Апач

Я решил по тихому пообщаться с Карлом, когда выпадет шанс. Он был не только нашим офицером РЭБ - он был одним из самых осведомленных парней во всем Воздушном Армейском Корпусе. Только несколько человек в Британии знали больше о РЭБ применительно к Встроенной Защитной Системе Вертолета "Апач" чем Карл. Руководство по РЭБ было его Книгой на ночь, во славу Христову. Я подумал, что я могу кое-что разузнать у него.

– Хорошо, Эд, с чего ты хотел бы начать? ВЗСВ это прекрасная вещь...;

– Сделай это простым и понятным, приятель, пожалуйста.

Я уже знал большую часть из этого, но было неплохо услышать все еще раз. Вы не могли удрать от ЗРК в Афганистане. Вы не могли укрыться за деревом или скалой, если вы поднимались выше, это было еще хуже. Вместо этого, ВЗСВ обманывал ПЗРК. Встроенная Защитная Система Вертолета "Апач" был тщательно сконструирован таким образом, что бы победить все известные ЗРК. Что важнее, это делалось автоматически.

ВСЗВ обнаруживал каждую угрозу от ракеты - любой лазерный луч, который отслеживал вертолет, любой радар, пытавшийся захватить его и любую ракету, которая была выпущена в нас - на огромной дистанции паутина датчиков ловила специфическое УФ излучение, генерируемое двигателем ракеты. Затем Сучка Бетти, женственная система оповещения в кабине "Апача", передавала сообщение. В ту же минуту, когда вертолет оказывался под угрозой - с земли или с воздуха - она сообщала нам радостную весть, рассказывая чем это было и откуда прибывало.

Когда ракета была выпущена в вас, ВСЗВ автоматически принимала контрмеры. Против ЗРК с радарным наведением "Апач" выбрасывал облако фольги, которая превращала вертолет в цель более крупных размеров и сбивала радар. Если это была головка с теплонаведением, запускала каскад ловушек - более горячих, чем наши двигатели - что бы сбить ее. Если ракета наводилась вручную по лазеру, то Бетти использовала серию быстрых (и строго секретных) команд для маневров уклонения: "Резко вправо", "Резко влево", "Вверх" и "Снижение". Как только мы были вне опасности, она сообщала "Захват снят". Это было самым близким к комплименту. Какая женщина.

ВСЗВ никогда не проверялась на натурных испытаниях. Исследователи сделали все, что было в их силах в лабораториях и на полигонах. Но пока вас не поймали несколько ребят с ПЗРК, вы не могли быть уверены, насколько хорошо она справится.

– Так что мы будем делать в это время?
– спросил я.

– Просто верим в машину.

Как раз в то время, когда я начал чувствовать себя немного лучше...

ЗРК были не единственной угрозой, с которой мы столкнулись. ВСЗВ не могли ничего сделать для защиты от обычного оружия, "с прямой наводкой". Огонь винтовок и РПГ нас не слишком беспокоил. У АК47 эффективная дистанция огня была 800 метров. РПГ были рассчитаны на подрыв на 900 метрах, хотя могли быть доработаны, что бы достигнуть удвоенной дистанции. Мы обычно держались на 2 000 метров от вражеских целей, потому что мощь нашего вооружения и датчиков позволяла это. 

Зенитные пушки более крупного калибра были другим делом. Талибы было их множество, в основном бывшие советские. Зенитные пушки были одно-двух- или четырехствольные и обладали феноменальной скорострельностью. Афганцы использовали их в качестве наземного оружия, ведя огонь горизонтально.

Меньше всего нам нравились 14,5 мм советские ЗПУ. Каждый ствол мог выпустить 600 снарядов в минуту, смертоносные до 5 000 футов в высоту. К счастью, они были ценным имуществом, а не в неограниченном количестве.

ДШК или "Душки", как мы их прозвали, были более распространенными чем ЗПУ. Стреляя несколько меньшими боеприпасами, калибра 12,7 мм, они имели диапазон в 4 000 футов. Каждый вождь обычно имел "Душку" для защиты своего племени - они были доступны. И они доставляли нам много хлопот. Только хороший полет - и большая удача - мешали британским вертолетам быть сбитыми в небе Гильменда в настоящее время.

Было редкостью, что бы в течение дня обходилось по крайней мере без одного вертолета, получившего попадания. Это было всегда, как только мы прибыли в Гильменд; статистика бросала вызов вере.

Ко времени нашего отъезда в сентябре, в Объединенном вертолетном отряде насчитали более пятидесяти случаев опасных попаданий вражеского наземного огня по "Апачам", "Чинукам" и "Рысям". 16-я десантно-штурмовая бригада видела намного больше чем мы: пули прошили или попали во все три типа машин. Пуля из "Душки" прошла прямо через оперение хвоста "Апача" Дарвина на его самом первом боевом вылете в мае - он даже не знал об этом, пока не приземлился. Другая крупнокалиберная пуля поразила головку винта второго "Апача", отскочив от нее. Если бы головка винта разрушилась, вертолет рухнул бы с небес.

В течение первого месяца боев, в июне, фюзеляж "Чинука" был изрешечен пулями, при заходе на посадку, что бы доставить десантников к северу от Сангин и один из пассажиров был серьезно ранен. И молодая женщина-пилот "Чинука" - на ее самом первом боевом вылете - получила пулю, прошедшую через боковую дверь и прошедшую через ее кресло, в дюйме позади ее груди.

Пока еще никто не погиб от наземного огня. Это поразило нас по возвращении. И так как год подходил к концу, это было просто чудо, что это все еще не произошло.

Для генералов в Уайтхолле, которые изучали доклады о повреждении всех типов от молодых пилотов, которые продолжали свои ежедневные вылеты, все было ясно: это было больше не вопрос, если вертолет будет сбит в Гильменде, а когда. И теперь, когда у талибы заполучили в свои руки запас рабочих ПЗРК этот момент казался намного ближе.

Но кое-что делалось, что бы помешать талибам получать и дальше оружие и людей. У бригады был план. И уже это было чертовски хорошо.

Глава 8. Операция "Ледник" начинается

Разрушение в хлам цепи снабжения Талибана был первоочередной задачей 3-й бригады коммандос в операции "Ледник".

Дела в Гармшире шли от плохого к худшему. Талибы все еще полагали, что они могли выбить бриттов, как это они сделали раньше. И они делали все для этого. Бои доходили время от времени до рукопашной; это уже напоминало войну с зулусами.

Каждое движение морпехов в или из зданий окружного центра вызывало изнуряющий огонь снайперов. Талибы также вели ежедневные атаки на наблюдательный пост коммандос на соседнем холме к югу.

Здания были на окраине города. Их западный фланг защищен текущей с севера на юг рекой Гильменд и Зеленая зона сужалась к проходу в северной точке, так что талибы вели обстрел с востока, под прикрытием шести или пяти улиц Гармшира, и, более энергично от сельхозугодий с юга. Поля и сады предлагали врагам отличные естественные укрытия. С их регулярными посадками и глубокими ирригационными каналами, они могли подобраться до 100 метров к британским зданиям, затем выскочить с АК47 и РПГ, поддержанные "Вомбатами" и минометами.