Ангел

— Ангел.

Пожимаю протянутую ладонь, с непривычки пару раз промахнувшись и вызывая общие улыбки.

— Энджел?

— Можно и так.

— Мы с семьёй из Кали. Калифорния. Недавно приехали. Отец пишет софт под мобильники. Здесь отдел «ЭрАйДи». Крупнейший в мире. Пришлось ехать сюда, — Лирой нахмурил рыжие брови. — Тоже не местная. Лондон? Не наш акцент.

— Лондон из а капитал оф грейт британ… Не, я не оттуда.

— На американку не похожа, я своих за милю чую. Хороший английский. Австралия?

— Втроем гуляете?

— … Предки зависли в магазе. У них годовщина, отец делает подарок. А потом тащат отмечать. Иначе моей ноги здесь бы не было!

Рыжий кивнул на витрину напротив. Манекены демонстрируют разнообразные халаты, судя по блеску ткани на солнце, шелковые. Тонкие буквы над магазином выделил розовый цвет: «Секреты Виктории».

— Почему не пошли выбирать подарок вместе?

Исчезли бы внутри! И не обокрали меня на две печеньки! Ну как так-то? Тихо шмыгаю носом. Неизведанная сладкая картошка…

Рыжий уставился, у него голубые глаза, которые сейчас очень широкие.

— Э… Это же… Ты прикалываешься?!

Равнодушно пожимаю плечами. Да, вроде, нет… И в мыслях не было.

— Это магазин женской одежды, — веско уточнил Лирой.

Рыжий смотрит подозрительно. Чего не так-то? Подумаешь, тряпки…

— Бро, естественно прикалываюсь! Все знают, что это магазин женских халатов!

— Бро? Для «бро» слишком красивая, — ухмыльнулся Лирой.

Воу-воу-воу, полегче! Тушка хлопает ресницами, а я чувствую краску на лице. Парнишка оказался с сюрпризом и времени даром не теряет. Фига, у него заявы…

— Давай обменяемся номерами? Мы здесь надолго. Пересечемся как-нибудь?

Из джинсовой куртки появился мобильник.

— Не выйдет. Я скоро уеду…

— Чёрт… Встретил нормального человека в дикой стране и та отшила…

— Смотри на жизнь проще, бро! Мог очутиться в жарком Конго или морозной России.

— Здесь не лучше, — хмыкнул Лирой. — Знаешь, где мы недавно были? В музее какашек! Местные нереально странные.

— Есть такой музей?

— Ага! Значит ты точно не отсюда! — ухмыльнулся Лирой. — Представь себе… Целый парк! Там можно познакомиться с бесконечным круговоротом фекалий в природе. Есть выставка кучек животных, а ещё древние горшки и унитазы… Ночная ваза последнего монарха! Или статуи делающие это самое… У всех на виду! Прикинь?

Рыжий покачал головой.

— Какая дичь…

— Ага, — кивает Лирой. — Если мелким понравилось, то представь каково мне? Многоразовая верёвка… Теперь преследует меня в ночных кошмарах! И ты оставишь наедине с этими ненормальными?

Рыжий хитрюга… Подкатывает ловко, стоит признать, но сортирный музей… Это же…

— Офигеть…

— Оф-ф и гет? — удивился Лирой. — Выключить что? Ты о чём?

— Не бери в голову, бро! Всё будет путём. Сам не заметишь, как пообвыкнешь и глаза окосеют.

— Найс, — улыбнулся Лирой, оценив шутку.

Из дверей магазина появилась необычная пара. Блондинка в джинсах и ветровке цвета хаки ростом выше большинства корейцев. Её спутник щеголяет чёрной кожей куртки над штанами, а рыжую шевелюру украшает ковбойская шляпа. Приколюха… В реальной жизни выглядит совсем не так, как на картинках. Гораздо круче!

— Дети, не сильно долго ждали? Поедим мороженого?

Голубые глаза блондинки искрятся радостью. Ковбой рядом держит целую охапку пакетов. Значит, крупно отоварились.

Громко взвизгнув, мелкота сорвалась со скамейки и устремилась к родителям. Ненасытная малышня прикончила вафли, а теперь тащит взрослых за руки, торопя в страну вкусного мороженного.

