Асса

Нарви снова прервался, нахмурился. Ему честному дварфу нечего было скрывать от друзей, но и брата позорить не хотелось.

«…В один из дней, ближе к вечеру, вижу переполох какой-то в отцовых покоях. Любопытно стало, вот я и влез туда один, дурень. А он сполз с трона, рукой за горло хватается, глазами страшно ворочает, сказать что-то пытается, но не может. Подбежал я к нему, взял его за плечи, зачем-то на трон усадить пытаюсь. Он тяжелый, из рук выскочил и на пол, а я жопой на трон и уселся.

В это время двери отворились и вбежали дварфы: и прислуга, и братья Адрика, и жены его, и Делг. Увидел он меня на троне сидящем, да как заорет: «Убийца!» Я головой по сторонам крутить давай, чтобы убийцу-то увидеть, а он в меня пальцем тычет. Притормозили при этом крике дварфы и на меня уставились так нехорошо. Был среди них и Утул. Мудро он тогда сказал, что слова аргументами подтверждать надобно, особенно обвинения. Я даже после них воспрял духом, подумал тогда, что глупым наветам больше не будет места. Наивный.

Делг не унимается и кричит, тыкая в меня пальцем: «Он убийца, я видел сам, как он отцу кубок с ядом подавал. Отец его выпил и захрипел, вот я за вами и побежал. Проверьте его карманы, туда он бутылочку спрятал!»

Я вообще ничего не понимаю, с ума спятил мой братец что ли? Какую бутылочку? Какой яд? Жар у него что ли? Не серьезно же он сейчас все это говорит? Оказалось, серьезно. Пока я недоумевал, подошли ко мне герцоги и просят карманы вывернуть. Да легко! Чего мне скрывать? Сунул руку в карман, а там и правда пузырек какой-то лежит. Вытащил я его из кафтана и уставился, как вирм на новый тоннель, что не сам рыл. Слов от удивления лишился. Другой бы начал оправдываться, только я стою и молчу, как будто сталактит проглотил. А меня уже ведут под белы рученьки, скрученные. В каменную комнату. И дверь массивную уже за мной запирают. Один даже плюнул мне под ноги.

Стражу у дверей не ставили, смысл? Убежать я не могу без ключа, а помочь отцеубийце… Да какой дварф на это пойдет? Но были у меня посетители в ту ночь числом четыре.

Сначала Делг пожаловал. Думал обвинять станет, а он злорадствует, что теперь Хельда точно ему достанется. И что он на трон сядет и королем станет. А первым его указом станет моя смерть. Я его тогда прямо спросил, мол знаешь же ты, что не убивал я отца. А он мне в ответ: «Какая теперь разница, раз все так удачно вышло?» И понял я, что Дельг действительно знает убийцу, но навет на меня сделал.

Брат ушел, пришла Хельда. В слезах вся, отчитывать начала, что, де верила мне, а я вот какой оказался. Не поверила, что убийца не я. В слезах пришла, в слезах и убежала. А потом мама заявилась, призналась, что были у нее сомнения на мой счет, но слышала она наш разговор с Дельгом. Мне поверила, ему нет. Про отца жалела, любила она его, я ее утешал до тех пор, пока он не удалилась.

Четвертым уже под утро в час Глоргха пришел учитель мой – Меранг. И сказал он всего несколько слов: «Единственный твой шанс восстановить честное имя – это вернуть скрижаль «Мудрость камня». Или потребовать Суда Топора. Иначе казнят тебя по навету. Не удивляйся, я тебя учил, знаю, что яд – не твое оружие». Сказал это, после чего отпер дверь темницы и утопал во тьму даже не обернувшись.

Вот так я и оказался в бегах и поисках. Сначала сам искал, а потом судьба меня к вам прибила» …

– Эх, почти дошли до конца. Жаль, не увижу я скрижали «Мудрость камня», сложу голову на Суде Топора.

– Это мы еще посмотрим, – ответил Ив. – На задницу с резьбой всегда найдется и болт с винтами.

