Алиенист
Шрифт:
Это было немного странно.
Насколько знал Алексий, у женщины было как минимум двое детей. Одному из них, если он ничего не путал, уже должно было быть больше сорока. Второй ребенок не пережил свою мать и скончался в возрасте шестидесяти лет.
Это не учитывая многочисленных мужей, внуков и друзей.
«Сейчас не до этого».
– мысленно заметил Новак.
— Алексий. — начала говорить Виолетта закрыв дверь кабинета и заперев ее на замок. — Мне очень неприятно об этом говорить, но, боюсь, я не смогу помочь твоему отцу.
Взгляд женщины и тембр
— Все… все настолько плохо? — задал вопрос алиенист.
— Мне жаль. — ответила женщина.
— Что произошло? Что вообще случилось с моим отцом?
— Его мозг поврежден значительно сильнее, чем я ожидала. — признала Виолетта. — Но я позвала тебя сюда, не только для того что бы сказать «я не могу тебе помочь», Алексий. — женщина вздохнула. — Меня очень насторожило то, что я увидела. Понимаешь, со столь серьезными повреждениями мозга, твой отец должен был скончаться уже давным давно.
— Что ты имеешь в виду? — насторожился алиенист.
Женщина подошла к столу и налила в стакан воды из хрустального графина.
— Как бы тебе пояснить… — проговорила Виолетта и сделав глоток воды, продолжила. — Работу внутренних органов регулируют участки мозга. У твоего отца они повреждены. Но его сердце продолжает биться. И это меня пугает.
— Ты хочешь сказать, что…
— Твой отец, Алексий, уже давно мертв. — произнесла Виолетта, словно огласила приговор. — Нечто неестественное поддерживает в его теле жизнь. Нечто дублирует сигналы мозга заставляя органы продолжать работать, но это лишь обман.
Алексий почувствовал в комнате мерзкий приторный запах на этих словах.
«Тебе знаком этот металлический запах, алиенист? Так пахнет кровь когда в нее окунают раскаленную медь. Так пахнет — отчаяние».
Алексий не удивился чужим словам внутри собственных мыслей.
Иногда рана в его разуме, под воздействием сильных негативных эмоций, начинает кровоточить.
«Тебя здесь нет».
– ответил Новак и на миг прикрыл глаза сосредоточившись на биении своего сердца.
«Стук-стук-стук… Этот…. фокус… не будет…»
Наваждение исчезло и Новак, посмотрев на женщину, задал вопрос:
— Кто сделал это с моим отцом?
— Если бы я знала? — вздохнула женщина. — Я предлагаю пойти к директору пока никто из моих ассистентов не заметил то же, что и я. Твоим отцом будет заниматься Инквизиция. — Виолетта сделала паузу. — Прости.
— Тебе нет нужды просить прощения. — ответил Новак.
«Один. Я остался один».
– мысли бились об стенки черепной коробки, словно в попытке вырваться из этой тюрьмы. — «Матери нет. Отца нет. Никого не осталось».
«Нет. Не один».
– поправил себя мужчина. — «У меня есть сестра и я должен позаботиться о ней. Она, моя единственная семья».
У мужчины не было желания разговаривать с кем либо, особенно с директором. Не сейчас.
«Увы, это не тот случай, когда хоть что либо зависит от наших желаний».
– отметил Алексий. —
— Моя сестра, где она? — спросил мужчина.
— В гостевых апартаментах. — ответила парамедик.
— Хорошо. Пойдем к директору. А после, мне нужно будет поговорить с Викторией.
Разговор с железным канцлером прошел словно во сне.
Виолетта нечто рассказывала, Новак отвечал на вопросы.
Немногим позже, пришел магистр Боре вместе с незнакомым мужчиной — Инквизитором и Алексий вновь отвечал на вопросы.
Вопросы повторялись по кругу, снова и снова. Менялась лишь формулировка.
Впрочем, что он мог ответить? Когда Алексий прибыл в город, старший Новак уже находился в таком странном, неестественном состоянии! Возможно, именно по этой причине Инквизитор не стал его даже задерживать?
Когда расспросы закончились, магистр Боре произнес:
— Нам потребуется поговорить с вашей сестрой, бакалавр.
— Я понимаю. Только дайте мне минуту, что бы поговорить с ней самому.
— Как пожелаете, бакалавр. — ответил Инквизитор. — Но вынужден вам сказать, что мы будем видеть и слышать все, что произойдет между вами и Викторией Новак.
На это Алексий лишь кивнул головой.
Прошло совсем немного времени, как алиенист зашел в гостевые апартаменты сестры.
— Брат! Врачи уже осмотрели папу?
Это было первым, что услышал Новак от своей сестры.
Нет, не так.
Они говорили утром и в другие дни, но после того как прошла его первая лекция, мир словно разделился на «до» и «после». Снова.
«Сколь раз уже происходило подобное?» — задался вопросом алиенист. — «Время до того, как мой дар пробудился. До того, как родилась Виктория. До того, как я потерпел поражение. До того, как вернулся в Алигьеру. До того, как увидел отца. До сегодняшнего дня. Слишком много в моей жизни этих пресловутых ДО».
— Виктория. — произнес Новак смотря на сестру. — Мне жаль. Но парамедики не смогут помочь нашему отцу.
Если мгновения назад сестра смотрела на него с надеждой в глазах, то после его слов из них словно вырвали жизнь. Взгляд Виктории стал пустым и холодным.
— Врачи говорят, что повреждения мозга…
— Ты обещал. — перебила его сестра.
— Что? — удивился Новак.
— Ты говорил, что парамедики справятся, что они вылечат папу. Ты обещал мне!
"Обещание?"
— Я так думал. — ответил Новак.
— Ты обещал! — повторила девушка.
Из глаз Виктории полились слезы.
— Это все твоя вина. Из-за тебя они заболели! Тебе никогда не было до семьи дело. Ни до мамы, ни до папы. — девушка умолкла на один лишь миг. — Ни до меня. — тихо произнесла Виктория. — Уйди. Прошу, брат, уйди. Я не хочу тебя видеть.
В комнате появился запах крови и меди.
«Кажется, ты ей не нужен, алиенист. Один. Совсем один. Никому не нужен. Но не бойся, мой друг. У тебя все еще есть я… ха-ха-ха…»