Аригато

– Да, неплохая птичка. Размах крыльев – 68 футов, два реактивных двигателя Mk 511-8 фирмы «Роллс-Ройс», и в 5. 30 мы уже вылетим.

– А какова дальность полета?

– Около четырех тысяч миль. Так что мы еще залетим в Париж, я заскочу в бар «Холидей-Инн» – там готовят чертовски хорошие гамбургеры. Как насчет ужина сегодня вечером?

– У меня сегодня очень важная встреча.

– Вы говорите так, словно у вас неприятности. А как насчет ланча?

– Это меня устраивает.

– Где?

– Если вы не против, тогда – у «Тиберио» на Квин-стрит. Мне там удобнее.

– В час пятнадцать.

Капитан кивнул и признался:

– Битси и ее семья назначили мне встречу на Фарм-стрит в шесть часов вечера.

Брайсон заинтересовался:

– Как, все?

– Да они часто приезжают в последнее время. Но в семь вечера у меня еще одна встреча – со старым врагом, капитаном II ранга японского Императорского флота Фудзикавой.

Брови американца поползли вверх.

– Я и не знал, что вы в таком возрасте, что застали Пирл-Хабор!

– Да нет же, нет! Фуджикава и я вот уже восемь лет по переписке повторно проигрываем все сражения второй мировой войны на Тихом океане. Дома у Ивонны я держу макет театра военных действий. За все это время мы ни разу не встречались.

– У каждого свои слабости, – сказал человек, целуя свою корову, – заметил Брайсон.

Им удалось отправить грузовым рейсом машину Хантингтона, чтобы «Роллс-Ройс» уже ждал его на стоянке, когда они прилетят в Лондон.

Капитан вошел в дом на Чарльз-стрит, стараясь не шуметь. Наощупь он добрался до кухни, где залпом выпил стакан молока, чтобы снять нервный стресс. Когда он ставил бутылку в холодильник, включился свет. Капитан обернулся и увидел на пороге Хуана Франкохогара в пижаме и поварском колпаке.

– Ты что, спишь в нем? – спросил капитан.

– Я слишком возбужден, – ответил Хуан, – и не мог уснуть, пока вы не приедете.

– Мадемуазель в порядке? – забеспокоился капитан.

– О, да, конечно.

– Так в чем же дело?

– Я хотел бы засвидетельствовать вам свою глубокую признательность за все, что вы для меня сделали. Вы и представить себе не можете, насколько я вам благодарен. И потому я приготовил вам вот это.

– Что?

– Вы встречали в кулинарной литературе упоминание о паштете банкира Анри Эмме?

– Да, конечно.

– Вы его когда-нибудь пробовали?

– Нет.

– Паштет банкира Анри Эмме, с тех пор, как он был изобретен в 1868 году в Мартоне, департамент Сена и Луара, удалось приготовить лишь троим кулинарам. Паштет этот требует шесть с четвертью дней на приготовление и очень точного соблюдения пропорций своих тридцати двух ингредиентов. При малейшем нарушении – все пропало.

– Да, я знаю.

– Сегодня кулинаров, приготовивших его, стало четыре.

– Хуан!

– Я не только приготовил его, но и усовершенствовал двумя новыми вкусовыми мотивами, сделал его на семь процентов менее калорийным и более легкоусвояемым.

– Хуан!

– Я начал делать его неделю назад – еще до отъезда на конкурс, специально для того, чтобы выразить вам свою признательность.

Хуан подошел к кухонному шкафу. Тремя движениями он вытащил пробку из бутылки «Шато-Пальмер» 1955 года. Затем он откинул салфетку с большого блюда. Отрезав ножом три равных порции, он помедлил и отрезал четвертую.

Капитан Хантингтон сидел за кухонным столом, повязывая себе на шею салфетку. Повар поставил перед ним тарелку с порцией паштета.

– Пробуйте! – приказал он.

Капитан отпил глоток вина. Затем, пренебрегая столовым прибором, взял ломтик паштета рукой и отправил его в рот. Несколько секунд он задумчиво жевал, потом проглотил и отпил еще глоток вина. Затем взял еще ломтик паштета.

– Ну как?

Капитан взглянул на своего повара повлажневшими глазами.

– Тебе удалось его приготовить!

– Вы заметили два новых вкусовых мотива? – не отставал Хуан.

Капитан кивнул, глубоко потрясенный. Слезы стекали по его щекам.

– Ты добавил одну чешуйку индейского перца, – сказал он, – и сок бельгийских корнишонов.

Лицо Хуана Франкохогара просияло. Капитан помрачнел.

– В тот день, когда ты подал мне величайший в мире паштет, и когда ты достиг положения среди величайших кулинаров Франции, случилось нечто ужасное.

– Что такое? Мадам здорова?

– Мадам здорова, но я проиграл тебя в кости человеку из Питсбурга.

_ А что такое Питсбург?

Капитан поднялся из-за стола, подошел к потрясенному повару и поцеловал его в обе щеки. Он понимал, что говорить нет сил. Колин взял блюдо с паштетом, бутылку с вином и вышел из кухни.

На втором этаже он открыл дверь в освещенную спальню, где Ивонна распростерла свою роскошную грудь поверх голубого покрывала на необъятной постели. Она посмотрела на него, но ничего не сказала. Капитан пересек комнату и присел на край постели, как раз возле правой груди. Он протянул, не говоря ни слова, блюдо с паштетом и вино. Ивонна попробовала паштет и отпила вина из горлышка. Ее лицо переменилось.

– Неужели? Не может быть?

Он кивнул.

– Это – паштет банкира Анри Эмме, но это даже больше. Хуан добавил туда два совершенно новых компонента.

– Я чувствую из них только один – индейский перец. Но где же второй?

– Сок корнишонов.

– Mon Dieu! [3]

– Совершенно верно.

– А почему ты плачешь?

– После конкурса мы поехали в Аркансон. Я проигрался вдрызг.

– Из-за этого ты плачешь? Ты?

– Но после этого я и Джон Брайсон еще играли в кости, и я проиграл дом на Фарм-стрит, Розенарру и виноторговую фирму.

3

Боже мой! (фр.).

– Болван. Ты просто болван!

– Это еще не все. Я проиграл великого Франкохогара.

– Comment?

– Именно так.

– Ты хочешь сказать, что проиграл Хуана?

Он снова кивнул.

– Увы!

– Да, это уже что-то новое, Колин, – сказала Ивонна. Она говорила по-английски, но с неистребимым французским акцентом.

– Но ведь когда твоя распрекрасная женушка узнает, что ты сделал с домом на Фарм-стрит, Розенаррой и виноторговой фирмой, она упрячем тебя в тюрьму на тридцать лет. Верно?