– Ха-ха-ха, – заржал Нарви. – Крепко же ты друг завернул, но со смыслом…

– Не перебивай, времени мало. Мне еще нужно тебя научить, как шею тверже камня сделать. Что ты знаешь о стихиях и своем теле?

Глава 9: Без наук, как без рук или даже без головы

Но времени оказалось у них больше, чем рассчитывал Ив. Суд Топора, это вам не хухры-мухры и не фиги воробьям показывать. Это СОБЫТИЕ! Оно происходит не каждый день и даже не каждый год. На памяти старожилов дварфов, Суд свершался только один раз. Было это 127 лет назад, когда… А тут вариантов несколько, ровно пять, по количеству тех, кто был на том Суде. Кто-то говорит, делянку с самоцветами не поделили, кто-то ссылается на то, что все из-за ревности. Есть даже те, кто уверен – виноваты в случившемся дуэргары – темные дварфы, или даже сам подгорный дракон. Но факт остается фактом – был случай, когда все решал Топор.

В летописях, которые ведутся кланом со времен царя-гороха, также упоминаются Суды, количеством три. Но во всех тех ситуёвинах участниками были простые дварфы и только один раз – граф. А тут случай особый, про который можно рассказывать даже правнукам – сам король и его брат, пусть и отверженный, но все же принц будут состязаться в Суде Топора! В общем, к мероприятию готовились все, а не только те, кто пройдет испытание. Дамы доставали лучшие наряды, приукрашали девиц (вдруг, кто заметит), наряжали сыновей. Взрослые дварфы чистили секиры, топоры, молоты, драили до блеска кольчуги или стирали и утюжили камзолы и прочие одежды. Не гоже на таком «празднике» ударить лицом в грязь. Вовсю работал тотализатор, где каждый мог сделать ставку на того или иного участника состязания. То есть, шла движуха.

Еще одним важным для подгорного царства событием стал визит Волхва и двух Богинь. Пусть не старших, пусть новоиспеченных, но все-таки. А вдруг, снизойдет и благословит чем-либо? В хозяйстве все сгодится. Понятно, оно бы лучше было, кабы Богини были земной стихии. Тут можно и хорошие бафы заработать, но и вода сгодится. Как говорится, капля камень точит. А все, что связано с камнями – для дварфов свято.

Суд решили отложить на трое суток, но не с момента «пленения» Нарви, а с утра следующего дня. Все это время с «отцеубийцей» занимались ИВ и по очереди Абигайль с Шаки. В науку Нарви врубался быстро, а вот на практике выходило хуже. Как и у любого дварфа у него с рождения имелся навык заклинания «Каменная кожа». Вот только даже в прокачанном виде оно служило неким доспехом, а не панацеей. При 100 процентном развитии заклинание физурон снижался всего на 35 процентов. Если учесть, что гильотина выдаст удар в 5-6 мег, то отбить удастся максимум две меги, остальные снесут башку Нарви нахрен.

Но это, если в чистом виде, рассчитывая только на силу заклинания и на ману. Иву такое было не надобно. Конечно, Нарви накинет на себя «каменную кожу», как впрочем, и Делг. Но будет все это для подстраховки и отвода глаз. Основной упор нужно делать на метаморфозы тела. Вот только, как втюхать «упертому барану», не желающему понимать, что вся сила в голове заложена? Ну, не въезжает чел… дварф, что его тело может превращаться в броню и все тут. «Так, а попробуем сначала на предметах поучиться», – сообразил Ив.

– Нарви, что это у тебя в ладошках?

– Ничего, командир…

– Смотри внимательно. Ты руки мыл?

– Мыл.

– Вытер их?

– Нет.

– Тогда, что видишь?

– Хм… ничего.

– Да, как же ничего? А влага на руках есть?

– Есть, и что?

– И ВСЕ! Агидель, покрой кисть Нарви тонкой пленкой воды. Айка, преврати ее в пар…

Богини быстро выполнили задумку Ива, Нарви стоял и смотрел на свои руки и удивлялся, как будто впервые их увидел. Над ладонями клубился туман, похожий на дымчатые рукавицы. Пар обвивал конечности плотно, никуда не испарялся, реально превратившись в водяные перчатки.