Архиведьма

— Короче, я предупредил, — дверь обиделась и перестала громыхать и сотрясаться. — Через час начало ваших занятий, я ушел в Академию. Если не встанете сейчас, до обеда будете сидеть голодные. Учитель с вами церемониться не будет, выкинет из кроватей, как есть в ночнушках.

Мы с Мирой переглянулись и нехотя заворочались, принимая вертикальное положение. Наскоро умывшись, мы привели себя в порядок и пошли завтракать, хотя я бы такое назвала скорее очень поздним ужином.

В столовой на первом этаже был накрыт длинный стол, во главе которого восседал Магистр Викториан.

— Доброе утро, леди. Приятного вам аппетита. Как позавтракаете, идите в сад, — я удивленно подняла брови, Викториан смутился и поправился, — в беседку в южной части имения. Там я буду вас ждать. Первое занятие будет посвящено концентрации мысли и энергии.

— А если ни того, ни другого с утра не наблюдается, — поинтересовалась я, — можно мы тогда дальше спать пойдем?

— Выпей кофе, поможет, — посоветовал Магистр, наливая мне какую-то зловонную черную жижу из расписного чайника и полностью игнорируя конструктивное предложение. — Я жду вас через час.

— А если опоздаем, — не сдавалась я, — можно не приходить?

— А потом я лично приду и притащу вас на занятие связанных, причем волоком по земле!

Магистр встал и степенно удалился.

Мира тихо посмеивалась.

— Зря ты так, он же выполнит угрозу. Как ты думаешь, почему мой братец такой резвый по утрам. Сколько раз его по территории Академии вот так таскали: в пижаме, сонного, орущего. Теперь не просыпает.

Нда, — я понюхала гадость, которой меня решил отравить будущий учитель. Горький пряный запах бил в нос. Попробовав сие средство ото сна, я поморщилась — горчило страшно. Подумав, сыпанула туда пару ложек сахара и помешала, получилось вполне сносно. Мираэль же спокойненько прихлебывала маленькими глоточками кофе и наблюдала за мной.

— Ты никогда кофе не пила?

— Откуда? Я даже не представляю, что это за колдовской отвар такой.

— Это отвар из молотых зерен растения, которое растет на самой южной части материка и некоторых ближайших островах. Оно не обладает никакими колдовскими свойствами вообще. Но бодрит здорово.

— Ха, да у нас и чай-то по великим праздникам выдавали, а ты про южную экзотику говоришь. Я же в глухой деревне родилась, забыла?

— Извини, не подумала. Сливок добавь, вкуснее будет, — посоветовала подруга.

Она-то явно не из простых. Все эльфы сами по себе аристократы от рождения, а уж Ливиндальские — столичные жители — и подавно.

Я навалила себе в тарелку каши с горкой разных ягод и сушеных фруктов.

— Можно вопрос нескромный? — через пару минут чавканья я оторвалась от тарелки. Подруга кивнула, ибо рот у нее тоже был занят поглощением завтрака.

— А вы с Воладиром по какой линии родственники?

Мира подняла на меня страдальческие глаза и быстро стала дожевывать. Разговор явно будет длинный.

— Мой отец эльф, один из Ливиндальский князей, — на мою отвисшую челюсть (князьями считались все родственники правящей династии) она только отмахнулась и продолжила. — Когда он был по делам в Славнограде, то, встретив мою маму случайно на площади, влюбился с первого взгляда. Всю неделю, что он был там, они встречались каждый день. Потом ему пришлось уехать обратно в Долину Холмов, но весь год, что они не виделись, родители писали друг другу письма каждый день. Мама показывала мне некоторые, оказалось, отец мой пишет очень красивые стихи. Через год, он вернулся в Славноград и сразу попросил руки моей мамы. Естественно, что князь получил согласие сразу, они просто созданы друг для друга. После помолвки он сразу увез невесту с собой в Долину Холмов. Как ни странно, но мама вовсе даже не принцесса, она дочь сапожника, просто очень красивая, добрая и отзывчивая. Так вот, у мамы есть родной брат, мой дядя и отец Воладира. Таким вот образом, и получились мы родственнички.

