Arena

— Рассчитывать на победу может и должен каждый гладиатор. Без этого глупо идти сражаться. А если я выиграю турнир, то, скорее всего, останусь на Арене.

Тут же последовал вопрос без очереди: "В качестве кого?".

— В качестве гладиатора. Правда, если я выиграю турнир, то вы все знаете, что я получу привилегии победителя и смогу войти в состав организаторов. Впрочем, об этом еще рано говорить. Завтрашний поединок покажет, кто есть кто, и кто кем станет.

Потом начали задавать вопросы Вельзевулу и Инферно относительно их ненависти друг к другу. Интрига мести явно воодушевляла прессу. Кто-то догадался задать вопрос боится ли Вельзевул своего бывшего капитана, на что тот ответил довольно уклончиво, что непобедимых не бывает, что бояться надо кому угодно, только не ему и тому подобное. В общем, было видно, что полной уверенности в своей победе Вельзевул не испытывает.

А Инферно же в ответ на такие вопросы как "считает ли он, что виноват в гибели своего партнера по команде Локки МакФарлана" отвечать отказался, ссылаясь на то, что даже если бы тот остался жив, и погиб в завтрашнем финальном бою, спросили бы у него тоже самое?

В общем, Вельзевул больше склонялся к честной игре, тогда как Инферно придерживался мнения, что в бою все средства хороши.

Не обделили вниманием и Ле Руа, парень буквально засиял от счастья, когда его спросили, что он думает по поводу того, что самый молодой участник турнира, и как ему удалось дойти до финала.

— Ну, ведь я же так же как и все, прошел отборочный тур на Геоне, а потом пробился в финал. Я считаю, что честно завоевал право сражаться в финале и считаю, что мои шансы не ниже, чем у других. Пусть у меня меньше опыта, я впервые на Арене, но ведь и Таксист тоже.

Упоминание о Таксисте сосредоточило внимание прессы на Джее:

— Информационное агентство "Магелланово облако". Вопрос к Таксисту. Твои рейтинги очень высоки, и популярность выросла довольно резко. Ты считаешь, что это только твоя заслуга или же тебя пропиарили? И еще, ты можешь уверенно сказать, что завтра выиграешь турнир?

— А ты хочешь поставить на меня все свои деньги? Дерзай, не прогадаешь. — В шутливой форме ответил Джей, а потом ответил серьезно: — Моя популярность непременно результат работы одного человека — Линдон Вивариус, поприветствуйте его! — Джей указал рукой на отца-основателя Арены, и последний получил в свой адрес громкие аплодисменты. — На Арене стать кем-то можно очень легко. Для этого иногда даже не обязательно убивать и соблюдать правила. Все зависит от того, на сколько ты хочешь выглядеть, на миллион кредитов, или же, на гораздо меньшую сумму. Самое страшное это то, что даже те, кто достоин этого внимания больше, чем я, но в силу того, что их больше нет, не получают его. Вы скажете мне, что такова их участь, и я с вами соглашусь, но не все сюда приходят с целью обогатиться и стать известным. Есть люди, которые сражаются на Арене по причинам совсем далеким от богатства и славы.

Джей посмотрел на Вивариуса, тот понимающе ответил ему взглядом.

— Я не стану делать героев, не стану о них говорить, вам решать настоящий ли я герой или раздутый. А что касается завтрашнего поединка, то я собираюсь выиграть его.

Шквал аплодисментов захлестнул зал.

Девушка-журналист подняла руку, представилась и задала вопрос:

— Джей, правда, что у вас были личные отношения с Электрой Сканиа? И если можно, расскажите об этом что-нибудь. Спасибо.

Этого вопроса Джей не ожидал, хотя, наверное, стоило. Зал затих, как по команде, все взгляды устремились только на Джея, последнему стало неуютно. Он выдержал паузу, собираясь с мыслями, потом ответил:

— Правда. Но, боюсь, что рассказывать мне вам нечего, как вы выразились — это были личные отношения.

Вопрос без очереди: "Кто ваш личный враг?".

