Анна

Анна держалав одной руке пакет, полный консервов. Микелини в красной бейсболке с козырьком и надписью "Нутелла" и с ружьём через плечо, толкал тачку с коробками. Груз закрыли брезентом и закрепили резинками.

Они вспотели и отдыхали от жары, только когда солнце скрывалось за облаками.

Анна не понимала, нравится ли ей Марио или нет. Едва выйдя из магазина, он помрачнел и через пару километров пошёл медленнее. Это могло быть из-за Красной Лихорадки, но Анна подозревала, что он просто обленился. Если идти так медленно, они доберутся до дома только к сумеркам.

– Давай поменяемся: я покачу тачку?

Микелини помотал головой.

– А ружьё заряжено?

– Там четыре патрона.

Патроны было трудно найти, их расстреляли в первые месяцы эпидемии, во время грабежей и восстаний.

Они проскользнули в узкую улочку с каменными стенами по бокам.

Марио остановился, чтобы отдышаться.

– Без Паоло как-то странно, – он посмотрел на Анну. – У тебя волосы появились?

– Да.

– Покажи.

Анна расстегнула шорты и спустила их до колен.

Микелини, не отпуская тачку, наклонился посмотреть на полоску чёрных волос.

– А сиськи?

Анна задрала футболку. На груди возвышались два бугорка, увенчанные розовыми шишками сосков.

Они снова пошли прочь от городка. Анна с трудом сдерживалась, но приходилось медленно плестись следом. Чтобы отвлечься, она предложила ему поиграть.

Марио весь вспотел.

– Что ещё за игра?

– Загадай животное.

– Хорошо. Морж.

– Говорить нельзя. Нужно просто загадать. А я буду задавать тебе вопросы, пока не отгадаю. Ясно?

– Ясно.

– Итак, оно летает, ходит или плавает?

– И летает, и ходит, и плавает, – Микелини лукаво улыбнулся.

– Что же это за зверь такой?

– Утка.

– Не говори мне сразу.

– Сама спросила, что это за зверь.

– Я просто рассуждала. Ладно, загадай ещё кого-нибудь.

– Хорошо. Кролик.

– Понятно. Давай лучше идти молча.

Они прошли мимо рекламной таблички автомобилей с мужчиной в костюме и галстуке. Надпись гласила: «Выбери своё будущее сегодня».

* * *

Среди сгоревших оливковых деревьев стояло девять тонких фигур, похожие на призраков: впереди двое постарше (коренастый мальчик и сухая девочка, выкрашенные в белый цвет), а остальные в возрасте Астора, обнажённые и выкрашенные в синий цвет, со спутанными волосами на плечах. У некоторых были палки.

Анна и Микелини смотрели на них из-за забора.

– Что будем делать? – Марио почесал подбородок.

– Не ори, – прошептала ему Анна. – Если нас увидят – конец всему.

Чуть дальше, с другой стороны улицы стояло здание с подземным гаражом, над которым возвышалась вывеска «Автосервис Пьери».

Анна схватилась за ручки тачки, пригнулась и пошла вперёд, прячась за забором.

– Не высовывайся и иди за мной. Старайся не шуметь.

Но через несколько метров за её спиной грохнул выстрел.

Микелини стоял посреди улицы. Из ствола ружья выходило облачко белого дыма.

– Ты совсем спятил? – девочка широко раскрыла рот.

– Это их отпугнёт.

– Идиот…

Анна снова двинулась вперёд, но тачку заносило то вправо, то влево. Она бросила её и побежала к зданию, не оглядываясь. Спустившись по бетонному пандусу, Анна очутилась перед тремя опущенными рольставнями. Левая была поднята на двадцать сантиметров. Канализационный сток забило листьями и землёй, принесёнными дождями. Копая, как собака, девочка открыла брешь, сняла рюкзак и, затаив дыхание, чтобы стать тоньше, поползла внутрь. Ноги прошли, туловище и голова – нет. Она прижалась щекой к полу и оказалась внутри, поцарапав лицо с обеих сторон. Высунув руку, она достала рюкзак.

В автомастерской царила темнота. Она попыталась опустить ставню, но та не сдвинулась с места. Выставив перед собой руки, Анна прошла в дальнюю часть помещения, но ударилась коленом о машину, а голенью задела стеллаж с металлическими предметами, который с грохотом опрокинулся на землю. Стиснув зубы от боли, она на ощупь пошла вдоль стеллажей, коснулась грубой стены, нащупала дверь и открыла её. Дальше было ещё темнее. Она опустилась на четвереньки и одной рукой нащупала край ступеньки.

Снаружи раздались выстрелы.

Она села, обняв колени, и взмолилась, чтобы её не успели заметить.

* * *

От первого выстрела все обернулись.

Посреди улицы стоял какой-то толстяк с ружьём в руке, а кто-то ещё, весь согнувшись, бежал к зданию, толкая тачку.

Старшая девочка дунула в свисток, созывая синих детей. Они подняли с земли камни и с криками бросились вперёд.

Микелини, держа ружьё, как мафиози, выстрелил в них тремя оставшимися патронами. Последним он сбил одного, который рухнул в облако пепла.

– Есть…

Он отбросил ружьё и бросился к зданию, но от болезни и избыточных килограммов стал задыхаться. Он повернулся, чтобы посмотреть, где преследователи, и тут его ударили камнем по голове. Она вскрикнул, поднёс руку к виску и споткнулся. Сделав три неровных шага и размахивая руками, чтобы восстановить равновесие, он, как бульдозер, врезался в забор на краю дороги и упал ничком с широко раскрытыми руками. Марио даже не попытался встать. Ухватившись за траву, он уткнулся лицом в тёплую землю и подумал о брате.

* * *

В гараже слышались детские крики.

Спотыкаясь, Анна поднялась по лестнице и оказалась у закрытой двери. Она открыла её и очутилась в вестибюле. Свет пробивался сквозь матовые стёкла. С одной стороны стояли пыльные почтовые ящики, рядом висел пожелтевший листок с датой собрания жильцов, а с другой – знак, запрещающий оставлять без присмотра велосипеды и коляски.

Она попыталась открыть дверь, но та не поддавалась. Не зная, что ещё делать, Анна бросилась вверх по лестнице. На втором этаже квартиры были закрыты. То же самое на третьем. На последнем тоже всё было закрыто.