Arena

— Господа, а кто мог бы реально возглавить наше скромное предприятие в отсутствии отца-основателя? — Задал вопрос сухопарый господин с суровым взглядом.

— А почему бы нам ни бросить жребий? — Ответил ему Коннел. Его поддержали двое из присутствующих.

— А мне сдается, что вы слишком рано списываете Вивариуса, — сказал один из присутствующих, сидевший возле окна кабинета и до сих пор не принимавший участие в разговоре. После его слов все взгляды обратились к нему, так, будто он был самый мудрый из всех присутствующих.

— Почему вы так считаете, мастер Лин? — Спросил его сухопарый.

— Потому что такие, как он могут долго держаться на плаву. Он еще нас всех переживет, поверьте мне.

— Вы готовы предложить что-то конкретное? — Снова спросил сухопарый.

— Да, готов. Нужно приостановить деятельность, пока трудно сказать, на какое время, но сделать это необходимо.

— Вы предлагаете прекратить все контакты с поставщиками. Сомневаюсь, что они поймут. Производство уже запущено, и если мы не выкупим последние партии, у нас будут большие проблемы. Или я не правильно что-то понимаю, мастер Лин.

— Нет, вы правы, но я не говорю, что нужно резко оборвать все связи с поставщиками, последние партии мы выкупим, как и договорились, а уже потом заляжем на дно.

Сухопарый только лишний раз раздражался от таких высказываний и предложений, во многом из-за того, что сам предложить ничего конкретного не мог. Он признавал, хотя и с неохотой, что Лин прав. Никакой риск, даже самый малый, не оправдан.

— И долго нам лежать на дне? — Раздраженно спросил он.

— Покажет время, — спокойно ответил Лин.

— Но Вивариус у федералов. Мне кажется лучше от него вообще избавиться. У них есть способы вытянуть из него информацию, даже не спрашивая. Они же просто считают ее напрямую из мозга. Господа, разве вы не понимаете столь элементарных вещей?!
– Запротестовал Макферсон, его раздражало спокойствие Лина, он никак не мог понять, почему все остальные так пристально смотрят ему в рот. Вивариус у федералов представляет куда большую опасность, чем разрыв связей с поставщиками.

— Мы все прошли процедуру подсознательного блокирования памяти. И Вивариус в том числе. Он ничего не расскажет, пусть федералы бьются над взломом нейролингвистических кодов сколько угодно долго, попросту потеряют уйму времени. Пока они будут стараться что-то вытянуть из него, его адвокаты добьются освобождения. Это лишь вопрос времени. — Рассудил Лин.

— Но вы все же допускаете его физическое устранение, мастер Лин? — Спросил сухопарый.

— Допускаю, но не сейчас, господин Адлер.

На этой не слишком оптимистической ноте собрание пришлось закончить. Все сошлись во мнении, что прямой угрозы делам синдиката пока нет. Арест Вивариуса — дело времени. К чему все это приведет — покажет время, а повышенная активность к персоне отца-основателя Арены крайне излишня.

Больше всех сложившаяся ситуация озадачила Домиана Лина. У него, в отличие от остальных, всегда было свое сугубо личное мнение относительно всех «мероприятий» их маленькой компании, и свои сугубо личные планы, идущие в разрез с планами остальных, но об этом знал только он сам. И даже не смотря на то, что сложившаяся ситуация его беспокоила не меньше остальных, она как нельзя лучше была ему на руку.

Джей встретился с ним в коридоре возле дверей его кабинета. Он не был зол, даже улыбнулся в знак приветствия и поздравил с победой на турнире. Надо отдать ему должное, он держался на высоте. Таких людей Джей не встречал еще никогда в жизни. Он не знал, какие чувства ему испытывать к этому человеку: абсолютно никакие либо ненавидеть. Но ненавидеть Джей очень устал. Он предпочел первое, тем более что за выигранный турнир получил награду сполна.

