Атака Боло

Он понял, что больше в эйфе не нуждается.

Так долго был он обращен в самого себя, в свою боль, что недостаточно думал о других. Теперь он изменился.

Может быть, именно то, что надо было думать о судьбе Церна, отвлекло его наконец от кошмаров Аристотеля?

Может быть, что-то более личное? Спасая людей, особенно людей тебе дорогих, отучаешься думать только о себе.

Он не мог дать ответ. Он даже не знал, сможет ли он когда-нибудь ответить.

Но точно знал, что эйф ему больше не нужен.

То, что ему было нужно, находилось рядом с ним.

– Я люблю тебя, – сказал он. И крепко ее обнял.