— Ваше высочество, — карикатурно поклонилась я, упав носом в тарелку каши. Получилось забавно, даже серьезную Миру проняло.

— Позерша! Дай доесть, — взмолилась подруга, и мне пришлось замолчать.

К беседке в саду мы прибежали почти вовремя, Академическое опоздание на десять минут не в счет, и в проходе почти снесли Магистра, который, судя по доброму выражению лица, уже собирался идти за нами.

Беседка была внушительных размеров, пятиугольной формы, с каменными скамьями, на которых были расставлены незажженные свечи, расположенные вдоль стен. Пола, как такового, не было, вместо него, словно живой ковер, росла высокая сочная трава. От углов шли линии, высаженные невысокими ромашками, в результате чего получилась пентаграмма с белыми контурами.

— Кто первый? — спросил Магистр, глядя почему-то на меня.

Я скромно промолчала.

— Давайте я буду первой, — спасла положение Мира.

— Хорошо. Проходите в центр пентаграммы и садитесь. Начнем с концентрации мысли. Перед тем, как колдовать, маг должен достигнуть состояния равновесия. На первых этапах обучения вам придется медитировать, потом же, с опытом, вы будете входить в это состояние мгновенно, лишь направляя мысли к резерву. Закройте глаза, сделайте три глубоких вдоха, прислушайтесь к звукам вокруг, почувствуйте себя едиными с окружающим миром.

Тихий, спокойный голос Учителя завораживал, усыплял. Я услышала даже шелест крыльев бабочки, пролетавшей мимо. В траве, громко топая, маршировала орава муравьев.

— Хорошо, молодцы. А теперь, не открывая глаз, взгляните на мир вокруг, постепенно притяните свое сознание назад.

Мое сознание особо далеко не отлучалось, поэтому я сразу смогла увидеть сидящего напротив учителя. Образ был слегка расплывчат и светился малиновым цветом. На уровне глаз покачивалось черное пятно, похожее на грязь. Я протянула руку и дотронулась до светящейся оболочки, она слегка колыхнулась, тогда, недолго думая, я провела ладонью и стерла черное пятно с лица Магистра. Результат мне понравился, теперь аура, а, скорее всего, это была именно она, была однородного цвета. Открыв глаза, я обнаружила Викториана, удивленно рассматривающего, очки, которые он крутил в руках.

— Что ты сделала? — ошарашено спросил он.

— Да так, пятнышко стерла, — испугалась я. — А нельзя было?

— Это был необратимый процесс. Мне василиск в юности выжег глаза, зрение лекари вернули, но полностью восстановить его так и не получилось.

Учитель щелкнул пальцами по стеклам очков, они полыхнули синим светом и погасли. После этого он водрузил их обратно на нос.

— Ты определенно самородок. Жаль, но придется все-таки отрезать на время часть резерва, — на мой удивленный взгляд в сторону вернувшихся очков он пояснил. — Не хочу объяснять, кто меня вылечил, к тому же, очки — это часть моего образа, без них будет что-то не то. С концентрацией мысли вы справились. Мираэль, скажи мне, что ты видела, когда нашла равновесие?

— Вас, Мираю, видела, как она убрала брешь в ауре. А еще я видела ауры растений, они разноцветные — у ромашек зеленая, у осоки серебристая, а вон у той клумбы вообще черная.

— Все правильно. Эльфы всегда были склонны к магии земли. Если ты пойдешь на этот факультет, внутреннее зрение поможет тебе отличать полезные растения от ядовитых, лечебные от бесполезных. А теперь займемся концентрацией энергии. Мираэль, зажги свечу.

Подружка щелкнула тонкими пальчиками, и ближайшая свечка загорелась.