Баламут

Пока шли к стоянке, Женя забрала у Якова ключ-карту от одного из двух одинаковых внедорожников и вручила Шаховой. Телохранители без какой-либо команды заняли второй, так что с территории аэровокзала мы выехали двумя разными компаниями. И пусть в салоне нашей машины я обнаружил аж две микрокамеры, они ничего не меняли. Ведь обсуждать серьезные вопросы мы все равно не собирались, а перешучивались, что называется, в плепорцию. В общем, поездка еще чуть-чуть улучшила настроение, поэтому, поднявшись домой, я посмотрел в окно на небо, убивающее сочной синевой, и предложил немного переиграть планы:

— Девчат, может, отложим гастрономический праздник на поздний вечер и немного поплаваем?

— Ты хочешь сказать, что запах моря кружит голову больше перспективы попробовать приготовленное нами мясо? — возмущенно спросила Екатерина.

— Как ты могла такое подумать! — протараторил я, чтобы выиграть время на придумывание достойного ответа. А потом поймал подходящую мысль и наставительно поднял вверх указательный палец: — Еда — пища для желудка, а у меня оголодала душа. Поэтому я рвусь к морю, чтобы получить эстетическое удовольствие от созерцания ваших умопомрачительных фигурок!

— Выкрутился! — хохотнула она. — Но на четверочку: в нашей компании под категорию «умопомрачительная» подходит только фигура Лары, а она летала с тобой.

— Это ты так отказываешь самому галантному кавалеру на этой планете? — грозно нахмурилась Язва, почувствовав, что я пока не придумал достойный ответ.

— Не-не-не, как ты могла такое подумать?! — «испуганно» воскликнула Нелюбина. — Это я так признаю твое безоговорочное превосходство по целому ряду параметров! Что касается эстетического удовольствия Баламута, то мы с Женькой подготовились даже к этому: накупили по три пары купальников и ни разу их не надевали, дожидаясь вашего приезда.

Лара прищурилась:

— То есть, забили на утренние тренировки?

— Ничего подобного — мы тренировались каждое утро! Просто плавали в старых. Ибо дарить эстетическое удовольствие абы кому не в наших правилах.

— Что ж, выкрутились… — после «недолгих раздумий» заключила Шахова и качнулась в сторону ванной: — Айда переодеваться и выбирать, чем сегодня сводить с ума нашего кавалера!

Сестры мгновенно сорвались с места с гиканьем унеслись за ней. Я тоже последовал примеру женщин, только ушел в «нашу» спальню. А где-то через четверть часа, то есть, уже на Ленивом Пляже, оценил не только купальники сестричек, но и заметные сдвиги в их мировосприятии: новые купальники этой парочки отличались от старых, как небо и земля. Нет, ничего вульгарного в них не было. Все в порядке было и со степенью открытости. Но иной крой, более яркие оттенки цвета в сочетании с не таким уж и большим уменьшением общей площади ткани создавали эффект «Вау!». То есть, подчеркивали длину и форму тренированных ножек, упругость идеальных задниц и визуально увеличивали бюсты. Хотя, на мой взгляд, объемов последним хватало и так.

В общем, на комплименты я не поскупился. Причем постарался, чтобы каждый получился как можно более теплым и, кажется, угодил и Кате, и Жене. А потом разделась Лариса Яковлевна, и я понял, что сестры были правы: женщина, которую я видел… всякой, выглядела умопомрачительно. Кстати, не только из-за куда более внушительных форм: как мне показалось, она ощущала себя ослепительно красивой женщиной и «давила» этим внутренним ощущением окружающих, как тяжелый танк консервную банку!

Моя реакция не осталась незамеченной, и Евгения не преминула меня подколоть:

— Ну, и что ты скажешь теперь?

Я пожал плечами и ограничился одним словом:

— Лара!

А когда Шахова «потемнела взглядом», исправился:

— Местоимение «моя» читалось в моем взгляде — с ним ответ утяжелялся!

— Он прав: ответ из одного коротенького слова звучит эффектнее! — вступились за меня сестрички, а когда Язва «сменила гнев на милость», Женя продолжила издевательства: — Но я спрашивала не о Ларе, а о нас в сравнении с ней.

