Архивариус
Шрифт:
Мы прошли к правой двери и увидели перед собой длинные ступени, которые поднимались вверх на самый верхний этаж.
— Вы хотите столько идти по ступеням? — спросил у девушек.
— Не очень, — ответила Флер.
— Тогда какие варианты вы можете предложить, чтобы нам не пришлось идти по всем этим ступеням? — спросил у обоих.
Они задумались.
— Как я понимаю, переместиться мы не сможем? — спросила у меня Гермиона.
— Нет, — отрицательно покачал головой. — Какие ещё варианты есть? Облегчу задачу, вы можете воспользоваться моими силами.
— Тогда всё просто! — хмыкнула
— Неплохое решение, — сказал. — Что скажешь, Флёр. Может у тебя есть что-то?
— Ну-у, — протянула француженка. — Вариант с трансфигурацией очень хорош. Можно вообще просто создать тонкую, но очень прочную платформу и заставить уже её перенести нас на самый верх. Тогда и не нужно тратить силы на трансфигурацию ступеней.
— Тоже хорошая идея, — кивнул ей. — Ладно.
Взмахом волшебной палочки я трансфигурировал платформу. Конечно, я мог бы сделать обычный серый каменный круг и уже поднять нас таким образом, но это не интересно. Так что я трансфигурировал каменный круг и наложил на него сразу несколько заклинаний иллюзий и таким же образом вырезал «мистические» символы. Всё должно выглядеть немного, но пафосно.
Девушки первыми запрыгнули на неё, а за ними последовал уже я. Взмах рукой и платформа начала подниматься по ступеням. Управлять ей было очень просто, так что мы спокойно залетели туда за каких-то две минуты.
Развеяв трансфигурацию, мы прошли последний лестничный пролет, как и все другие нормальные люди.
Из министерской ложи открывался прекрасный вид на трибуны, а также на само поле. В глаза так же бросались самые разные люди, которых можно было оценить только как «сливки общества». Министр Корнелиус Фадж принимал Министра Болгарии и Министра Ирландии. Конечно, около них крутились «журнашлюхи», всякие помощники, а также редкая охрана.
На нас особенно не обращали внимание, так что мы спокойно уселись на наши места. Между рядами и этажами трибун крутилась реклама самых разных вещей, что могут быть интересными для волшебников, начиная рекламой котлов, и, заканчивая рекламой услуг элитного эскорта.
Пока что трибуны только заполнялись, поэтому можно было спокойно отдохнуть, но, конечно, не тут-то было.
— Это ведь вы Тимоти Джоди? — поинтересовался у меня один из ассистентов болгарского Министра Магии. Обращался он ко мне на английском языке, но с очень сильным акцентом. Никаких проблем с этим у меня нет.
— Да, это я, — кивнул ему. — А вы?
— Меня зовут Боян Николов, — ответил волшебник. — Второй помощник министра Обалонск.
— Рад знакомству, — кивнул, позволяя ему продолжить вести беседу. Если он, конечно, того пожелает.
Но он не пожелал. Кажется, второй помощник министра магии Болгарии ожидал, что именно я начну вести разговор, и буду спрашивать, да интересоваться самыми разными вещами. Конечно же, делать этого я не собираюсь.
В общем ему пришлось уйти.
— И что он хотел… — протянула Флёр, которая не особенно понимала, о чем же хотел поговорить этот человек.
— Я тоже не знаю, — пожал на это плечами. — Возможно, он хотел просто о чём-то пообщаться или же предложить что-то. От имени Министра,
наверное.Корнелиус Фадж тоже меня заметил, но решил просто проигнорировать сей момент. Для него мой отказ с ним работать был словно жало в заднице. И если бы он мог со мной что-то делать, используя доступный ему государственный аппарат. Но… на меня его игры не влияют, потому что мой уровень сил с большой легкостью может заставить всех засунуть языки в задницу. Что бы кто не говорил, но Сила решает.
В один момент я заметил, что в ложе появился волшебник с большим граммофоном. Он начал быстро проверять функционал своего артефакта. Если я не ошибаюсь, то этого волшебника зовут Людо Бегмен.
— Раз-два-три, — проговорил он на всё поле. — Проверка, звука, проверка звука.
Уверившись, что всё работает именно так, как нужно, он отложил в сторону артефакт, и направился в сторону Министров, сразу же начав раскланиваться. Было видно, насколько сильно он ловит слова, которые говорили все они. Выглядело всё это не самым приятным образом.
Какое-то непонятное чувство заскребло в голове. Я медленно начал внимательно рассматривать окружающее пространство, пытаясь понять что же это такое. Почему я ощущаю лёгкое волнение? Продолжив внимательно исследовать окружающее пространство, у меня не получалось найти хоть что-то странное и «нечеловеческое». Не понимаю откуда это ощущение, но лучше быть наготове.
Медленно и с лёгкой улыбкой я вытащил ещё несколько защитных артефактов, передав те Гермионе и Флёр. Девушки с некоторым непониманием посмотрели на меня. Но видя, что я ничего не говорю, молча их приняли. После я передал им несколько атакующих артефактов, которые они тоже приняли.
В это время я заметил Люциуса Малфоя, который появился с Нарциссой и Драко. Последний выглядел не самым лучшим образом. Кивнув Люциусу, я увидел рыжую шевелюру, которая мелькнула на ступеньках.
Через минуту в ложе появилась семья Уизли вместе с Поттером. Выглядели они нехорошо. Захеканные и немного потные. Они что… поднимались по всем ступеням? Да нет… не может этого быть. Ещё раз кинув взгляд на них, я таки осознал что да… они поднимались по ступеням.
— Хм-м, — протянул недовольный Малфой. Он сильнее сжал свою трость, в которой пряталась волшебная палочка. И всё же он не сумел удержать свой язык за зубами. — Интересно, каким таким образом Уизли попали сюда.
— А что? — спросил Артур немного агрессивно.
— Да ничего, — протянул Малфой в ответ. — Это ж ведь Дамблдор сделал вам такой подарок. Интересно, за что?
— Дамблдор великий и добрый волшебник, — немного одухотворенно ответил Артур. — И он может делать такие подарки другим волшебникам.
— Мистер Джоди, — подошел ко мне Люциус Малфой. — Не ожидал вас сегодня здесь встретить.
— Приветствую, — кивнул всем троим Малфоям. — Да, появилось немного свободного времени. Так почему бы и не прийти.
— Верно, иногда нужно отдыхать, — согласился со мной Малфой. — Вижу вы тут со своей ученицей?
— Ученицами, — поправил его, сразу показывая статус Флёр и Гермионы. Хотя... это касается больше Флёр, потому что она всё ещё неизвестна местному бомонду. А вот о Гермионе они, скорее всего, знают, пусть и не были знакомы тет-а-тет.