Арка 14

Изуми чуть изменила форму, выдвинула шипы, и четверка тут же начала наматывать на них толстую серебристую проволоку, которая, казалось, меняла форму, сама садилась плотнее на шип. Чуть поодаль три маски, из Сиэтла и Ванкувера, рыли ров, пропахивали огромную борозду, которая тут же заполнялась водой, превращавшейся в лед. На переднем крае трудилась команда из Чикаго, вместе с двумя масками из команды Франции, переводчиком им служил кто-то из канадских масок, затем слева вылетел худощавый парнишка в безликой маске. Он чуть поморщился, прикрыл было лицо от бьющего в глаза солнца, и тут же начал двигать руками, словно измолачивал невидимого противника. Стена на переднем крае начала стремительно покрываться фиолетовым льдом, толстым и гладким.

– - Это Алхимик, - нажала Изуми кнопку на браслете, - мне нужно подняться в воздух ненадолго.

Десять секунд спустя рядом зависла Слава, подхватила Изуми и легко понесла вверх. Изуми развернулась спиной к солнцу, посмотрела вдаль. Аэропорт опустел, корабли Дракон улетели, самолеты спешно убирали, на взлетных полосах стояло несколько танков, нацеливаясь в сторону Бегемота. Справа от Изуми кипела эвакуация, все маски, кто не участвовал в битве, кто не шел в атакующих командах, занимались помощью, сновали в воздухе, расчищали дороги, переносили, подгоняли, помогали индийским военным. Те занимали позиции вдоль трассы Гургаон -- Дели, разбегались мелкими фигурками.

– - Чуть назад, и чуть выше, - попросила Изуми, глядя вниз.

Укрепленный район был практически готов, и отсюда, сверху, было видно, что каждая из команд выполнила свою часть. Теперь оставалось только заманить Бегемота в центр, в алхимическую печать разъятия, и лишить его ног, после чего расстрелять со всех сторон.

– - Бог ты мой, - прошептала Слава, чуть разворачиваясь и отвлекая Изуми.

Даже несмотря на гул и грохот, канонаду и взрывы, Изуми прямо физически слышала, ощущала, как звенят и гудят все эти облака насекомых, висящих грязной завесой над домами и дорогами в промежутке между укрепленным районом и Губителем. Они вели и направляли людей, указывали им дорогу среди пылающих домов и столбов дыма, в обход завалов и обрушившихся деревьев, даже пытались прикрывать. Из этого грязного облака, на черном фоне пожарищ и дымов, то и дело, как из грозовой тучи, вылетали молнии, били, крушили и ломали.

Пылающим метеором по дуге из облака вылетел корабль, обрушился на дома, пропахивая их. Огонь быстро погас, корабль корежило и меняло, к нему подлетел еще один, выбросил захваты и потащил прочь, одновременно с этим сбрасывая куски металла на поврежденного собрата. Тот поглощал, регенерировал, и все это до боли напоминало насекомых Муравья, только воплощенных в металле и в увеличенном в тысячу раз масштабе.

С небес ударил порыв ветра, отбрасывая дым, и внезапно Изуми увидела Губителя.

Огромная, черная фигура с рогами двигалась, пошатываясь, среди развалин, вокруг все сверкало, взрывалось и горело, корабли Дракон роились стаей птиц, атаковали, и падали, взлетали, видны были всполохи лазеров Легенды, и вспышки фиолетового огня, которым швырялся Эйдолон. Бегемот шагал небыстро, но широко, и мощь его завораживала, казалось, что это идет несокрушимая глыба камня, отмахивающаяся от досадных помех вокруг, мошек, лезущих в глаза. Изуми не слышала, но видела, как все вокруг Бегемота на земле сотрясается, падает, разламывается.

С когтей его то и дело срывались молнии, били вокруг, и расходились волны перегретого воздуха, хотя Изуми не исключала, что это просто роения мошкары и пожары создают такой эффект. Дома и деревья вспыхивали, Бегемот повернул голову, казалось, всматриваясь своим огромным глазом в Изуми... и снова все заволокло клубами дыма.

– - Берегись!
– крикнула Слава, но было уже поздно.