— Не знаю, никто, — Джей растерялся.

Вивариус заметил, что интервью потихоньку начинает превращаться в балаган, а балаганов он на своих приемах не любил, ситуацию нужно было спасать, а с прессы и того хватит, пусть остальное дорисует воображение.

— Что же, господа, — сказал Вивариус, — хорошего понемногу. Кажется, пора дать нашим героям отдохнуть. Пресс-конференцию считаю оконченной. Давайте веселиться! — Он наигранно улыбнулся и гости, собравшиеся возле трибун, начали рассасываться. Представители прессы явно не были довольны столь непродолжительным интервью, тогда как остальные просто вернулись к своим разговорам и танцам, в зале снова заиграла легкая музыка, официанты вновь принялись носить шампанское на подносах.

Джей спустился с трибуны и осмотрелся, ему вдруг стало ужасно скучно, и он решил, что надо выйти на балкон — подышать свежим воздухом. Он направился туда неторопливой походкой, но путь ему преградили сразу несколько молодых красоток.

Одна из них, та, что посмелее, сразу представилась:

— Меня зовут Лидия, я дочка губернатора. Очень приятно с вами познакомиться.

Дочка губернатора явно не блистала талантами — девочка недалекая, даже глупая, Джей на таких не обращал внимание, она постоянно широко улыбалась и смотрела Джею в глаза как кошка смотрит на кусок мяса на хозяйском столе — неотрывно и не моргая глазами.

Что касается остальных ее спутниц, то те (видимо, подруги по колледжу) просто стояли рядом, изучали своими не глубокими и не таинственными взглядами — по глазам читалось: "Он такой клёвый, вот бы с ним замутить".

Нужно было что-то ответить дочкам губернатора, но Джей застыл и не знал, что сказать:

— Я тоже очень рад, знакомству с вами, эээ… и еще я как раз собирался… эээ…

Тут появился Вивариус и спас Джея от разговоров о погоде с дочкой губернатора. Джей еще никогда не был так рад появлению этого человека.

— Поздравляю, Райбак. Твое первое интервью впечатляет, но я нисколько не обиделся. Есть минутка для меня?

Из двух зол выбирают меньшее.

— Найдется. — Коротко ответил Джей

Они проследовали на балкон, где под открытым небом были организованны столики. Вивариус о чем-то коротко переговорил с охранником и пригласил Джея присесть за один из дальних столиков, где их никто не потревожит.

На столе стояло шампанское и холодные закуски, Джея уже начинало добивать шампанское, которое было везде, куда не брось взгляд, неужели, здесь больше ничего не пьют? Хотя бы фруктовую газировку?

— Вижу, что такая жизнь для тебя не привычна, в основной своей массе эти люди мне не нравятся. С ними мне неинтересно. Но, с другой стороны, другого выбора у меня нет. Сам понимаешь. — Начал издалека Вивариус.

Джей пока молчал, он не слишком хорошо себе представлял, что нужно этому человеку, обычно он не прибегал к разговорам просто так.

— Я знаю, Райбак, цену умным людям. Тебе здесь делать нечего, я имею в виду эту компанию. Все эти дочки губернаторов тебе не чета. С них нечего взять. Зато в компанию гладиаторов ты вписался отлично. Может, это твое призвание? Как считаешь? — Вивариус усмехнулся.

Джей отрицательно покачал головой. Похоже, Вивариуса это особо не удивило, он ожидал подобного ответа, и, разумеется, не поверил Джею.

— Ты думаешь, что много чего добился? Нет, Таксист, совсем нет. Немного денег, немного славы, но это мелочи, поверь. Я могу тебе предложить сыграть по крупному.

Вивариус хитро прищурился, но Джею не понравилось, что он ходит вокруг да около.

— Я тебя не понимаю. Объясни нормально, чего ты еще от меня хочешь?

— Я хочу предложить тебе то, что по сравнению со всем этим мелочи, на которые даже размениваться стыдно. Скажи честно, тебе нравится этот мир? Ну, есть же вещи, которые ты не приемлешь.