Айрис
Шрифт:
Монти подумал, что никогда не поймет женщин. Как только им говоришь, что они красивы, каждая непременно начинает настаивать, чтобы ее любили не только за красоту. Но стоит забыть похвалить их прекрасные глаза, губы, волосы или новое платье, как поднимается настоящая буря. Как это глупо! Глаза кажутся красивее на хорошеньком личике, а платье лучше смотрится на стройной фигуре – это же понятно! И все вместе выглядит еще лучше, если женщина добра, воспитанна и заслуживает доверия.
Айрис проявила себя в большей степени женщиной, чем он ожидал. Решительно бросившись с теленком в середину стада, она как бы заставила взглянуть на себя другими глазами.
Айрис не переставала удивлять. Споткнувшись, она тут же вставала. Совершив ошибку, она больше не повторяла ее. На его глазах она превращается в женщину, достойную восхищения.
Айрис заинтересовывала его все больше и больше. Гораздо больше, чем юноша мог ожидать. Это становилось опасным. Ее немедленно следует отослать подальше, пока он окончательно не потерял контроль над собой. Но было слишком поздно. Он не отошлет ее. Если только она сама не захочет уйти.
Монти решил гнать стадо до Канадиана, хотя для этого нужно было двигаться и ночью. Дождь лил по-прежнему.
– Мы должны переправить скот на другой берег реки, – сказал Монти. – Если дождь не прекратится, то к утру уровень воды поднимется, и они не смогут перейти реку.
Среди утомленных людей прошел ропот. Больше всех возмущался Фрэнк и его подручные, когда их заставили покинуть теплую, уютную палатку. Но Монти упрямо гнал людей и скот через реку.
– Мы задержимся здесь на пару дней, пока скот не восстановит силы, – объявил он, наконец, когда переправа была закончена.
Люди принялись устраивать лагерь. Монти подошел к Айрис, которая неподвижно стояла неподалеку и смотрела вдаль. Дождь прекратился также неожиданно, как и начался. Подул прохладный легкий ветерок. Монти достал из фургона одеяло и набросил на плечи девушки.
– Это защитит тебя от ветра.
– Мне не холодно.
– Странно, а должно быть холодно.
– В моей жизни ничего не происходит так, как должно.
Монти никогда не видел девушку в таком состоянии. Ему казалось, что только ее тело находится рядом с ним, а душа унеслась куда-то, куда и дороги-то нет.
Весь день ему хотелось поговорить с ней. Он с трудом сдерживался и ждал момента, когда они останутся одни.
Но вот они наедине, а он не знает, что сказать. Перед ним стояла вовсе не та Айрис, которую он знал. Не вспыльчивая рыжеволосая красавица, готовая отразить любые словесные атаки и никогда не лезущая за словом в карман. Стояла расстроенная, растерянная, несчастная Айрис.
А ведь ей следовало ликовать! Стадо спасено! И успех ею заслужен. Конечно, девушка еще не скоро по-настоящему сможет управлять ранчо. Но голова у нее на месте, силы воли не занимать. Не хватает только опыта.
– Ты проявила чудеса смелости сегодня. Она отозвалась, не повернувшись.
– Честно говоря, я была напугана до смерти. Монти улыбнулся.
– Еще бы. Но ты сумела перебороть себя. А это главное.
– А
ты испугался?– Нет. Я…
Айрис вдруг резко повернулась и настойчиво переспросила:
– Скажи честно: ты испугался?
– Нет. Я знал, что рискую, искушая судьбу. Но, работая с полудиким скотом, нередко приходится рисковать. Я знал, что сумею выпутаться, если что-либо случится.
Напряжение не спадало с лица Айрис.
– А я не знала. Я думала, что мне суждено умереть. Но все равно пошла.
– Почему?
– Не задавай глупых вопросов.
– Это не глупый вопрос. Я действительно не понимаю, почему ты это сделала.
– А что мне было делать? Именно я организовала это путешествие. Я уговорила тебя не раздялеть скот. Я буквально вынудила тебя взять на себя ответственность за скот и за меня. Как же я могла стоять и смотреть, ожидая, что тебя растопчут?!
Монти засмеялся.
– Если бы мне было трудно, мои люди бы открыли стрельбу.
– Но я не знала об этом. Я остолбенела при мысли, что ты погибнешь. Мне казалось, что они уже надвигаются на тебя, наступают копытами на… – Голос задрожал, и она замолчала.
Монти понял, что девушка очень расстроена. Он взял ее за плечи и повернул к себе.
– И все-таки ты пошла за мной.
– Я не могла сделать ничего другого.
Монти притянул Айрис к себе, обнял. Инстинктивно девушка прильнула к нему всем телом.
– За всю свою жизнь я не испытывала такого страха. – Слезы выступили у нее на глазах – сказывалось чудовищное нервное напряжение. – Я все время не сводила с тебя глаз. Как глупо…!
Монти наслаждался теплом Айрис. Прижимая ее к себе, он ощутил приятное волнение в паху – непередаваемое чувство! Девушка искала у него защиты, и он предоставлял ей эту защиту, и ничего лучшего он не мог для нее сделать.
– Ты приоткрыла для себя секрет мужества.
– Что это такое? – Айрис уткнулась лицом в грудь юноши.
– Нужно быть немного сумасшедшим. Совсем немного.
Она засмеялась.
– А в чем остальная часть секрета?
– Это вера в то, что несчастье не может с тобой произойти, оно произойдет с кем-то другим. Эта вера в то, что в опасности кто-то обязательно придет тебе на помощь. Это вера в то, что все происходит не на самом деле. И еще надо быть перепуганным насмерть, клястся и божиться, что никогда в жизни не пойдешь больше на подобную глупость.
Айрис захихикала.
– Все это несерьезно.
– Но есть еще одна вещь.
– Какая?
– Слепая безрассудность, которая не позволит понять, что тебе угрожает смертельная опасность. Джордж говорит, что ее-то мне и не занимать.
Айрис подняла голову и посмотрела Монти в глаза.
– Благодарю. Мне уже лучше. – Девушка попыталась отодвинуться, но Монти только крепче прижал ее к себе.
– И все же почему ты это сделала? Айрис опустила глаза.
– Я уже сказала.
– Я не верю.
– И не поверишь. Ты, должно быть, думаешь, что я самый упрямый лгунишка на свете?!
– Нет. Я никогда…
– Нет, Монти. Ты думаешь, что я говорю одно, а думаю совсем другое. Не отрицай, пожалуйста.
Монти смешался. Ведь все, что она говорит, правда. Но на самом деле он так не думал. Что из того, что эта девчонка морочила ему голову и заставляла делать то, чего он не хотел?! Он не держал на нее зла. Она была всего лишь женщиной, а женщины постоянно выкидывают всякие штучки. Хелен, например, была непревзойденным мастером в этом деле.
Но Монти никогда не считал Айрис лгуньей.