Ангел

Поверх плеча отца я видел, как удивленные глаза Вайпера распахнулись еще шире, словно он не мог понять, почему был так охотно принят моей семьей, когда, с его слов, он «развратил их сына». А я был уверен, что они полюбят его. Каждый раз при общении они задавали мне миллион вопросов о Вайпере, о наших делах, были ли люди добры и «милыми с нами». Они никогда не ставили под сомнение наши отношения, когда я рассказывал им о Вайпере и обо мне. И то, как они безусловно приняли нас — даже до знакомства с Вайпером — заставляло меня чувствовать еще большую благодарность к ним. Родителей не волновало, что Вайпер мужчина. Их волновало только мое счастье.

— Я голоден. А вы, ребят? — спросил отец, когда мы вошли в ресторан. — Я записал наши имена, как только мы приехали сюда, так что скоро столик должен быть готов.

Мы остановились перед хостес, и как только она заметила Вайпера, тут же протянула четыре меню.

— Добрый вечер, Вайпер, Хейло! Следуете за мной, ваш столик готов.

Отец удивленно поднял бровь, а я с улыбкой пожал плечами. Мы последовали за девушкой к постоянному столику Вайпера — кабинке в глубине ресторана, где освещение было более тусклое, а сам стол — уединенным. С тех пор, как мы были вместе, Вайпер всегда старался выбрать самый приватный столик, какой только смогут найти, чтобы никто не нарушал нашего уединения, хотя иногда нам и приходилось проходить через ресторан, как, например, сейчас.

Все взгляды в помещении следовали за Вайпером, который шел с такой уверенностью, что даже если наверняка не знать, кто он, то все равно чувствовалось, что он был кем-то. Затем взгляды перемещались на меня, и если посетители еще не сложили два и два, то при виде нас вместе, они понимали, кто есть кто, и кем мы приходимся друг для друга. Я не понял, узнали ли они меня как фронтмена группы или нет, но точно знали или предполагали кто такой Вайпер: наверняка видели музыкальные клипы, фотографии в «желтой прессе» и журналы. Невозможно было пропустить момент, когда озарение достигало их глаз.

— Спасибо, — поблагодарил Вайпер, когда мы заняли места. Мы с Вайпером расположились напротив моих родителей.

— Напитки как всегда? — спросила Вайпера хостес.

— Не сегодня. Я думаю, мы возьмем бутылку вина Ganevat ‘Marguerite’ C^otes du Jura 2012 года, если это, конечно, подходит для всех? — Вайпер вопросительно осмотрел каждого из нас, и я понял, что это был очень хороший выбор, судя по удивленным лицам родителей.

— Это было бы прекрасно, — сказала мама, тепло улыбаясь Вайперу, который благодарно сжал мою руку под столом. Возможно, я упомянул, а он запомнил склонность моих родителей к хорошему шардоне, когда мы планировали этот вечер. И хотя никто из нас не любил белое вино, я знал, как важно для Вайпера произвести хорошее впечатление на моих предков. Моему мужчине не нужно было стараться: пусть он и не догадывался, но они уже были готовы есть из его рук.

ГЛАВА 25

ВАЙПЕР

Я заказал сразу несколько закусок к вину, и официантка ушла выполнять наш заказ. Когда мы погрузились в изучение меню, Ларри произнес:

— Кажется, вы, парни, привлекли всеобщее внимание в этом ресторане.

— Мы часто приходим сюда, — сказал я, пытаясь приуменьшить любопытные взгляды, обращенные на нас с Хейло, когда мы вместе выходили на публику.

— Нет, не думаю, что поэтому. Скорее, они все задаются вопросом: могут ли они подойти и поговорить с вами, — Ларри улыбнулся. — Не нужно разыгрывать скромность. Мы знаем, какие вы суперзвезды.

— П-а-а-ап, — застонал Хейло.

— Что? Мы гордимся тобой, сынок.

— И я благодарен за это, но не могли бы вы не использовать слово «суперзвезда»? Это заставляет меня чувствовать себя придурком.

— О, милый, — Шерил потянулась через стол и накрыла руку Хейло своей. — Ты бы никогда не стал придурком.

Я усмехнулся, наблюдая за отношениями Хейло с родителями, разыгравшимися передо мной. Он всегда говорил, что они вчетвером, включая Имоджен, сплоченная команда, и их связь была осязаема.

— Так что, вы оба взволнованны предстоящим туром? — спросила Шерил. — Где первая остановка?

Хейло взглянул на меня.

— Атланта, — ответил я, кивнув официанту, подошедшему с бутылкой вина. Он откупорил ее и предложил Ларри продегустировать. — И да, это будет чем-то особенным. Хейло сведет всех с ума.

— Мы не можем дождаться, чтобы увидеть, как это будет, — Шерил сделала глоток шардоне, и мы с Хейло выпучили глаза от удивления.

— Вы не можете прийти на концерт, — выпалил Хейло.

— Почему нет?

— Потому что…— он покосился на меня, но, черт возьми, я не собирался рассказывать его родителям, что это будет неприличное шоу. Вместо этого я сделал большой глоток вина, и тогда Хейло закончил:

— Это не совсем в вашем стиле.

— Уверен, что в нашем, — сказал Ларри. — Мы слушали альбом…

— О, господи, — Хейло откинулся на спинку стула.

— Это фантастика. Мне нравится та песня… как ее, Шерил? В которой про луну и звезды?

— «Темный ангел», — ответила Шерил, — такая запоминающаяся. Мы слушали ее по пути сюда, верно Ларри?

Он кивнул.

— Да.

— Но не волнуйся, — продолжила она, — мы не слушали те, которые с пометкой «откровенное содержание».

Чтоб меня! Я никогда не думал, что родители Хейло — охренительная Шерил Олсен! — будут когда-либо слушать наши песни. Но, по крайней мере, она вроде не слушала песню, в которой я написал, как ее сын делает меня твердым.

Мне вдруг понадобилось что-то покрепче белого вина.

— Ну, мы будем исполнять и «откровенное содержание», так что, может, вы с папой пропустите этот тур?

Лицо Хейло приобрело великолепный оттенок красного, и мои пальцы зачесались от желания почувствовать тепло его кожи.

— Это глупо, — сказала Шерил, и Ларри одновременно с ней пробурчал:

— Мы пойдем независимо от того, нравится тебе это или нет.

Когда Хейло уронил свою голову на ладони, я сглотнул, не зная, что сказать. Родителям определенно не нужно было смотреть шоу, но они с таким ожиданием смотрели на меня, что я не выдержал и предложил:

— Мы можем достать вам пропуск на концерт в Нью-Йорке.

Хейло резко поднял голову.

— Что?

Кровь хлынула к моему лицу, и это было вовсе не от вина. Черт, что я только что предложил? Гребаные билеты?

Шерил торжествующе улыбнулась.

— Спасибо тебе, Вайпер. Хейло никогда не говорил нам, где он выступает, поэтому мы редко видим его выступления.

Иисусе, и их первым впечатлением будет Хейло, поющий о моих посиневших яйцах. Блядь.

К счастью, принесли закуски и после того, как мы заказали основные блюда, я пнул Хейло под столом, чтобы он сменил тему.