АнтиМалахов
Шрифт:
Культура голода — это вовсе не модные сейчас голодания и разгрузочные диеты.
Культура голода — это мировоззрение довольного жизнью человека, находящего радость в собственном существовании и поэтому приученного обходиться малым.
Вся жизнь русского человека была приспособлена к тому, чтобы обучиться культуре голода, культуре низкого потребления, и именно поэтому большинство дней в году — от 192 до 216 — в разные годы — были постными. Но постные дни вовсе не были днями печали, показной скорби и посыпания головы пеплом. Это были дни праздника. Традиционно на Руси было очень много праздников.
С
Если говорить прямо, то традиционная русская культура учит именно этому — аскетике.
Часто не правильно понимают это слово.
Аскетика — это вовсе не мазохизм, не бессмысленные самоистязания.
Аскетика — это радость. Это умение находить радость в самых простых вещах, умение быть благодарным за то, что есть, умение находить удовольствие даже в отказе от желаемого.
Для примера вспомним Татьяну Ларину из «Евгения Онегина».
Почему Татьяна отказала Евгению Онегину?
Многие из современных девушек поступили бы иначе: они брали бы деньги и у законного мужа, и на стороне бы крутили любовь с Женечкой Онегиным.
Но для Татьяны клятва нелюбимому человеку была дороже, чем волнение ее сердца.
Почему? Потому что она была воспитана в традиционной русской культуре, аскетической по своей природе.
Она знала о том, что радость может быть горькой. И рождаться эта радость может и оттого, что ты сдержал себя и не переступил через черту.
Аскетическая культура, культура голода — это искусство радоваться всему, в том числе тому, что ты умеешь остановиться.
Человек, имеющий эту культуру, не будет набрасываться на еду. Он сначала успокоится (раньше для этого существовала традиция помолиться перед едой) и после этого будет есть спокойно и уравновешенно. Он съест именно столько, сколько ему надо, не переест, не будет испытывать страстного желания набить полный живот всем тем, на что упадет взгляд.
Аскетическая культура — это вовсе не жесткий запрет что-то не делать.
Совсем нет.
В аскетической культуре никто не говорит о запретах, т.к. все понимают, что «запретный плод сладок». Аскетическая культура — это искусство радоваться и улыбаться в любой ситуации, даже если ситуация полна драматизма.
Аскетическая культура — это искусство сделать так, чтобы запрещенные вещи делать просто не хотелось.
Аскетическая культура воспитывает потребность делиться, а не брать.
Но мы постепенно теряем нашу традиционную культуру и превращаемся в общество потребления. Мы стремимся как можно больше потребить, и это становится нормой жизни.
Можно сказать, что сбывается пророчество Александра Блока: «В будущем я вижу две России: Россию-Америку и Россию православную».
Это два народа, живущие на одной территории, говорящие на одном и том же языке, но имеющие совершенно разное мировоззрение и этику.
Россия-Америка — это биг-маки, хот-доги, чупа-чупсы, кока-кола и страстное желание потреблять.
Это желание потреблять само собой приводит к росту ожирения — просто потому что мировоззрение безудержного потребления прямо провоцирует переедание.
Образ этой культуры скопирован с США, страны, имеющей самое большое количество полных людей в мире. Так мировоззрение человека прямо отражается на его фигуре — если ты привык потреблять, то это относится не только к вещам, одежде, машинам и другим материальным благам, но и к еде.
Россия православная (т.е. традиционная) — это аскетическая культура, направленная на низкий уровень потребления.
Кстати, именно поэтому русские люди с недоверием относятся к священнослужителям, имеющим лишний вес. И в самом деле, как может человек учить аскетической культуре (в данном случае Православию) других, если не смог научиться этому сам?
Традиционная культура учит не привязываться к ценностям, вещам и страстям. Это культура, которая учит делиться с ближним, а не обирать.
Главная заповедь этой культуры: «Ты можешь владеть всем, лишь бы это не владело тобой».
Аскетическая культура — вовсе не означает жизнь в бедности. Скорее, наоборот, она дает стержень человеку, и люди, принадлежащие аскетической культуре, могут быть очень богатыми.
Но они накапливают богатство совсем не ради богатства.
Чтобы продемонстрировать эту мысль я хочу обратиться к истории и вспомнить о староверах.
Во времена царствования Алексея Михайловича, прозванного «Тишайшим» (отца Петра I), после победы в войне с Польшей, Россия ощутила себя империей православных народов.
Царь Алексей Михайлович и патриарх Никон мечтали о том, что после присоединения Украины они двинутся дальше на Константинополь, и о том, что новая столица огромной православной империи будет перенесена из Москвы именно туда — в Константинополь.
Согласно этому плану Никон и начал реформу богослужения, стараясь максимально ее подладить под греческие правила.
(Кстати, это отличительная черта русского империализма — завоевывая страны, русские стремятся подладиться под тех, кого завоевали. Западный империализм действует противоположным образом — завоевывая народы он стремится навязать покоренному народу свою школу, свою культуру и свою религию.)
Но не все русские христиане приняли новые правила богослужения, введенные Никоном — население раскололось на тех, кто не хотел менять свои обычаи (староверы) и на тех, кто был готов исполнять указ патриарха Никона.
Чтобы преодолеть это разобщение, сын Алексея Михайловича — Петр I — ввел обязательный налог на староверов, полагая, что крестьянин ради лишней копейки пойдет к никонианскому попу.
Но в итоге все вышло совершенно иначе. До этого указа люди жили по принципу «и нашим, и вашим». В душе они пусть и лелеяли любовь к старым обрядам и книгам, но при случае, какой храм попадется, в такой и шли.
Но жесткий императорский указ заставил сделать выбор.
Для мужиков-тружеников, привыкших нести ответственность за свои семьи, за свое хозяйство и будущее своих детей, это означало некий вызов. Это что же, значит, я совесть свою продам за какие-то копейки? Ну уж нет. Я лучше напрягусь, но этот налог отдам, зато веру своих отцов сохраню.