Аукцион

Все было высказано без излишних дипломатических оборотов и недоговорок. Слабые возражения оппонента Уокер, казалось, пускал мимо ушей. Поднявшись с кресла он твердой походкой покинул помещение, даже не попрощавшись.

Вытерев платком покрывшийся испариной лоб, Алексей Петрович в изнеможении опустился на кресло. Так не отчитывали его уже лет сорок. В протрезвевшем мозгу четко оформилась мысль: это была «черная метка», о втором сроке можно забыть! Хорошо еще, если удастся сохранить годами наработанные схемы. Конечно, газовая афера, похоже, накрылась одеялом, не зря же она так взбесила этого напыщенного индюка! Похоже, конфликт интересов затронул что-то личное. В конце концов, не один же он на госпосту обтяпывал свои делишки.

Немного успокоившись, он достал из кармана затейливый старинный ключик и отпер инкрустированную перламутром дверцу изящной тумбочки. В ее недрах поблескивала квадратная в поперечном сечении бутылка с диагональной черной этикеткой, на которой отсвечивала издевательская надпись: Johnnie Walker Black Label. Свинтив крышку и проигнорировав широкий приземистый стакан из хрусталя, Трухин от души приложился к вместилищу спасительной влаги.

8

Телевизор и деньги делали свое дело. Еще вчера мало кому известный олигарх средней руки мелькал на нескольких каналах, пожалуй, чаще действующего президента, который появлялся там разве что в новостях. Многочисленные ток-шоу с участием Беленского наводнили эфир. Людям, искушенным в политике, было ясно – Трухина «сливают». Народ уже правильно запомнил фамилию кандидата: мало кто теперь путал и называл его «Виленский» или «Беленький». А то в начале предвыборного марафона бывало всякое…

Евгений, проникшись темой, теперь регулярно мониторил медийное пространство. С точки зрения потенциального избирателя, ему было совершенно не понятно, чем отличается программа нового соискателя высокого звания от того, что имеется. И зачем «менять шило на мыло»? То ли дело Короленко! Старшие Вольские тоже поддерживали эту кандидатуру, но к его потенциальному успеху относились с легкой долей скепсиса. Молодому журналисту захотелось разобраться в этой проблеме.

Как он и ожидал, в редакции эта тема была уже занята. Маститые коллеги с радостью отдавали ему на откуп освещение «улучшения в городском саду бытовых условий отдыхающих» или другую подобную мелочевку, а то, на чем можно было если и не сделать сенсацию, то продвинуться в круг «избранных», оставляли себе. Но однажды удача повернулась к Жене лицом.

Зам главного Василий Перебейнос совершенно не вовремя подхватил насморк и брать интервью у без пяти минут президента в таком виде было абсолютно не возможно. Случайно узнав об этом, Евгений битый час крутился в расположении главного редактора, пока не попался ему на глаза.

– Вольский, зайди ко мне!

– Да, Валерий Степанович!

– Даже не знаю…

– Я готов!

– К чему ты готов, салага?

– К заданию!

– К какому заданию? Ты что, сможешь заменить Васю?

– Н-ну, я попробую…

– Компот в буфете будешь пробовать! А-а, делать нечего… Короче – сегодня, в восемнадцать ноль-ноль прибываешь по этому адресу, представляешься и берешь интервью у Беленского. Пленка в диктофоне не запуталась?

– У меня цифровой.

– Знаю, шуток уже не понимаешь…

– Разрешите выполнять?, – почти по военному отчеканил «салага».

– Подожди, возьми Васин блокнот, здесь все вопросы. Изучи и не перепутай. А главное – никакой отсебятины! Понял?

– Так точно!, – «военный» настрой было уже не сбить.

– Иди… С Богом…

Задание оказалось противоречивым, с одной стороны… А с другой, вопросы были банальнейшими и не содержали ни единой «перчинки». Построить хотя бы минимально интересную статью на таком материале было решительно невозможно. «Типичная заказуха для увеличения количества публикаций!», – с досадой подумал Евгений, но все равно подготовиться было нужно, проверить те же батарейки в диктофоне. Времени до интервью было более, чем достаточно и он отправился домой.

9

На интервью вместо привычного Перебейноса, которому на его скучные вопросы можно было и не отвечать – пусть сам напишет ответы, явился какой-то сопляк, солидно отрекомендовался Евгением Вольским и пол часа начал зачитывать те же самые Васины тезисы. Едва сдерживая неприличные зевки, Беленский занудно отвечал, пока молодое дарование не спросило:

– Скажите, Дмитрий Владимирович, а чем Ваша программа отличается от программы действующего президента?, – неожиданый вопрос возымел эффект легкого нокдауна.

– А Вы что, сами не видите отличий?, – вскинулся кандидат.

– И все-таки?

– Отличается. От программы. Действующего президента. Все, спасибо за внимание! Интервью окончено!

– Спасибо, до свиданья! Желаю успехов на выборах!, – сказано было предельно вежливым тоном, но Беленский покраснел, и оттянув пальцем ворот сорочки над узлом галстука, повращал головой из стороны в сторону. Он выглядел сейчас, как разъяренный Минотавр.

Еще этого не хватало, проклятый мальчишка! Успокоившись, он подумал, что все равно без редактирования интервью не пропустят, а юному наглецу еще и выпишут такую «премию», что он сам захочет уволиться.

Злобно проводив взглядом удалившегося горе-журналиста, указал кивком присутствовавшему все это время в комнате референту на подвесной шкафчик. Тот понял его без слов, извлек пузатую бутылку и коньячный бокал, наклонил его и налил янтарную жидкость.

– Себе!

– Не понял, Дмитрий Владимирович?

– Себе тоже налей. Я не пью один!

– Хорошо, спасибо. Как скажете!

«Вот! Вот чем мы отличаемся с президентом!», – подумал Беленский. Для него не были большим секретом «маленькие слабости» «гаранта».

Коньяк примирил Дмитрия с действительностью, предстоящая встреча с «дорогим другом Джимом», немного озадачившая его после телефонного звонка с предупреждением о визите уже не казалась немного странной. Поначалу тон Вайтекера показался несколько требовательно-хозяйским, общих тем по бизнесу не намечалось, отношения не были настолько близкими, чтобы вот так, внезапно поставить перед фактом своего приезда. Но и отказать ему видимых причин не было. В запасе оставался еще час, вполне достаточно, чтобы вернуться домой и освежится перед возможно не простым разговором.

***

Вайтекер приехал минута в минуту, тепло поздоровался. На тот, показавшийся странным, тон не было и намека. Поболтав ни о чем и пропустив по паре виски, собеседники разом вдруг стали предельно серьезными.

Конец ознакомительного фрагмента.