Сноп молний вырвался из темного облака дыма, снес насекомых по пути, и ударил ровно в корону молниеотводов. Разряды заиграли на металле, ударили в оборудование. Одного из четверки убило на месте разрядом, еще двоих разметало взрывом вместе с оборудованием, четвертого отбросило на недовязанную, раскаленную добела проволоку, и поджарило в мгновение ока.

– - Это Алхимик, - снова включила Изуми браслет.
– Подразделениям два и пять -- отойти вглубь района, монтировать стандартные молниеотводы, потом отступить и готовить вторую линию обороны.

После этого она повернулась к Славе, указала на один из каменных шпилей.

– - Высади меня там!

Слава кивнула, еще раз бросила взгляд назад, и тут браслет заговорил.

– - Фаза два, - сообщил механический голос.
– Повторяю, фаза два!

Слава ускорилась, почти швырнула Изуми на каменную площадку, и тут же скрылась сверкающим росчерком. По небу промчались несколько десятков масок, скрылись в дымной туче, и Изуми уловила краем глаза движение внизу. Маски торопились, занимали места в не готовом до конца укрепрайоне, и отряд Алхимика, казалось, удвоил усилия, спеша доделать.

Казалось, небеса раскололись от громового звука, и сверху пало зеленое сияние, закручиваясь, в зеленые же вихри, всасывая дым и пыль, снова раскрывая картину происходящего. Бегемот уже не сражался, нет, он просто шел вперед, широкими шагами, не встречая сопротивления. За его спиной виднелся пролом, корабли Дракон тащили раненых, горящих собратьев-кораблей в форме драконов, пользуясь тем, что Бегемот не смотрит в их сторону. Пролетевшие в атаку маски обрушили на Бегемота буйство лучей и красок, и Губитель тут же отразил их в самих атакующих. Вспыхнула синяя стена и с беззвучным звоном разлетелась, видно было, как Эйдолон пошатнулся и слетел чуть ниже, выровнялся, подхваченный Легендой.

Губитель остановился, чуть присел и свел когти, словно неумело хлопал в ладоши. Волна ударила вдоль домов, нескольких пытающихся убежать разорвало, двух масок, идущих в атаку, отбросило прямо в передний край обороны укрепрайона. Изуми моргнула, но нет, масок не размазало в кровавые лепешки, вместо этого они своими телами пробили лед, металл и камень, влетели и впечатались куда-то.

– - Рассвет выбыл, Протон выбыл, - оживился браслет.
– Губитель в БД-5.

Бегемот раскрыл огромную пасть, в глубине которой что-то сияло, и издал низкий, пробирающий до костей рык, правая лапа его взметнулась и ударила наперерез вылетевшему батискафу. Металлический шар, сверкая и переливаясь, подлетел вверх, а Бегемот опять свел когти, ударяя новой волной. Вынырнувшую из-под развалин Александрию снесло, пронесло поверх укрепрайон, словно листок, гонимый ураганом.

Изуми скользнула вниз, осознав, что сидит наверху и теряет время, завороженная битвой. Бегемот возобновил движение, и Изуми ощущала сотрясение шпилей, дрожь камня под руками. Небо прочертили ракеты, Бегемот вскинул руку, смел снаряды одним движением, и слева от Изуми загрохотали разрывы. Видно было, как рушатся там дома, вспыхивают новые пожары, а Бегемот шагал дальше, не останавливаясь, отмахиваясь от мельтешащих вокруг масок.

– - Губитель в БД-4, Принц Персии выбыл, Гора погиб, Мазар выбыл, - сообщил браслет.

Изуми приземлилась, и поняла, что все плохо. Бегемот еще не дошел до укрепрайона, но стремительно приближался, широкими шагами, неостановимой лавиной камня, огня и молний. Новый рык ударил по ушам, и тут же к нему добавился грохот. За спиной Изуми что-то взорвалось, прогрохотало, и мимо промчалось нечто вроде летающей подводной лодки. Из ее носа рвались синие лучи, били в Бегемота, который покрывался наледью и тут же лед моментально отступал, растопленный жаром Губителя. Вокруг аппарата сгруппировались несколько масок -- стрелков, начали бить вдогонку, целя в глаз Бегемота.