— Ты классная! Увидимся, Энджел!

Рыжий закончил строчить шариковой ручкой на листочке и настойчиво протягивает художества.

— Рассчитывай на это, бро!

Чуть-чуть надежды не помешает… Машу ладошкой вслед уходящей семейке. Взрослые шагают обнявшись, впереди летят приставучие и неблагодарные дети. Лирой скривил рожицу и махнул ладонью в ответ. Парень опять уткнулся в мобильник. Тоже люди.

Разворачиваю листок бумаги. Номер телефона и имя.

«Лиро-о-ой Дженки-и-инс…» — рейд и дракончики? Непонятная игра? Что за чушь?! Проблеск очередного воспоминания. На «чердак»! Зато, шоколадные рыбки съедены…

Дернув чёлкой, копаюсь в сумке и достаю воду. Солнце пригревает и бутылка немного тёплая. Нормаль…

Скомканную бумажку закидываю в горлышко. Макулатура без надобности, цифры уже застряли в памяти. А вообще, они тоже без надобности…

Задумчиво изучаю магазин напротив и играю погремушкой новую мелодию. Что за «Виктория» и какие у неё «Секреты»? Зайти посмотреть? Халатики на манекенах… Зачем нужны? Бесполезные тряпки. В бане не поносишь, на улице не наденешь.

— Нафиг… — улыбаюсь ласковому солнышку и потягиваюсь на скамейке: — Хорошо жить и жизнь хороша!

Интересненько! Чувствую себя гораздо лучше, чем обычно. Мигрень всего лишь спряталась где-то рядом.

— Почему изменения? — шепчу и поднимаю взгляд, рассматривая кирпичную стену над магазином: — Что за ерунда постоянно лезет в голову?

Ладненько! Давай с самого начала… Проведу аналогии. Так гораздо проще выискивать ответы! Иногда…

Стена памяти. Она не такая, как у сверстников. Может, даже меньше, чем у малышни, растащивших вафли. Пару лет назад стену снесли до фундамента базовых инстинктов, которые есть у любого младенца, затем смели с площадки пыль и уложили идеально ровный кирпичик воспоминания: «Уютное тепло». Второй кирпичик: «Мягкий хлопок простыней». Ещё кирпичик: «Влажная струя воздуха на лице». И ещё. Ещё… Растёт идеальная стена памяти. Загружает цепочки нейронов мозга, начиная формировать новую личность.

Бац! Прилепилась красочная реклама. Она есть на многих стенах, некоторые её замечают, большинство нет. Многих она сводит с ума. Непривычная вывеска на фасаде стены памяти. Обрывочные знания и непонятный опыт: «Идеальный английский с австралийским акцентом». Возник из ниоткуда, после звука: «Док!», от пятна в белом. Информация неполная, ведь реклама бывает разной. Часто обветшавшей, словно перегоревшие лампочки на вывеске или оторванные куски объявлений, но всегда чужая, не своя.

Бац! «Пятно в белом оказалось человеком». Ещё одна конструкция украсила растущую ввысь идеальную стену. Другим гораздо проще, их стены раскрошились от времени, отвлекая внимание на ползущие трещины пустоты, которые скрывают чужеродность. Заставляют забывать. Я не забываю.

Бац! «Встать и вспомнить движение ногами». А вот эту рекламу хочу уже я! У каждой стены есть владелец и иногда судьба его балует, исполняя очередную хотелку. Редко, но бывает. Эх, жаль неоновая вывеска поддержанная и с перегоревшей буковой! Падение на пол и разбитый в кровь нос.

Бац! А вот эту рекламу я совсем не хочу! Но она настолько красочная, что её прилепят обязательно. Ведь чужие воспоминания очень яркие! Значит, на «чердак»…

Есть одна легенда: учёный Дмитрий Менделеев увидел во сне периодическую таблицу химических элементов. Сразу и целиком. Или Джеймс Уотсон первым изобразил структуру «ДНК», увидев во сне переплетение змей. Раз и готово. А если, им тоже лепили чужую рекламу…