Альтернативы

– Так вы живете один? – уточнила я.

– Да, Спенсер живет в городе, а я здесь. Он, конечно, звал меня к себе, но здесь вся моя жизнь.

– Простите, - извинилась я за свои нелепые вопросы, - просто я увидела чашки и фигуры на шахматной доске, вот и подумала, что вы не один…

Он перевел усталый взгляд сначала на доску, потом на две чашки, которые так одиноко стояли на столике:

– Знаю, что это покажется странным, но я не могу убрать эти вещи… Это последняя партия, которую мы играли с Соломеей, в перерыве мы пили чай из этих чашек… Пока они здесь, мне кажется, что она тоже рядом со мной.

В этих словах было так много искренности, так много любви и горечи от потери, что по моим щекам невольно потекли слезы, я попыталась вытереть их, чтобы Альберт не заметил, но моя реакция не укрылась от его взора:

– Ну, милая, перестаньте. Не стоит грустить… - поспешил успокоить меня старик.
– На самом деле я очень счастливый человек, мне повезло познать настоящую любовь, найти женщину, которая всегда меня понимала. За меня можно только порадоваться, но точно не плакать. А теперь давайте я отвезу вас куда скажете, вы и так уделили много времени старому дураку.

Пока Альберт, словно настоящий гонщик, вез меня к моей машине на своем внедорожнике, я думала о своей жизни и о своем браке. Любил ли меня мой муж так, как Альберт любил Соломею? Да и любила ли я Марка? Я так настойчиво пыталась спасти свой брак, но было ли там что спасать?

Мы попрощались у моего авто, я пообещала Альберту навещать его иногда, он даже нарисовал мне карту на клочке бумаги, чтобы я, в случае чего, всегда могла найти его хижину.

Когда мы с моим новым знакомым расстались, то я первым делом обратила внимание на свой телефон. Связь наконец-то появилась. Пропущенных от Марка не было. Интересно, он вообще заметил, что меня и детей нет дома? На телефоне меня ждало голосовое сообщение от матери: « Не знаю, где вы подевались, - её голос звучал немного обеспокоенно, - не могу дозвониться ни тебе, ни Марку. Но я укладываю детей спать. Надеюсь, что завтра вы объявитесь. Позвони мне, как прослушаешь это сообщение».

Это точно была последняя капля. Я понимала, почему Марк не интересовался мной, но я не могла позволить так относится к своим детям. Я со всей силой надавила на педаль газа, в сторону дома я ехала с четким намерением раз и навсегда поставить точку в этой истории.

Часть третья

Зайдя в дом, я увидела именно то, что ожидала. Марк сидел перед телевизором с бутылкой пива в руках и смотрел какую-то спортивную передачу. На мое появление он никак не отреагировал, даже не удосужился отвести взгляд от светящегося в темноте ящика.

Я чувствовала, как внутри меня разрастается злость. Она заполняла все клеточки моего тела и уверенно трансформировалась в отчетливое чувство ненависти к человеку, с которым я почти десять лет прожила под одной крышей.

Как можно было быть таким бессердечным и отчужденным? Я могла понять, почему его не встревожило мое отсутствие дома в столь поздний час. К тому времени наше общение уже было очень натянутым, и я уверена, что вернувшись домой и не обнаружив меня там, Марк почувствовал облегчение. Но как можно было не поинтересоваться где твои собственные дети? А вдруг с ними что-то случилось? Вдруг с нами что-то случилось? Мы могли попасть в аварию или нас мог похитить какой-то маньяк. Но Марка интересовала лишь спортивная передача по телевизору.

– Привет, - попыталась завязать разговор я.

– Привет, - пробурчал Марк все так же не отводя взгляда от экрана.

Я поняла, что ждать хоть какого-то внимания в свою сторону – это гиблое дело. Но прекращать разговор была не намерена. Мне не оставалось ничего другого кроме как стать прямо перед телевизором, заслонив экран.

– И как это понимать? – наконец-то он удостоил меня надменным взглядом. – Анна, ты похожа на чучело, - в глазах Марка промелькнуло презрение, - грязная и растрепанная, приведи себя в порядок, в конце концов.

– Может, лучше спросишь, где я была? – злость переполнила меня настолько, что мне казалось, будто бы я взорвусь в любой момент.

– А какое мне дело до того, где ты была?

Теперь его голос звучал насмешливо, это бесило меня еще больше. Я сделала глубокий вдох в попытке взять в себя в руки. Устраивать скандал совсем не входило в мои изначальные планы. «Анна, будь спокойна» - твердила я про себя.

– Марк, а до чего тебе вообще есть дело? – задала я вопрос, который волновал меня уже очень давно.

Мой муж тяжело вздохнул, всем своим видом демонстрируя, как сильно его тяготит разговор со мной.

– Анна, я пришел с работы, я устал. Понимаю, что тебе скучно, и ты опять хочешь поскандалить и развлечься таким образом, но ты можешь делать это без меня?

– Ты не ответил на мой вопрос, - я не собиралась отступать.

– Я могу спокойно посмотреть телевизор? - отвечать он не собирался.

– Конечно, Марк, - с улыбкой ответила я и уверенно направилась в спальню.

Дойдя до двери, я все-таки не удержалась и задала еще один вопрос, который терзал меня практически со дня нашей свадьбы:

– Ты когда-нибудь любил меня?

Мой муж снова сделал вид, что не услышал. Для меня этого было достаточно.

Я зашла в спальню и сделала глубокий вдох. Села на кровать и осмотрелась вокруг. Этот красивый дом с интерьером, который можно смело снимать для журналов посвященных современному дизайну, давно стал для меня клеткой. Пребывание здесь тяготило и меня, и детей, и самого Марка. Со стороны мы выглядели как идеальное семейство, на деле же все это было лишь ничего незначащей наигранной картинкой. Почему-то все это время я отчаянно пыталась сохранить эту иллюзию, боясь признаться даже самой себе, что мы давно не были семьей.

Я подошла к туалетному столику и посмотрела на себя в зеркало. Из него на меня смотрела уставшая, но, тем не менее, красивая женщина с потухшим взглядом. Если бы глаза у этой женщины светились счастьем, то ее точно можно было назвать красоткой. « Я больше не хочу так жить», - сказала я своему отражению в зеркале. Странно, но моя душа будто бы давно ждала этой фразы и моментально откликнулась на нее приливом сил и энергии. Злость, которая все еще бурлила во мне после разговора с мужем, сменилась на состояние покоя и некой отрешенности.

Совершенно без каких- либо эмоций я упаковала необходимые на первое время вещи. Сначала свои, потом детей. Марк никак не реагировал на мои хаотичные передвижения по дому. Наверное, думал, что это очередная истерика, которая скоро закончится.

На сборы у меня ушло около часа. Сложив вещи в багажник своей машины, я вернулась в дом. Марк все также сидел перед телевизором, но уже краем глаза наблюдал за моими действиями. Я подошла к нему ближе и без слов положила на журнальный столик свое обручальное кольцо: