Азраил

24

Индекс даты: неизвестно

Спереди донесся шум работающих механизмов, и отряд замедлил шаг. Где-то лязгали цепи, пощелкивали храповики, пронзительно скрежетало железо. Дрожащий свет, что падал из арок и дверных проемов, словно бы отбрасывал языки пламени. На его фоне рывками проносились неясные тени.

Темные Ангелы вышли в громадный отсек со сводчатым потолком, простиравшийся на несколько палуб вверх и вниз. На эти ярусы вели рампы и металлические винтовые лестницы. В помещении трудились исхудалые обнаженные люди: при помощи блоков и кабестанов они поднимали и опускали пять платформ, на любую из которых поместился бы «Громовой ястреб». Другие изможденные рабы, не поднимая головы, монотонно разгружали и загружали площадки.

— Кожа да кости, — сказал Велиал. — Чудо, что им вообще хватает сил для такой работы.

— Темное чудо, — отозвался Иезекииль. — Их неестественная стойкость рождается из ненависти и злобы.

На платформах перевозили трупы.

Бесконечное множество тел с такими же ранами и повреждениями, что у мертвецов в общежитии. Их сотнями сваливали на площадки, переправляли примерно на двадцать метров вниз и стаскивали на палубу.

Именно там находился источник странного снега — ряды пылающих топок или, точнее, схожих с ними отверстий в стенах. Идущее оттуда сияние с пурпурно-зеленым отливом ничем не походило на отблески обычного пламени, и после взгляда на него в уголках поля зрения мелькали послеобразы.

Топливом для этих отвратительных горнил служили трупы: их бесцеремонно закидывали внутрь через открытые колосники. Несмотря на то что каждые несколько секунд в адский огонь забрасывали пару десятков тел, Азраил не видел дыма и не чувствовал запаха горелой плоти.

Котлы преисподней поглощали абсолютно всё.

— Где их надзиратели? — Асмодей огляделся по сторонам, выискивая мишень для своего пистолета. — Кто-то должен заплатить за эти зверства и унижения.

— Никаких признаков жизни… — пробормотал Гарвил. — Почему датчики их не видят?

— Здесь нет нужды в надзирателях, братья, — зловеще произнес Малдарион.

Подойдя к ближайшему ряду прислужников, эпистолярий схватил за руку и дернул на себя одну из рабынь.

Женщина никак не отреагировала. Когда псайкер развернул слугу к своим товарищам, ее руки безвольно повисли, и она застыла с обмякшим лицом. Казалось, глаза создания заполнены какой-то непроницаемой, маслянисто-черной жидкостью; в них не было ни искорки разума или жизни.

— Она мертва? — Азраил уставился на существо в хватке библиария. — Но какая сила?..

Словно очнувшись, нежить метнулась к верховному магистру, но Малдарион удержал ее. Женщина беззвучно оскалилась и, с хрустом костей и брызгами крови оторвав собственную руку, попыталась вцепиться обломанными ногтями в лицо Азраила.

Меч Тайн одним ударом рассек ее от плеча до бедра. Ходячий труп рухнул на палубу, все еще подергиваясь и размахивая конечностями.

По залу разнеслось шлепанье тысяч босых ног — мертвые рабы проворно заковыляли наперерез непрошеным гостям в своих владениях.

Открыв огонь из штурмболтеров, ветераны изрешетили ближайших созданий шквалом снарядов. Магистр ордена сгустком плазмы испепелил двух истощенных врагов, другие Темные Ангелы обстреляли толпу нежити из пистолетов и болтеров. Брат Дамакт из отделения Колдераина выпустил в неприятелей струю пылающего прометия, и белое пламя охватило полтора десятка целей. Пока свирепый огонь пожирал трупы, они продолжали бежать на космодесантников.

— Движение внизу! — доложил Велиал.

Азраил повернулся к соседней лестнице. Мертвые рабы у топок бросили свое занятие и пробирались к трапам и пандусам, подняв черные глаза на тех, кто стремился уничтожить их создателя.

