Айя

***

Когда Орайя добрался до эпицентра, все остальные мирно сидели перед кратером, размером с небольшой город. Перед ними, переливаясь золотым и голубоватым свечением, сверкали молнии, окруженные полями искаженного пространства.

Райвен даже не обернулся к Орайе. Сжав зубы, он продолжал смотреть вперед и надеяться, что Айя появится с другой стороны с минуту на минуту.

— Так и знал, что ты не пропустишь… — произнес Кимао, вставая на ноги.

— Если знал, почему злишься?

— Он не та тебя злиться, — пояснила Паола. — На себя, скорее.

— Заткнись! — прокричал Кимао.

— Значит, ты не можешь свернуть этот проход, — подытожил Орайя и присел на песок рядом с Данфейт.

— Красиво, — произнесла Данфейт, продолжая смотреть на волны свечения, расходящиеся по сторонам. — Не каждому дано увидеть такое.

— Не думаю, что нам повезло, — констатировал Орайя.

— Ты заметил, что фантомов здесь нет?

— Да.

— Скорее всего, выход находится в пустыне, и Айя сможет первой добраться до нас с другой стороны.

— Пора бы уже и прийти… — вздохнула Паола и взглянула на брата.

— Дай ей время, — Райвен казался очень сосредоточенным. — Она справится.

— Если помогут, то справиться. А если нет…

— Ей могут не помочь.

— Отчего же? — Паола отвела взгляд. — Квартли не оставит дочь одну в пустыне.

— Она убила свою дочь, чтобы трансплантировать ее в тело, — ответил Райвен. — Неужели ты веришь, что жизнь Данфейт для нее представляет большую ценность, чем жизнь Айи?

— Не путай, Райвен. Это было решение Айи!

— Разве? Мне казалось, что Квартли все решила сама.

Паола прищурилась и снова посмотрела на Райвена.

— Квартли не оставит Айю одну в пустыне.

— Кто не оставит ее, так это Кейти, — ответил брат.

— Доверяешь своему аркаину больше, чем Пастырю?

— Его воспитал я. А Пастыря нашего — система. Разница есть.

— Смотрите! — закричал Йори, поднимаясь на ноги.

Впереди появилась фигура девушки.

— Слава Юге! — воскликнул Райвен и подал знак Паоле, что пора запускать таймер.

— Сколько?

— Двадцать минут. Думаю, этого хватит.

— Как скажешь, — улыбнулась Паола и запустила электронные часы.

— Все! Уходим!

Активировав телепорт, Райвен обернулся ко всем остальным, продолжающим взирать на приближающуюся к ним фигуру.

— «Уходим» я сказал!!!

Никто даже не шелохнулся.

— Что вы рассчитываете увидеть?!

Йори обернулся к Райвену и улыбнулся.

— Настоящую Айю. Интересно, все-таки.

— Глупцы! — покачал головой Райвен и начал смеяться. — Какие же вы глупцы!!!

Она была уже в нескольких метрах от них, когда позади появилось несколько фигур. Айя обернулась и протянула к ним руку, отрезая стальной преградой путь незваным гостям.

— Мать твою… — прошептал Кимао. — Она действительно материализует объекты в пространстве!

Все они когда-то слышали истории о Великих Зрячих, способных к материализации. Тогда, эти рассказы казались им фантастическими, но глядя, как по велению чьей-то руки перед ними из ничего образовалась монолитная стена, они поняли, что знакомы с человеком, обладающим такими способностями.

Маленькая женская ножка, обутая в кожаные сапоги из серой кожи на тоненькой подошве, ступила на землю. Следом потянулась рука и, наконец, сама Айя выпрыгнула навстречу к ним, падая на песок и пытаясь отдышаться. Черная накидка скрывала очертания ее тела, а капюшон — голову.

— Что случилось?! — не понял Райвен, подбегая к ней и помогая подняться с земли.

— Гости у нас, — ответила Айя. — Уходите. Я все закончу.

— Ты в порядке?!

— Да, — прошептала Айя, скидывая с себя капюшон и глядя на всех остальных, желавших узреть чудо во всей его красе.

— Юга… — прошептал Орайя, глядя на Айю.

— Такое возможно? — хохотнул Йори, указывая пальцем на фантом.

Та же Айя, которую они изо дня в день встречали в отсеке. Та же девушка, которую им представил Гвен, как свою дочь. Только немного старше, немного взрослее. Раскосые ярко-синие глаза на фоне бледной бронзовой кожи ее лица смотрели на окружающий мир с вызовом. Голова, приподнятая вверх, свидетельствовала о некоем проявлении надменности. Черты лица такие правильные, словно в роду у нее не было некрасивых предков. И черные, как смоль, волосы, заплетенные у правого виска и ниспадающие на спину длинной косой. Их посеребрила пыль, подсказывая, что Айя пришла из мира, где пески могут быть белыми, а не золотыми. Какой же длины ее волосы на самом деле, если коса достигает уровня колен?

Именно этот вопрос задал себе Орайя, продолжая рассматривать девушку, столь необычную и безумно, до боли в груди притягательную. Орайя вспомнил момент, когда впервые встретил Айрин. Тогда его сердце застучало быстрее, но, тем не менее, как всегда, ритмично. Сейчас же, глядя на это создание, сердце Орайи неслось вскачь, сбиваясь с заданного ритма и принуждая грудь «проглатывать» кислород чаще. Он смотрел в глаза своему вызову и видел то, что все это время пытался найти в ее телесной форме. Гордость. Гордость, мать ее… В этой гордости Орайя видел и силу, и внутреннюю свободу, и желание бороться до конца, сделав все возможное и невозможное. Эта гордость смотрела на него широко распахнутыми глазами и насмехалась над всеми поисками тайной сути Айи Гвен. Орайя вспомнил, как она произносила свое «извините». Четко, твердо, будто выплевывала им в лица это слово, сжимая при этом пальцы, словно принуждая их покориться воле хозяйки и не обрушить свой гнев на недостойных ее извинений людей. Именно эта гордость сделала из нее не просто девушку, к которой его слишком навязчиво и сильно тянуло, она создала из нее идол, который Орайе хотелось поработить во всех смыслах, чтобы знать, что никто и никогда не будет вправе владеть им.

Айя начала оглядываться по сторонам, понимая, что не видит среди остальных Данфейт и Кимао.

— Они уже ушли?

— О ком ты? — не понял Райвен.

— Данфейт и Кимао?

— Нет, они здесь… — ответил Райвен и посмотрел на связанных.

— Мы здесь! — прокричал Кимао, и Айя повернулась за звук его голоса, пытаясь в золотом свечении Внешнего Мира рассмотреть невидимые для нее тела.

— Эпицентр расширяется. Скоро начнется то же, что и в тот раз. Вам будет тяжело находиться здесь. Уходите, я все закончу, — произнесла Айя, отворачиваясь от них и наклоняясь к металлическому контейнеру.

Райвен взглянул на ее плащ и прищурился. Айя никогда не носила черных плащей. Желтые и только желтые. Райвен заметил, что темная ткань со спины пропитана чем-то. Он прикоснулся пальцами к влажному пятну и поднес их к своему лицу. Красная, такая красная…

— Ты ранена?! Айя!

— Уходите, Учитель, — шикнула Айя и отбросила от себя его руку.

Райвен не собирался отступать и, заломив ее ладонь, сбросил с ее спины проклятый плащ.

— Юга… — прошептала Паола, прикрывая ладонью рот и глядя на рану, оставленную плазменным оружием на ее теле.