Аристократ
Шрифт:
– Ну что скажешь, Влад?
– Неплохо, - протянул я, наконец.
– Он и говорить умеет?
– Нет, общение возможно в виде обмена данными. Ну, речевые команды понимает.
– Мне нравится.
– Я порой думал, что эта оценка и требуется Денису с Николаем. Они сразу закивали. А я спросил: - Он может увернуться от ядерного удара?
– Да, он может переместиться в безопасное место, причем без разницы, есть ли там дороги, реки или леса. Оттуда запустить ракеты, найти новые ракеты и снова их запустить...
– Потрясающе, - опять сказал я.
– А обратно?
Без лишних слов робот собрался опять в ракетную установку. После этого ничего в ракетном комплексе уже не казалось необычным.
Все это видеть мне было крайне интересно и восторженно.
– Это роботы ближайшего будущего, когда начнется повальная роботолихорадка.
– Но ты их уже наделал?
– Нет, это только образцы. В магазины они еще не поступили. Но уже очень скоро.
Интересно, но роботоразработки уверенно охватывали все нашу жизнь. И этот процесс шел даже еще до Дэна. Вот такие заголовки СМИ попадались мне в последнее время: 'Искусственный интеллект задействован для обеспечения сетевой безопасности', 'Новая машина-хирург', 'Искусственный интеллект ускоряет бизнес процессы', 'Робота научили кататься на скейте', 'Искусственная кожа для роботов', 'Алгоритм глубокого обучения для роботов'.
Основным же 'разнорабочим' и уже вполне вышедшим в большую серию считался у Дэна простой как банка кибер с простой формой - антропоморфной, две руки, две ноги, голова. Я называл этого стандартного кибера Стальной Тенью. Он умел вообще не отсвечивать.
Его можно было привлекать на разные участки работ. Изначально именно с таких машин все и началось. Это они построили специализированные здания, в которых Дэн уже чувствовал себя абсолютным хозяином. То есть не Дэн, а Главная машина, которая им управляла. Эту машину Денис, конечно, показать мне не захотел. Сказал только, что она и есть 'Связующее звено'. И занимает несколько подземных этажей. Как суперкомпьютер 'Ломоносов', который работает в МГУ, только лучше. Я знал, что в МГУ очередь на вычисления 'Ломоносовым' расписана на несколько месяцев вперед. Представил себе объем работ. Что же и в каких количествах считает 'мама' Дэна?..
– Я тебя уверяю, скоро характеристики Главной машины и, где она находится, будут неактуальной информацией.
Странно, но я уловил интонацию наследников, которые ждут смерти последнего родителя. Может быть, мне показалось?
Все роботы выглядели глянцево или наоборот унифицировано-серо, но чего у них точно не отобрать - это впечатление, которое они оказывали на меня. Я пытался представить их возможности. Для такой армии не играли значения ресурсы времени, работоспособности, выносливости. Только ресурс энергии. Они способны на многое. Так они и заявились на глобальном Олимпе - шумно, мощно и сразу. И прежние обитатели сразу как-то потеснились и уступили. Нет, конечно, фактор энергии или обеспечения нужными технологиями (и материалами) не мог быть бесконечным. И ограничения, конечно, имелись. Но шок они своим появлением произвели. И с кем нужно договорились, и как нужно показались. Теперь это была многоголовая Бит-корпорация, занимающаяся государственными делами, военными и пока немного бытовыми.
А поскольку корпорация выходила на уровень глобального
ядерного противостояния государств, то у нас бывали разговоры и на эту тему. Но у меня не было переговоров с государственными деятелями. Я вообще ни с кем не контачил, оставаясь тайным проектом Дэна. Поэтому все же представить себе до конца, о чем именно мы говорим, я не мог. Это было что-то вроде пустого трепа, который, однако, временами вызывал мурашки. Вот и сейчас я поинтересовался:– Как насчет баланса?
– Последний разговор, помню, закончился тем, что с Западом у нас паритет.
Николай на этот раз стал рядом, как свидетель моего разговора с Денисом.
– У нас наметился перевес, - ответил Денис.
– Только они еще не все знают.
– Ты предупредишь об этом потенциального врага?
– Ага, думаю, да.
– Вот же раньше было, скрывали новейшие разработки, а теперь наоборот наполняем СМИ сами информацией о своих достижениях.
– Как бы случайно, как будто оно само стремиться 'слиться', - согласно кивнул Денис.
– Мы используем СМИ по прямому назначению - мы информируем, все это влияет на людей и они начинают задавать вопросы своему руководству.
Я помаленьку втягивался в дела Бит-корпорации. Но к рутине я, конечно, не имел никакого влечения. Я любил что-то вроде сегодняшних демонстраций и Денис не отказывал мне.
В моей квартире был отдельный кабинет - с дорогим столом и всякими удобными для работами штуками типа планшета с модульной магнитной ручкой, держателями для чего угодно - вилок, ложек, ручек, кабелей, шнуров, удобного светильника на гнущейся в любую сторону ножке, естественно тоже самое - с вентилятором, бамбуковая дощечка для записей... А посреди всего этого лежал мой заслуженный, немного пошарпанный, ноут. Я никогда бы не подумал, что свой рабочий стол можно обставить с такой любовью.
Кабинет висел над городом, мне это сразу понравилось. Смотреть на все, чтобы видеть. Небоскреб располагался в центре города. Те дома, что были раньше на этом месте, Бит-компания просто снесла и построила вполне приличный в - 50 этажей. Пришлось строить скоростные лифты, дублировать, предусмотреть возможность пересадки на половине. Дизайн в здании был безупречно "космический". Я долго мечтал, чтобы у меня были окна во всю стену. И вот, я дождался.
Компания развилась на производстве без человека - тех экономически выверенных секторах промышленности, в которых с автоматическим производством не было никаких конкурентов. И мы мягко всех их вытеснили. Теперь у компании был большой обеспеченный оборот, марка, много тайных выгод от сотрудничества с разными госдеятелями, ну и - прорыв во всемирных технологиях. Здесь выпускали роботов.
Программа-рассадник, как ее назвал Дэн, хороша была тем, что могла быть открытой и формирующейся, параллельно с усилением технологий.
И все же шоком был тот день, когда программа достигла определенного уровня, сначала выйдя в сеть, потом - выйдя металлическими ногами в скалы и земли для строительства и, наконец, придя ко мне с отчетом о проделанной работе.
Что мне оставалось? Мне даже контролировать ничего не надо было. Изначальное программное ядро имело все возможности обеспечить себя информацией, энергией и механизмами. Да и разбирался я далеко не во всем. А они могли. Уровень возможностей другой. Я его туда "закинул" 'Связующим звеном'.
'Машина-мама' продолжала работу. Сама она и ее филиалы располагались за городом, во всяких разных местах. Компания имела возможность безгранично воплощать идеи. Когда Денис говорил мне об этом, я недоумевал - Какие идеи? Мои идеи? Кем он меня все-таки считает? Я рядовой работник Бит-корпорации. Я не могу пока придумать ни одной серьезной идеи. Меня бы не взяли на менеджерскую работу, точно говорю. Там все это очень нужно. Не созрели у меня мысли под должность в Бит-корпорации, хоть что со мной делайте. Я как-то не определился еще, наверно. Только одно сделал, чтобы раскрылась и установилась сама система.