Аутсайдер

– Ты действительно любишь меня?
– прошептал Трей.

– Конечно люблю, - сказал Итан.
– Почему ты спрашиваешь меня об этом?

– Ты продолжаешь отворачиваться от меня.

– Просто на публике. По необходимости.

Трей наклонил голову вперед и уставился на свои сцепленные руки, лежащие на коленях. Через мгновение он покачал головой.

– Я чувствую этого не только тогда, когда мы на публике.
– Он поднял подбородок, в его глазах была невыносимая боль.
– Я чувствую это, и когда мы наедине. Я не чувствую, что ты возводишь стены между нами, только тогда, когда мы трахаемся.

– Это не ты, Трей, - сказала Рейган слегка невнятным голосом.
– Это он. Он всегда был таким.

– Да, - сказал Итан, добавляя несколько слоев кирпичей к своей так называемой стене.
– Я бессердечный сукин сын. Если вам это не нравится, подайте жалобу.

Он отодвинул стул и вскочил на ноги.

– Куда ты идешь?
– Спросила Рейган, потянувшись к его руке, но промахнулась, когда он отступил назад.

– Какое это имеет значение?
– сказал он, повернулся и зашагал прочь.

– Итан, - крикнул Трей ему вслед, но он не остановился. Он не хотел обсуждать здесь свое закрытое эмоциональное состояние. Вообще нигде, если уж на то пошло.

Итан встретился взглядом с Даром, когда ударил обеими ладонями в выходную дверь и распахнул ее. Дар сжал губы и покачал головой. Итан пристально посмотрел на него. Ему не нужно было мнение посторонних. Очевидно, ему так же не нужны были внутренние мнения.

Казалось, никого не волновало, что он ушел. Он остро осознавал, что ни Трей, ни Рейган не поспешили за ним, когда он убежал обиженный и растерянный. И они думали, что он был черствым.

Глава 5

Трей постучал в дверь ванной комнаты гримерки в Альбукерке. Еще одна ночь. Другой город. Еще один шанс устроить Брайану неприятности.

– Ты закончил блевать? Мы должны выйти на сцену.

– Меня не тошнит, - крикнул Брайан.
– Просто работаю над своим дыханием.

Всемирно известный гитарист играл перед миллионами людей за свою жизнь, и он все еще боялся сцены. Как только Мастер Синклер выходил на сцену, с ним все было в порядке. Примерно за час до каждого шоу он изо всех сил старался держать себя в руках. Трей пожал плечами Седу, который настаивал на том, чтобы он потормошил Брайана в первую очередь.

– Ты сможешь дышать позже, - крикнул Сед.
– Поторопись.

Дверь открылась, и появилась бледная, с восковой кожей версия их ведущего гитариста.

– Ты, наверное, почувствовал бы себя лучше, если бы тебя просто вырвало, - сказал Трей.

– Я в порядке, - заверил их Брайан.

– Забери гитару из его рук, - сказал Эрик с того места, где он ждал у двери их общей гримерки.
– Он забудет обо всех двадцати тысячах людей здесь, которые будут свидетелями каждой его ошибки.

– Ты не помогаешь, - проворчал Брайан, проходя мимо него.

– Я не пытался помочь.
– Все еще болтая, Эрик последовал за ними, когда они вышли в прохладный коридор.
– Знаешь, даже если бы ты испортил каждую сыгранную ноту, порвал сорок гитарных струн, упал плашмя на задницу и на лицо, они все равно болели бы за тебя. Ты, блядь, Мастер Синклер.

– Все равно не помогает.
– Брайан потянул за одну перчатку без пальцев, несколько раз сгибая руку.

– Эрик прав, - сказал Трей со смешком.

– Ты не можешь сделать ничего плохого.

В нескольких шагах впереди них Сед полез в карман, чтобы отключить звонящий телефон.

– Забыл его выключить, - сказал он.

– Почему бы тебе просто не оставить это в автобусе?
– спросил Эрик.
– Я уверен, что Джессика сможет прожить, не слыша твоего голоса больше пяти минут.

Сед хмуро уставился на экран своего телефона.

– Мне нужно ответить на это, - сказал он.
– Кайли?
– сказал он в свой телефон.
– Что-то не так?

Лицо Седа побелело, и он покачнулся, спотыкаясь, когда его ноги остановились, прежде чем остальная часть его тела решила присоединиться к ним. Если бы Эрик не схватил его и не направил к стене, он, вероятно, упал бы.

– Как это возможно?
– Сказал Сед, массируя лоб одной рукой.
– Я видел его несколько недель назад. Он был совершенно здоров.

Трей обменялся обеспокоенным взглядом с Брайаном. Потребовалось немало усилий, чтобы вывести из себя их самоуверенного лидера, но Сед явно изо всех сил старался держать себя в руках.

– Мне нужно выступать прямо сейчас, но я отправлюсь домой, как только закончу здесь.
– Он остановился, прислушиваясь.
– Нет, нет, не беспокойся об этом. Я рад, что ты не стала ждать, чтобы позвонить. Как мама держится?

Трей шагнул вперед и сжал плечо Седа. Трей знал, что Сед никогда не вернется домой в середине тура, кроме как в экстренных случаях. Что происходит?

– Я обо всем позабочусь, сестренка, - сказал он.
– Просто держись крепче несколько часов. Я буду там.
– Он прислушался на мгновение.
– Я тоже тебя люблю.
– Он повесил трубку и сделал глубокий прерывистый вдох, прежде чем сунуть телефон в карман.

Он стряхнул руку Трея и оттолкнулся от стены, неуклюже направляясь к кулисам.

– Сед?
– крикнул Трей, спеша догнать его.
– Что случилось? Почему тебе нужно ехать домой?

– Мой отец, - сказал он напряженным голосом. Он покачал головой и закрыл глаза, остановившись, чтобы снова прислониться к стене.

– Он ранен? Болен? Если тебе нужно уйти прямо сейчас...

Сед покачал головой.

– Я пойду после...
– Он тяжело сглотнул, и слеза потекла из-под его зеркальных солнцезащитных очков.
– После того, как...

– Ты не можешь выступать, когда ты весь взволнован, - сказал Трей. Он знал кое-что о том, как пытаться выступать, когда ты не можешь.
– Иди побудь со своим отцом. Ты почувствуешь себя лучше, если увидишь его.

– Не увижу.
– Сед энергично покачал головой. Его пальцы исчезли за солнцезащитными очками, когда он прижал их к глазам, и он изо всех сил попытался втянуть воздух в легкие.
– Уже слишком поздно его видеть. Слишком поздно прощаться. Он...

Губы Трея онемели, когда он недоверчиво уставился на Седа. Слово, которое он оставил невысказанным. Это не было...

– Тебе следует поехать домой, - сказал Брайан.
– Ты нужен своей семье.

– Я не могу просто уйти.
– Сед оттолкнулся от стены и снова пошел.
– У нас выступление.