— А вы теперь человек обеспеченный, мистер Райбак. Спешу вас поздравить, — сказал Вивариус. — А у меня, как видите, в ближайшее время будут некоторые проблемы.

В кабинете Вивариуса деловито шныряли агенты федеральной службы безопасности Земли. Они опечатали личный компьютер, имущество, документы и прочее, что они делают обычно в таких ситуациях. В чем обвинялся отец-основатель Арены, Джей не знал. В любом случае его обвинения как таковые обнародованы не будут, Джей вообще сомневался, что из этой затеи что-либо получится. Таких людей, как Вивариус очень трудно привлечь к ответственности, даже практически не возможно. Однако бывали и такие случаи. В общем, Джей не мог ни за что судить этого человека, пусть это делают те, кто имеет на это право. В конце концов, лично для Джея все закончилось благополучно, но он почему-то чувствовал, что на этом еще ничего не закончено. Это его беспокоило, но он искренне надеялся, что это всего лишь разыгравшееся не на шутку воображение. Пройдет время, и все встанет на свои места.

— Ну, скажите мне честно, вы ведь приложили к этому руку? — Улыбнулся Вивариус.

— Скажу вам честно. Я немного сотрудничал с ними, но у меня были совсем иные задачи. Ваш арест чисто их предприятие, я лично считаю, что у них ничего не выйдет. Вы не подумайте только, что я вас защищаю, мне просто все равно, что будет с вами дальше, Вивариус. А что касается Арены, то каждый сам должен решать, нужна ли она ему или нет.

— Браво, мистер Райбак. Вы значительно поумнели с последней нашей встречи, — радостно произнес Вивариус. — Но, лично для вас, Джеймс Райбак, еще ничего не кончено. Вы отличный игрок и мне доставляет огромное удовольствие играть с такими людьми, как вы, по этому, мы еще встретимся с вами в этой жизни. И поверьте, еще сыграем, может быть даже по крупному.

Джею не понравились слова Вивариуса, он не смог понять, что имел в виду отец-основатель Арены, но Джей не хотел бы больше встречаться с этим человеком никогда в жизни, и тем более, играть с ним в его игры.

Вивариус ушел, подмигнув на прощание, в сопровождении агентов федералов, а из кабинета Вивариуса вышел уже знакомый Джею человек в темном строгом костюме и своих неизменных темных очках.

— Какая встреча, мистер Райбак. Кажется, мне есть, с чем вас поздравить. Что же, поздравляю с победой на турнире.

— Спасибо, — поблагодарил его Джей.

— Чем думаете заняться теперь? Останетесь на Арене?

— У меня такое ощущение, что вы на что-то намекаете, — заметил Джей.

— Что вы, отнюдь, ответил федерал, — Кажется, каждый из нас сделал свое дело, не так ли?

— Возможно, — ответил Джей, — Но будущее покажет, напрасно ли вы старались или нет.

— Вы не очень то верите в наши возможности, мистер Райбак. Жаль.

— Я доверяю только фактам. То, что он арестован, еще не значит, что понесет наказание.

— Надо признать, что вы отчасти правы, — с досадой ответил федерал, — он, в общем-то, еще и не арестован. Это называется несколько иначе. Впрочем, ладно, не стану вас задерживать, у вас, и без меня дел предостаточно. Но все равно спасибо.

Федерал загадочно улыбнулся и тоже удалился вслед за своими подчиненными.

Происходили перемены, и Джей надеялся, что перемены к лучшему. В конечном итоге, когда-то должно стать лучше, почему бы не сегодня?

Сельма о чем-то разговаривала с таксистом, похоже, о цене, а Джей стоял рядом с Озборном. Последний буквально помолодел на глазах. Он не хотел трогать то, что произошло, лучше не копаться в прошлом, пусть и не таком далеком, ведь еще вчера все было совсем иначе. Сегодня были перспективы на завтра, сегодня вернулась прежняя жизнь.