Амурет
Шрифт:
– Это желудочный сок, - объяснила Вика, - он разъедает нас, как кислота. В общем, мы перевариваемся и превращаемся в...
– Ладно, не будем уточнять, - перебил я.
– Слава богу, пока что мы живы, давай подумаем, как выбраться отсюда.
– Думаешь, удастся?
– обреченно спросила Вика.
– Надо попробовать, по крайней мере, топорик со мной. А ну-ка держись за меня.
В этот момент началась ужасная тряска: видимо, динозавр куда-то побежал. Нас мотало из стороны в сторону, мы то падали, то вновь становились на ноги. Все это напоминало прыжки на батуте в темноте. Затем после
– Ага, чудовище купается, - догадался я.
На какое-то время вода нейтрализовала действие желудочного сока, от которого зудела кожа и нестерпимо хотелось чесаться.
– Я попробую рубануть его, а ты держись за меня, - сказал я.
Вика нащупала ремень на моих брюках и вцепилась в него. Я взмахнул топориком и ударил им в стенку желудка. В лицо мне брызнула какая-то горячая жидкость. "Кровь", - догадался я. Донесся страшный рев и чудовище начало метаться из стороны в сторону. В результате мы полностью потеряли возможность хоть как-нибудь контролировать свои перемещения и начали совершать броуновское движение, то и дело натыкаясь друг на друга и рискуя пораниться о топорик, который я все не выпускал из рук. Случайно я натолкнулся на то место, откуда после моего удара текла кровь, и прежде чем меня отбросило в сторону, я успел еще раз ударить топориком и весьма удачно, потому что кровь хлынула водопадом и меня понесло куда-то в темноту. Я почувствовал, что меня втягивает в какое-то отверстие. В эту секунду на меня наткнулась Вика, я ухватил ее, обронив топорик - на этот раз безвозвратно, и, подгоняемые потоком крови, рискуя захлебнуться в ней, мы начали пробираться через узкий ход, надеясь выбраться к умирающему чудовищу либо в рот, либо, извините, наоборот. В конце концов мы так и вытекли через пасть на свет божий. А вернее в божьи сумерки, потому что, пока мы кувыркались в животе чудовища, наступил вечер. Обернувшись, мы увидели издыхающего монстра, лежавшего в полнейшем изнеможении наполовину в пруду. И тут же ни слова не говоря, повинуясь единственному желанию поскорее смыть с себя кровь, желудочный сок и прочие зловонные жидкости, которые встречаются во чреве у динозавра, мы скинули с себя одежду и полезли в воду.
– Остается надеяться, что эта тварь не заражена СПИДом, - сказала Вика и вдруг закричала.
– Смотри! Что это?!
Я оглянулся и увидел вдалеке несколько высоченных прямоугольников, в которых светились окна, напоминая недоигранную шахматную партию.
– Дома, - пробормотал я, - жилые дома.
– Женька! Какой ты молодец! Спас-таки нас!
– с этими словами Вика бросилась мне на шею.
– Но как? Как мы в конце концов попали назад?!
– Это динозавр, - ответил я, вспомнив статью английского ученого, - попал случайно в переход из одного пространства в другое.
Глава 7
Мы быстренько покончили с купанием, прополоскали свою одежду, отжали ее и напялили на себя мокрой.
– Что будем делать?
– спросил я.
– Бежим по домам, что ж еще?
– ответила Вика.
– А что скажем своим домочадцам?
– Давай так, - предложила Вика, - скажем, что ты "бомбил" вечером на своей тачке и просто подвозил меня домой как случайную попутчицу. Потом мы во что-то врезались и больше ничего не помним. Очнулись в животе динозавра, порубили его и он нас выплюнул.
– А топор-то откуда взяли?
–
Господи! Да нашли в кишках. Может, этот людоед накануне дровосека сожрал.– И ты думаешь, что нам поверят?
– усомнился я.
– Увидят этот труп, - Вика кивнула в сторону убиенного, - и не тому поверят.
– А если они нашли наше послание с Рыжиком?
– Видно будет. Может, еще и не нашли. Может, твоего Рыжика какая-нибудь кошка бездомная съела.
За разговором мы не заметили, как дошли до станции. Часы на диспетчерской автовокзала показывали одиннадцать часов.
– Послушай, Вика, - вдруг забеспокоился я, - мы ведь еще не знаем, в какое мы вернулись время? Какой сегодня день, год какой?
– Да какая разница?!
– махнула рукой Вика.
– А вдруг сейчас не 90-ый, а 89-ый год? Ты придешь домой и встретишь себя же. Как вы будете жить втроем?
– Я думаю, этого не случится. Ну, судя по тому хотя бы, что год назад мой муж мне не изменял со мною самой же, - возразила Вика.
– Хорошо. А что если с тех пор, как мы отправились в это путешествие, прошло пять лет и твой муж женился на другой женщине?!
– Да я его придушу, а ей глаза выцарапаю!
– вспыхнула Вика.
Возле одной из автобусных остановок я заметил девушку.
– Давай-ка все же уточним, - сказал я моей амуретке и обратился к девушке, ожидавшей автобуса.
– Извините, какое сегодня число?
Девушка посмотрела на меня, мокрого, нечесаного и небритого, и испуганно попятилась, но, заметив рядом со мной Вику, успокоилась и сказала:
– С утра было пятое.
– Июля!
– обрадовался я.
– Июля, - отозвалась незнакомка.
– А год?
– спросила Вика.
– 90-й, - ответила девушка и добавила.
– Двадцатый век. А вы что с Луны свалились?
– Ага, - сказал я, - и угодили прямо в лужу. Но самое главное, что сегодня пятое июля. Вика, нас не было всего лишь несколько часов!
– Ну-ну, -покачала головой девушка.
– Ладно, пора домой чесать, - заявила Вика.
– Представляю, как удивится твоя жена, когда увидит, как сильно ты оброс щетиной за один день!
– А когда она узнает о судьбе нашей машины, она просто обрадуется, - иронично заметил я и подумал: «Бог мой, когда-то у меня была машина. Кажется, что с тех пор прошла целая вечность!"
– Что ты будешь делать?
– спросила Вика.
– Вернусь срочно домой, переоденусь, а потом позвоню друзьям, вызову милицию и поведу всех на пруд на чудовище посмотреть. Представляешь, какое сенсационное открытие мы с тобой сделали!
– Мне бы твои заботы, - усмехнулась Вика.
Тут подъехал автобус, идущий по четвертому маршруту, и Вика - она жила в Перловке - начала прощаться.
– Мы еще увидимся?
– спросила она уже с подножки.
– А как же, - ответил я, думая о том, сколько совместных интервью нам предстоит дать, когда поднимется шумиха вокруг динозавра; и тут же, сообразив, что, спрашивая "увидимся ли мы еще", Вика имеет в виду совсем другие встречи, крикнул ей вслед:
– Не знаю, может быть...