Я знаю то, чего не знаешь ты.А нам с разлукой предстоит свиданье.Осенние я принесу цветы,И скажет все угрюмое молчанье.Сухие слезы на твоих щеках —Ты плакать от бессилия устала.Вдруг все надежды превратятся в прахНо этого еще, быть может, мало.Чуть слышно скрипнет мокрое крыльцо,Знакомых рук смущенные пожатья,Не выдержав, я отверну лицо,А ветер вдруг погладит твое платье.И дождик будет сыпать с неба грусть,В то утро ты расстанешься со мною,Не дам я обещанья, что вернусь,И звук шагов заглушится листвою…
На Арбате
Я
этой встрече был безмерно рад.Нам шелестел листвой известный сад.И хоть смущенья накрывала теньСтоял чудесный тихий майский день.Звенел гитарой старенький Арбат.Не перепеть, не повернуть назад.И пробудить пытаясь ото снаТебе светили солнце и луна.Толпу глотает шумный ресторан,Судьба не здесь готовила обман.И напоследок Окуджавы взгляд —Мы опоздали лет на пятьдесят.Ветра качали в небе облака,И ветки кленов далеко внизу.А позже чуть дрожащая рукаСмахнула набежавшую слезу…
«От росы холодной берег белый…»
От росы холодной берег белый.Тихо речка сонная течет.Затуманил утро август спелый.Лета дней теперь наперечет.Пусть листву не завтра тронет меткойОсени краснеющая медь.Но зачем береза машет веткой,Словно собираясь улететь?В синеве бездонного колодцаЖаворонка серое пятно.Плачет он, а может быть, смеется.Только мне, похоже, все равно.Между нами километры лягутБрызгами рассыпавшихся бус.На рябине гроздья горьких ягод.У разлуки тоже этот вкус…
«Соскучился уже проказник ветер…»
Соскучился уже проказник ветерПересыпая пыль туда-сюда.На скомканной и брошенной газетеНе новости, а просто ерунда.Мир потерял от твоего ухода,Хотя еще лет триста простоит…И кажется противною погода,Пусть и нагрет на мостовых гранит.Оставь постель, пройдись со мной не многоХоть под руку, а хочешь просто так.Пусть денег нет, не побоюсь залога —И для тебя надену черный фрак.Оставь болезнь, не кончилась дорогаИ ветер ждет, чтоб потрепать подол.Я за тебя вчера просил у Бога,К которому я так и не дошел…
«Топит сумрачный март понемногу снега…»
Топит сумрачный март понемногу снега.Намокают ботинки от талой воды.На дороге река – не видны берега.У меня на щеке от помады следы.Ты ко мне прикоснулась губами слегка,Может быть, опасаясь, что я убегу.Поцелуй на прощанье, и в спину: «Пока»,И следы от ботинок на мокром снегу.Может свидимся позже, но кажется, нет.Без любви нам встречаться совсем не с руки.Осторожно нагнусь и взгляну тебе вследСделав вид, что у бот развязались шнурки.Моет серые перья в снегу воробей —В воробьиху влюбленный пушистый комок.Я тебе пожелал возвратиться скорей,Но уже не дождусь, ведь ботинок промок…
«Не сумев удержать в стеклах нервную дрожь…»
Не сумев удержать в стеклах нервную дрожьПодмигнет желтым глазом ночник-светофор.На пустом перекрестке ко мне подойдешь,И во взгляде моем прочитаешь укор.Слышишь, как наверху стонет провода нить,Одинокой гитарной струною звеня?Знаешь, как я устал этот столб сторожить,Почему ты так долго искала меня?Если мы повстречались – есть в этом резон.Ты на время волненье свое позабудь.Ну
и что, что таких же как мы миллион?Одиноких сейчас стало меньше чуть-чуть.
Очистил воздух первый робкий снег,Прикрыв собой накопленную грязь.Блуждают мысли в белой пелене,То вскачь несясь, то еле шевелясь.В промозглой дымке скучных городовПрохожий, потерявший идеал,В архипелаге снежных острововЛюбовь искал, хотя и не терял.Над головою петли воронья —Аристократов серых пепелищ.И кровь не греет, будто не моя,В развалинах погибших городищ.А я не птица, мне не свить гнезда,И не построить сказочный дворец.И падает замерзшая водаНа уголь остывающих сердец.
«Нам Бог частичку воли и свободы…»
Нам Бог частичку воли и свободыВручил, чтоб не забыли свою мать,Но человек, заблудший сын природы,Ее совсем не хочет вспоминать.Над городом синеет дымка смога,Железных тварей плотные ряды.Остановись и отдышись немного,Ведь где-то там еще цветут сады.И где-то там полощутся закаты,И где-то плещут летние дожди,Громов суровых первые раскаты…Остановись, послушай, подожди.Закрыто небо краской серых буден,Когда последний раз глядел в него?И если говорят, что ты свободен,То посмотри, свободен от чего?
«Понятны только грубые слова —…»
Понятны только грубые слова —Настолько очерствели наши души.О чем же шепчет на лугу трава,Уже не могут слышать наши уши.Нам в птичьем пенье мнится только писк,Не разобрать в нем скрытого значенья.И вместо солнца в небе – желтый диск,А вместо сердца – органа биенье.Колышет рожь поток воздушных масс,Дрожит листвой подгнившая осина.И радуя своим объемом нас,Растет в лесу сырая древесина.И звезды стали очень далеки —Теперь не скажешь, что сорвешь руками.Бутоны распускают сорняки,Что были прежде дикими цветами…Я соловьиный напишу сонет,Подслушав трель пернатого актера.Из радуги я принесу букетДля своего… интимного партнера.
«Черной точкой среди голых скал…»
Черной точкой среди голых скал,Закрывающих небо домов,Я в долинах проспектов искалНе алмазов и не жемчугов…Вниз смотрела красавица ночь,Город спал в гамаке проводов,А на небе, как в детстве, точь-в-точь,Зажигались глаза светлячков.Нет в бетонных морях берегов,Лишь квадратные дыры в камнях —Застекленные души домов,В никому не светящих огнях.Долго я человека искал,Средь безлюдной толпы городов.Камень, стекла, холодный металл…Он прошел, не оставив следов.