связано с их исключительными ментальными способностями. Так что собирайся, курсант, перемещаемся на нижний полигон, будем изучать твоих зверушек. А здесь объявляем карантин до прояснения всех обстоятельств.

На нижнем полигоне Киму выделили огромный вольер с участком джунглей. Малыши были в восторге, они часами носились по веткам деревьев. Впрочем, слово «носились» не вполне описывало их молниеносные перемещения. Ким поражался, насколько быстры были эти создания: время от времени к ним в вольер запускали птиц для кормления, и зверьки наперегонки атаковали летящую птицу, прыгая на расстояние десяти — пятнадцати метров. Впечатление было такое, что с земли или с дерева в птицу била молния, и она, трепыхаясь, падала вниз. От него ничего в секрете не держали, и Ким ознакомился с теми данными, которые на сегодняшний день имелись по этому виду животных.

Первые упоминания о них появились после пропажи экспедиции, обследовавшей замкнутую часть джунглей, ограниченных со всех сторон обширными болотами. Когда спасатели прибыли на место, никого в живых не осталось — погибли все, причем так быстро, что даже не успели подать сигнал бедствия. Характер ран, нанесенных членам экспедиции, позволил довольно точно определить, с каким типом животного столкнулись люди. Тогда никто еще не имел понятия о степени опасности подобной встречи, поэтому сформировали новую экспедицию, приняв все возможные меры предосторожности. Но и вторая экспедиция разделила судьбу первой. Более того, пытаясь спасти членов экспедиции, погибла и команда спасателей. Тогда было принято решение обратиться к военным. Но, как это всегда бывает, вместо проведения масштабной операции в штабах решили, что они круче всех гражданских и легко обойдутся малыми силами. Результат: еще одна погибшая экспедиция и две спасательные команды.

Теперь уже взялись за джунгли серьезно. Привезли всю необходимую технику. По всем джунглям расставили наблюдательные системы, а экспедицию облачили в бронированные скафандры. Только тогда смогли провести тщательное обследование джунглей и найти виновников всех этих ужасов.

Ресурсов у исследователей на планете не хватало, поэтому обследование хищников отложили до лучших времен, но климат планеты стал целенаправленно меняться, и площадь болот начала уменьшаться, а следовательно, появилась пока еще гипотетическая вероятность расселения смертельно опасных хищников. Тогда и решили организовать еще один полигон, на котором будут исследоваться агрессивные формы жизни планеты, и в первую очередь получившие печальную известность хищники. Но лишь когда удалось добыть первые экземпляры животных, стало понятно, почему с ними не могли справиться. У горгуней, так назвали их впоследствии, было совершенно уникальное строение клеток, не имеющее аналогов на планете и дающее им такие способности, которые трудно даже вообразить. Их метаболизм под воздействием некоторых веществ, вырабатываемых определенными железами, мог взрывообразно ускоряться в сотни раз, и это несмотря на и так запредельные его показатели. Мышечные ткани позволяли горгуни развивать огромную скорость, а строение скелета — в значительной степени изменять свою форму, что еще больше повышало эффективность мышц. Но самый большой интерес вызвало наличие у них мощных ментальных способностей — именно это делало из них непобедимых противников. Во-первых, они наперед знали все действия своих жертв, во-вторых, благодаря этому степень маскировки у них была совершенна, им не надо было непрерывно следить за жертвой, они знали о ней все и в любой момент. В-третьих, нападая семейной группой, они отлично согласовывали свои действия. Это действительно была идеальная машина для убийства Просто счастье, что ареал их обитания ограничивался только этой частью джунглей.