— Должно быть, их тут тысячи, — заметил Колдераин. Первая пара существ поднялась по лестнице, и воин снес им головы силовым мечом. — Клинки и кулаки, братья. Не расходуйте боекомплект.

Перестроившись, терминаторы двумя керамитовыми стенами прикрыли офицеров от орды живых мертвецов. На врагов обрушилось сверкающее энергией силовое оружие, и всего через пару секунд груда разрубленных и размозженных тварей поднялась до макушек воинов. Гарвил, выйдя вперед, окунулся в море противников; ходячие, обтянутые кожей скелеты без счета валились под ударами его громового молота, штормовым щитом воин давил рабов о переборки и поручни в отсеке. Брат Малдевор орудовал молниевыми когтями, окутанными дуговыми разрядами, и с каждым их взмахом по залу разлетались отсеченные руки, ноги и головы.

— Расступитесь, братья. — Иезекииль не повышал голос, но его услышали даже сквозь грохот штурмболтеров, треск силовых полей и рычание цепного кулака Теменаила.

Отделение Велиала немедленно разорвало строи, пропуская старшего библиария и двух его соратников. Иезекииль наступал во главе эпистоляриев, и псайкеров окружало лазурное сияние пси-мощи. Повелитель библиариума сразил одну тварь Бичом Предателей, другую — ударом кулака наотмашь. Далгар и Малдарион тут же встали по бокам от наставника.

Разом выбросив вперед мечи, псионики пронзили грудь трем неживым рабам. Поле небесно-голубой энергии вокруг библиариев вздрогнуло и засверкало ярче, неистовее, словно бы закипая вдоль клинков, всаженных в мертвую плоть. Подобно цунами, накатывающему на берег, синяя дуга ринулась вперед. От одного касания ауры, пронизанной крошечными молниями, трупы на ее пути развеивались мелким прахом.

Изгоняющая волна мчалась все дальше и дальше, вздымаясь могучим потоком от мечей псиоников; ее фокусировал Иезекииль через Бич Предателей. Стена опустошительной варп-энергии смела два десятка врагов, потом сотню, затем тысячу.

Руки старшего библиария задрожали, плечи затряслись — поддержание лавины пси-мощи требовало огромных усилий. Далгар отпрянул и, хватая воздух, выронил клинок из ослабевших пальцев. Малдарион свободной рукой взял Иезекииля за плечо, физически и ментально поддерживая брата-псайкера. В толпе рабов вспыхнули новые языки нематериального огня; словно живые и наделенные жаждой возмездия, они перепрыгивали с одной твари на другую, взмывали на верхние ярусы и стекали на нижние.

Выругавшись, Малдарион отшатнулся от старшего библиария. Эпистолярия наполовину развернуло, как от удара, и по его броне заплясали ветвистые черно-золотистые электроразряды. Через пару секунд они заземлились в залитую кровью палубу.

Иезекииль остался один. Неторопливо поворачиваясь, он по дуге обвел зал мечом, из которого хлестала струя очистительного пламени. Затем псайкер медленно шагнул вперед, повернул клинок и выпустил еще один вихрь пси-энергии на уровень с топками.

— Открыть огонь! — придя в себя, скомандовал Азраил собратьям, завороженным картинами псионической мощи. — Пробьемся через них!

Терминаторы вновь построились неколебимой стеной, которую замкнул Иезекииль. Их болты, пролетая сквозь бурлящий круговорот пси-силы, напитывались ее безгрешностью и пронзали по десятку тварей, прежде чем детонировать вспышкой лазурного пламени. Асмодей, выкрикивая боевые псалмы, врубился в плотную массу ходячих трупов; его сверкающий крозиус арканум стремительно вздымался и опускался, проламывая головы и грудные клетки. Катас наступал рядом с ним, но осмотрительнее, и повергал своей булавой рабов, избежавших неистовых атак другого капеллана. Метр за метром они прорывались через почти безбрежную орду бок о бок с Иезекиилем, и десятки сраженных противников падали с каждым их тяжелым шагом.