Я изобразил изумление:

— Сравнивать Личностей с большой буквы, да еще и на подсознательном уровне ощущающихся живыми воплощениями понятий «элегантность», «обворожительность», «идеальность», «изысканность», «цельность» и так далее?! Да щаззз!!! Я лучше продолжу получать удовольствие…

— Двенадцать баллов! По пятибалльной системе… — хохотнула Шахова, чмокнула меня в щеку и заявила, что море не ждет…

…Море ждало: ласково приняло меня в свои объятия, легонечко качнуло на небольшой волне, взбодрило крошечными капельками воды, вылетевшими из-под рук балующихся дам и заискрившимися в лучах заходящего солнца, подарило приятную прохладу в очень жаркий день и неудержимо повлекло к горизонту. Увы, созерцательное настроение улетучилось при первом же вопросе неугомонной Женьки, но я чувствовал, что девчонки уже извелись от любопытства, и приоткрыл завесу тайны над нашим недавним прошлым.

— Нисколько не сомневаюсь в том, что вы умеете хранить тайны, но не могу не сообщить, что эта информация не для распространения. А теперь, когда обязательная программа выполнена, перейду к вольным упражнениям. Итак, о том, как ДРГ добиралась до Багряной Зоны, вы наверняка помните. А потом у этих придурков началась веселая жизнь. Нет, не из-за нас с Ларой: те, кто планировал эту акцию, знали лишь то, что за Стеной водятся корхи, а где-то далеко-далеко есть Червоточина, ведущая в другой мир. В результате очень неплохие профессионалы, готовые к чему угодно в пределах родной планеты, начали делать ошибку за ошибкой. Ну, или нарываться на не самые приятные сюрпризы. Первым стало критическое изменение плотности чужого магофона, вызвавшее рассинхронизацию энергетики…

— Врешь: сначала они вляпались в гравитационный вихрь! — напомнила Язва.

— Вру! — согласился я. — Вляпались. Вернее, вляпался. Боец, который шел в головном дозоре. Аномалия, конечно же, дико обрадовалась, автоматически втянула его в область со средней силой воздействия и начала пробовать на вкус. В этот момент подоспели остальные герои и решили вытащить соратника не чем-нибудь, а кошкой со стальной сварной цепью. Резкое повышение средней плотности добычи спровоцировало скачкообразное увеличение области и силы воздействия, так что в вихрь влетел еще один несчастный. Где и остался. Поломанным-поломанным.

— Кошмар! — потрясенно выдохнула Катя, сообразила, что замедлилась, и догнала нас несколькими сильными гребками.

— Это был еще не кошмар! — хихикнула Шахова.

— Угу! — подтвердил я. — Когда эту компанию прибило рассинхроном, и народ почувствовал полный комплект ощущений типа головокружения, озноба, нарастающего жара в районе ядра, тянущей боли в магистральных жилах и затруднения дыхания, их штатные целители сделали самое худшее из того, что можно было сделать в этой ситуации — начали лечить. В результате рассинхронизация ушла в резонанс, начавшиеся мутации пошли наперекосяк, а постоянные попытки «особо информированных» или осторожных деятелей использовать Силу добавили и без того бардачному процессу нестабильности. — Результат не заставил себя ждать… — довольно мурлыкнула Лариса. — Четверо героев погибли смертью храбрых из-за мутаций, пошедших не в ту степь…

— …а остальные, как следует пропотев и покрывшись вонючей слизью из шлаков, вышедших через поры кожи, обтерлись гигиеническими салфетками и пошли дальше. Не зная, что это благоухание жизненно необходимо смыть. Вот и привлекли к себе внимание двух милых зверушек с Той Стороны! — продолжил я. — Зверушки были голодными и отбили от «стада» по порции «обеда». А еще через какое-то время маршрут, просчитанный «редкими профессионалами», навел отряд на спецгруппу корхов.

— Так, их к тому времени оставалось десятка полтора, а корхи ходят не такими уж и большими группами! — подала голос Катя, судя по всему, за время нашего отсутствия в Дагомысе успевшая проштудировать всю открытую информацию о гостях из Червоточины.