Аллоды

– Ты где так драться научился?
– потирая ушибленные места, спросил Орел.

– Во дворе. Где же еще, - пожал я плечами.
– А что, этому где-то еще учат?

– Конечно. Есть же разные школы... Книги надо читать, тупица ты.

– Ну, а ты где стрелять из лука учился?

– Отец научил. А его дед. У нас это из поколения в поколение передается. Семейное, понимаешь!
– приосанился Кузьма.

– Здорово, - искренне сказал я. Своего отца я никогда не видел и даже не знал, жив ли он вообще; возможно, его прах давно истлел на спорных территориях, а может где-то на просторах Сарнаута он до сих пор плодит моих братьев и сестер. Не то, чтобы это как-то особенно огорчало меня - подавляющее большинство моих друзей росло в неполных семьях, а то и вовсе без родителей. Это нормально в условиях непрекращающихся столкновений с Лигой и вечного военного положения в стране. Но иногда мне все-таки становилось интересно, каково это - жить с отцом.

На призыв Орла подняться в горы я не откликнулся, в скалолазании я был, мягко говоря, не силен. А вот понырять в воду, распугивая стайки маленьких рыбок, я был не прочь. Река была не очень глубокой и можно было спокойно достать дна, а вот исследовать ее длину мы не стали, памятуя про обрыв и плавая исключительно у подножья гор. Наверное, срывающаяся с острова в астрал вода очень завораживающее зрелище - река, текущая в бесконечность - но проверять, так ли это, своими глазами не особо хотелось, слишком велик был риск свалится в эту самую бесконечность самому.

Накупавшись вдоволь, мы, усталые и довольные, поплелись назад. По мере приближения к корпусу, в моей голове все четче проявлялась мысль о том, как мы теперь попадем в палату. Выпрыгнуть из окна было легко, а вот залезть обратно...

Однако, ничего придумывать не пришлось - нашего возвращения уже ждали. Иаскул Тау стоял возле нашего корпуса и, завидев нас издалека, уже махал руками. И хоть я и успокаивал себя тем, что уже взрослый человек и ни грамма не беспокоюсь по поводу выволочки от главврача (не в угол же он меня поставит!), у меня все равно было чувство, что я иду объясняться перед мамой за двойку в дневнике.

– Так, так, так, дорогуша, нарушаем, значит...

– А что такого-то?
– с претензией сказал я.

– Чистая совесть - признак плохой памяти! Я вижу вы, голубчик, считаете себя достаточно окрепшим, раз не боитесь разгуливать без оружия.

– Вообще-то, я буду очень не против, если мне его вернут.

– Вернут, вернут, - успокоил главврач, - не волнуйтесь, голубчик. Я распоряжусь.

– Спасибо!

– Пока рано. Вам нужно пройти тесты. Начнем с простого: проверим вашу общую физическую подготовку. У западного корпуса стоит несколько боевых манекенов. Инженеры НИИ МАНАНАЗЭМ несколько доработали их, и теперь всякое воздействие на манекен фиксируется и анализируется. Ступайте, дорогуша, и отведите душу на этих истуканах. А мы уж посмотрим, насколько вы окрепли.

Площадка для тренировок произвела на меня более чем благоприятное впечатление. Я, будто дорвавшийся до песочницы детсадовец, остервенело кромсал мечом манекен, едва ли не повизгивая от восторга. По-соседству отводил душу Орел, метко утыкав чучело стрелами. Я тоже попробовал пострелять из его лука - и пару раз даже не промахнулся мимо цели, но меч или топор все равно были привычней и роднее. На площадке тренировались и другие пациенты - находившиеся на реабилитации солдаты, и я не отказал себе в удовольствии померятся силами с бывалыми вояками. Через некоторое время вокруг образовался кружок зрителей, которые подбадривали соперников и делали ставки. Потешив свое самолюбие несколькими победами подряд, я обидно проиграл здоровому орку, который сначала долго наблюдал за мной со стороны, не говоря ни слова, а потом, когда желающих помахать со мной кулаками не осталось, неожиданно вызвался на бой. То, что его уровень значительно превышает всех моих предыдущих оппонентов - стало ясно сразу. Я подумал, что это, вполне возможно, кто-то из высших офицеров - без формы трудно было определить, но иногда манера поведения говорит больше, чем погоны. Когда меня уложили на обе лопатки, все засмеялись и зааплодировали орку, а он, ничуть не изменившись в лице, протянул мне руку, чтобы помочь подняться.

– Ничего страшного, если над тобой смеются... Гораздо хуже, когда над тобой плачут...
– произнес он спокойно и, поставив меня на ноги, покинул площадку, не обронив больше ни слова.

Оружие мне разрешили оставить и теперь я мог свободно гулять по территории.

– Что же, весьма и весьма... Этот тест, лапочка, вы успешно прошли!
– сказал Иаскул Тау, хлопнув меня по плечу.
– Отдыхайте пока.

В здравнице не было ничего особо интересного - аккуратные корпуса, чистенькие газетные киоски с надписью "ИНФОРМАЦИЯ", прямые аллеи, по которым неспешно прогуливались пациенты, клумбы с цветами, тихое журчание фонтана - покой и умиротворение. Идеальное место для отдыха.

Мне было откровенно скучно.

С Орлом мы решили завтра снова пойти к водопаду, но этим планам не суждено было сбыться. Выяснилось, что от общественно-хозяйственных работ не укрыться даже в реабилитационном центре - с утра пораньше нас, под прикрытием исследований, отрядили на сбор ягодного урожая.

– Второй тест, который вам предстоит сдать, позволит проверить внимательность и координацию. Надеюсь, вы как герои Империи были достаточно внимательны и заметили брусничные кусты, растущие вдоль аллеи? Ягоды только начинают поспевать и найти их будет не так просто. Но если Вы будете достаточно внимательны, то сможете с одного куста собрать до трех ягод! Впрочем, на такой результат вряд ли стоит рассчитывать. Вот вам корзинки...

– Что?
– возмутился я.
– Собирать ягоды? Что за тесты такие? Дайте мне противника и я порублю его на куски, но ползать в огороде с корзинкой - увольте! Я служу Имперской Армии, а не сельскохозяйственным кротам! Я...

– Двигательное и речевое возбуждение... бредовые интерпретации... Случай, по-видимому, сложный... Шизофрения, надо полагать, - задумчиво проговорил Иаскул Тау.

– Ладно, давайте ваши корзинки, - кисло промямлил я, тут же свернув свое негодование.

– Будьте осторожны, если рядом с брусникой будет шмель, то он может и укусить. Так что аккуратней, а то вас еще и мазью от пчелиных укусов мазать придется.

Через два часа я уже измазался в бруснике с головы до ног. Все бы ничего, но "шмелье поганое" - как окрестил их Кузьма, кажется, принимало нас двоих за гигантские ягоды и не отставало ни на секунду. Облепленные насекомыми, уставшие и злые, зато с полными корзинами ягод - мы освободились только к обеду. Под шмелиным конвоем мы прошествовали через всю здравницу к главному корпусу, где на лавочке у фонтана что-то читал главврач.

– Вот ваши ягоды! Надеюсь, уроки ботаники на сегодня закончены?
– недовольно проворчал Орел.

– Прекрасный результат, поздравляю! Неужели вам так не терпится покинуть мою здравницу?

– Да уж, желание тут оставаться тает с каждым днем. Эти полосатые твари прожужжали нам все мозги!

– Наши селекционеры работают над тем, чтобы уменьшить длительность их жужжания, не волнуйтесь, - утешил Тау, принимая корзинки у нас из рук.
– Не пропустите обед и можете отдыхать.